Юридические лица

Пожалуй, самая многообразная организационно-правовая форма осуществления инвестиционной деятельности, а, следовательно, самый многочисленный субъект инвестиционной деятельности (в данном случае автор имеет ввиду многообразие видов и форм юридических лиц, урегулированных гл.

Но в связи с раскрытием данной темы, хотелось бы обратить внимание на субъектный состав, указанный в Федеральном законе № 39-ФЗ. Так, в соответствии с названным Законом инвесторами, согласно ст. 4, могут быть: «физические и юридические лица, создаваемые на основе договора о совместной деятельности и не имеющие статуса юридического лица объединения юридических лиц, государственные органы, органы местного самоуправления, а также иностранные субъекты предпринимательской деятельности».

Данное положение не вызывает критики. Однако в п. 3—5 названного Закона, в качестве субъектов инвестиционной деятельности указаны: заказчики — уполномоченные на то инвесторами физические и юридические лица, которые реализуют инвестиционные проекты. Причем, заказчик, если он не является инвестором, наделяется правами владения, пользования и распоряжения капитальными вложениями на период и в пределах полномочий, которые установлены договором и (или) государственным контрактом;

— подрядчики — физические и юридические лица, которые выполняют работы по договору подряда и (или) государственному контракту, заключаемым с заказчиками в соответствии с ГК РФ. Особо подчеркивается в Федеральном законе № 39-ФЗ, что подрядчики обязаны иметь лицензию на осуществление ими тех видов деятельности, которые подлежат лицензированию в соответствии с федеральным законом.

— пользователи объектов капитальных вложений — физические и юридические лица, в том числе иностранные, а также государственные органы, органы местного самоуправления, иностранные государства, международные объединения и организации, для которых создаются указанные объекты.

Представляется очевидным, что в данном случае произошла неудачная попытка перенесения норм действующего гражданского законодательства, в частности гл. 37 «Подряд». Законодателем совершенно необоснованно включены в круг субъектов инвестиционной деятельности заказчики, подрядчики и пользователи объектов капитальных вложений.

Правовое понимание «субъекта» заключается в том, что таковым является лицо, организация или иное образование, за которым правовыми актами признается способность быть носителем субъективных прав и юридических обязанностей. Субъективное право инвестора заключается в осуществлении им инвестиционной деятельности, т.е. вложение инвестиций и осуществление практических действий в целях получения прибыли и (или) достижения иного полезного эффекта.

Такая практическая деятельности инвестора состоит в том, что в связи с реализацией инвестиционного проекта, им производятся вложения капитала в строительство нового, расширение, реконструкцию; техническое перевооружение, приобретение машин, оборудования, инструмента, инвентаря; проектно — изыскательские работы; для осуществления указанных действий, в соответствии с существующим законодательством, необходимо привлечение специализированных участников рынка (имеющих соответствующее образование, разрешение на право осуществлять определенную деятельность и др.).

Соответственно, в случае, если инвестор (отсутствие профессиональных навыков или лицензии) не соответствует установленным законодателем требованиям, то он вступает в правоотношения со специализированными участниками рынка, заключая договоры: строительного подряда на строительство, расширение, реконструкцию; купли-продажи оборудования для технического перевооружения, приобретение машин, оборудования, инструмента, инвентаря; проведения проектно-изыскательских работ, соответственно.

Все перечисленные отношения по своей природе являются гражданско-правовыми и регулируются нормами ГК РФ. Таким образом, осуществляя или вступая в правоотношения по реализации инвестиционного проекта инвестор переходит в сферу гражданскоправового регулирования и сам становится субъектом гражданского права.

В связи с рассмотрением данного вопроса необходимо остановиться на положении, указанном в п. 6 ст. 4 Федерального закона № 39-ФЗ «субъект инвестиционной деятельности вправе совмещать функции двух и более субъектов, если иное не установлено договором и (или) государственным контрактом, заключаемыми между ними». Данное положение является очень важным для инвестора, так как не ограничивает его в действиях, предоставляя полную свободу при осуществлении практических действий по реализации инвестиционного проекта. Однако, оно требует некоторой доработки и может быть изложено в следующей редакции: «В связи с осуществлением инвестором деятельности по разработке, утверждению и реализации инвестиционного проекта инвестор может осуществлять любой вид деятельности, не запрещенный законодательством Российской Федерации, в установленном законодательством Российской Федерации порядке».

Наряду с российскими, участвовать в осуществлении инвестиций на территории РФ допускаются и иностранные юридические лица. В ст. 2 Федерального закона № 160-ФЗ в качестве такого понимается: «иностранное юридическое лицо, гражданская правоспособность которого определяется в соответствии с законодательством государства, в котором оно учреждено, и которое вправе в соответствии с законодательством указанного государства осуществлять инвестиции на территории Российской Федерации». Как указывает О. Н. Садиков, юридические лица «являющиеся участниками внешнеэкономических связей, всегда «привязаны» к определенному государству и его праву. Это важное свойство юридического лица в международном частном праве именуется личным статутом и национальностью юридического лица»¹.

В мировой практике существует несколько основных критериев, позволяющих определить национальность юридического лица: инкорпорация — место его создания (регистрации или утверждения устава); домициль — место нахождения штаб-квартиры (административного управляющего центра); место действия — по месту основной деятельности; место контроля — по месту домициля или гражданства лиц, контролирующих это юридическое лицо^{[86] [87].}

Как указывалось в Информационном письме ВАС РФ от 25 декабря 1996 г. № 10 «юридический статус иностранного лица подтверждается ... в соответствии с законодательством страны его местонахождения, гражданства или постоянного местожительства».

Таким образом, в российском законодательстве используется только один критерий определения национальности иностранного инвестора — место инкорпорации. Позднее это правило было урегулировано в соответствии со ст. 1202 ГК РФ, следующим образом: «личным законом юридического лица считается право страны, где учреждено юридическое лицо».

Как отмечается практиками, «подобный подход к правовому регулированию статуса иностранного юридического лица прост и удобен, так как дает четкий ориентир в определении национальности любой фирмы»^[88].

Однако подобное правовое регулирование «не дает возможности оценить правоотношения с точки зрения законодательства страны, которