Личностный рост в аналитическом направлении психологии

Рассмотрим точку зрения сторонников аналитического направления в психологии на проблему личностного роста. В рамках психоанализа личностный рост понимается как результат все большего осознавания вытесненного и подавленного содержания, что расценивается как “победа Эго над Ид”.

Традиционно психоанализ поощряет раскрепощение вытесненных влечений и примирение со своими теневыми аспектами. Профессор Т.А. Флоренская справедливо замечает, что итогом личностного роста должно стать не раскрепощение вытесненных влечений, не вседозволенность, не примирение с грехом, а, наоборот, непримиримость с ними, раскаяние в содеянном, просьба о прощении и восстановлении природы человеческой, отпавшей от Бога. Пожалуй, в этой фразе раскрыто основное различие подходов психоаналитиков и святых отцов к проблеме личностного роста.

Поэтому при всей полезности самой психоаналитической процедуры, когда буквально просеиваются через сито целые горы песка в поисках золота (глубинного скрытого содержания), ее результаты часто бывают не только бесполезными, но и негативными. Освободившийся от запретов человек, не разобравшись с нравственной стороной проблемы, рискует опять наступить на “те же грабли”, только уже в другом контексте. Приведем пример.

Клиентка М. обратилась за помощью к психотерапевту, специализирующемуся на психоанализе, с проблемой построения отношений с мужчинами. Каждый раз, когда дело доходило до близости, отношения разрывались. В ходе психоаналитической процедуры выяснилось, что женщина бессознательно отождествляет понравившихся ей мужчин с отцом, с которым и сейчас находится в эмоционально близких симбиотических отношениях. Психоаналитику на основании этого факта стал ясным стереотип разрыва отношений с мужчинами: всякий раз перед близостью возникал запрет на инцест. Эта информация была доведена до сознания клиентки, которая восприняла ее позитивно. Была разработана стратегия поведения, которая заключалась в поиске мужчин, не похожих на ее отца. В дальнейшем, в результате такой “стратегии” М. попала в еще более сложную ситуацию: увлекшись поиском других мужчин, она не заметила, как “вошла во вкус” и стала много времени уделять интимной стороне своей жизни, сопоставляя достоинства и недостатки своих избранников.

Понятно, что клиентка не только не решила своей проблемы, но создала себе другую, куда более серьезную, чем предыдущая, которая требует больше не психологической, а духовной помощи.

В рамках индивидуальной психологии А. Адлера личностный рост рассматривается, прежде всего, как движение от центрированности на себе и целей личного превосходства к задачам конструктивного овладения средой и социально полезного развития, а также сотрудничества с людьми.

Основными препятствиями на пути личностного роста в рамках данной парадигмы являются ситуации, которые могут породить изоляцию, недостаток социального интереса и развитие некооперативного стиля жизни, основанного на нереальных целях личностного превосходства.

В качестве таких неблагоприятных ситуаций А. Адлер выделяет:

1) органическую неполноценность, частые болезни и слабость ребенка, которые могу привести к тому, что ребенок отказывается от в взаимодействия с другими из-за наличия чувства неполноценности и ущербности;

2) дефекты воспитания, приводящие к избалованности ребенка, что приводит к тому, что такие дети становятся социально дезадаптированными в силу неадекватности их притязаний;

3) отвержение со стороны родителей, которая зачастую ведет к замкнутости и изоляции ребенка.

Для преодоления последствий этих негативных ситуаций и стимуляции личностного роста А. Адлер в своей практике использовал аналитическую процедуру, но с последующим переориентированием клиента на социум и социальный интерес. Его ключевой фразой является следующее высказывание: “Вы можете вылечиться за две недели, если будете следовать предписанию: попытайтесь каждый день думать, как вы можете сделать кому-нибудь приятное, не откажите ни в одной разумной просьбе, с которой к вам обратятся, даже если это потребует затраты некоторого количества вашего времени, энергии или даже денег”.

Действительно, социальное служение является значимым для личностного роста. Однако проблема состоит в том, как понимает человек смысл своего служения: как попытку избавления от невроза (своеобразную форму социо- и трудотерапии) или как порыв души, желающей сделать в мире что-то значимое и полезное для людей.

Рассмотрим воззрения основателя аналитической психологии К.-Г. Юнга на проблему личностного роста. В рамках аналитической психологии личностный рост понимается как процесс индивидуации, становления человека “самим собой”, конечным итогом которого является обретение “самости”(селф), являющейся центром целостности человека. К.-Г. Юнг разграничивал понятия “Эго” и “самость”: если Эго − это центр сознания, то самость − это объединительный центр сознания и бессознательного. В процессе личностного роста, на пути к самости, человек должен преодолеть свою социальную маску (персону), ограничивающую Эго, и примириться со своей тенью − зловещим антиподом Эго, тем не менее, являющимся аккумулятором огромного количества энергии. Как отмечал сам исследователь: “Индивидуальное сознание − это только цветок на один сезон, прорастающий из многолетнего подземного клубня; если бы оно принимало в расчет существование этого подземного образования, наше сознание могло бы приблизиться к гармонии с истиной. Ибо корень − мать всего остального”.

После примирения с тенью возможен переход на следующие ступени личностного роста: знакомство с архетипами Анимы (в мужчине), Анимуса (в женщине), которые стремятся слиться со своей противоположностью. В этой связи Юнг приводит в пример миф об андрогинах. Согласно этой легенде в далеком прошлом люди имели по четыре руки и четыре ноги. Тогда не было мужчин и женщин. Однако какие-то силы разделили людей на две половинки и разбросали по всему белому свету. С тех пор андрогины ищут свои половинки и изо всех сил стремятся слиться. Когда эта встреча происходит, человек может двигаться дальше, обретая свою целостность, селф.

Аниму и Анимуса К.-Г. Юнг называл проводниками в бессознательное. Но, чтобы это встреча состоялась, человек должен позволить себе отправиться в некое “духовное путешествие”, которое, как отмечал сам ученый, является далеко не безопасным. На этом пути возможны и психические отклонения и неврозы, которые рассматриваются аналитической психологией как своеобразное наказание за неверно выбранный курс развития. Другими словами, симптомы сигнализируют о неуспешном прохождении индивидуации. Однако если человеку повезет и он успешно “вырулит” между Сциллой и Харибдой сознания и бессознательного архетипического содержания, то он сможет, наконец, обрести долгожданную самость, которая является вершиной личностного роста и индивидуации. С точки зрения К.-Г. Юнга, самость (селф) – это высшая целостность, которая объединяет и снимает все противоречия и оппозиции. Жизнь не свет, а, с позиции ученого, единство света и тьмы, рождения и смерти, счастья и страдания, добра и зла. Как честно предупреждал сам К.-Г. Юнг, достижение самости возможно путем избавления от совести: “Мой принцип таков: не будьте совершенными, но любыми средствами старайтесь достичь полноты, чего бы вам это ни стоило”.

Понятно, что подобный подход в корне противоречит православному мировоззрению, в котором основным лейтмотивом проходит мысль о том, что со злом и тьмой нужно не примиряться, а как можно скорее размежеваться. В противном случае последствия для человеческой души могут быть погибельные. М. Медведев и Т. Калашникова дали глубокий анализ аналитической психологии с позиции святоотеческого наследия. Они считают, что ситуация нравственного релятивизма К.-Г. Юнга усугубляет в человеческой душе состояние нравственного хаоса, который является одним из главных источников психических заболеваний. Исследователи с определенной долей условности называют индивидуацию “онтологически злокачественным процессом”, который становится деструктивным в результате самозамыкания индивидуума на самом себе.

В целом, личностный рост в рамках аналитической психологии это путь, который проходит человек, обретающий свою уникальность вполне, − мчась встречным движением навстречу самому себе. По мнению О.В. Лавровой, активной сторонницы юнгианского анализа, процесс индивидуации дополняет внешний процесс социализации (адаптации к миру) внутренним моментом адаптации к самому себе. Проблема заключается в другом. А с чем человек выйдет к миру в результате такой трансформации личности? Какие отношения он будет выстраивать с социумом, и на каких основаниях?

Об обратной стороне аналитической психологии свидетельствуют ее результаты. Вот один из известных примеров, приведенный в книге М. Медведева и Т. Калашникова “ Об аналитической психологии Карла Юнга. Взгляд с позиций святоотеческого учения о спасении души”.

Эмиль Метнер, издатель и критик начала ХХ в., страдал тяжелыми приступами истерии, “психической боли”. Его знакомство с аналитической психологией началось с того, что он принимал участие в ассоциативных экспериментах, которыми занимались в Москве ученики Карла Юнга. Уже в зрелом возрасте Э. Метнер обратился к Юнгу и был им вылечен. А. Эткинд уточняет: “Все болезненные признаки прошли, он стал нормальным человеком и, с благословения самого Юнга, стал принимать больных и сам лечил их психоанализом, став близким другом и подчас ассистентом Юнга”.

Какой же ценой было достигнуто это выздоровление? Свое восприятие результатов излечения по Юнгу передает дочь писателя Вячеслава Иванова Лидия: “На меня лично образ Метнера произвел крайне угнетающее впечатление: он мне представился как бы человеком, отчасти уже мертвым, который еще ходит и действует нормально… В результате лечения что-то в его душе (музыка?) было убито. Что-то существенное. Душа уже не вполне живая, искалечена, ампутирована. Этого добился Юнг своим психоанализом? Но какая плата!”

Таким образом, личностный рост в психоаналитической традиции, имеет специфические особенности проявления в различных направлениях. Однако общим моментом является основное его понимание как снятие запретов, освобождение от ограничивающих личность рамок.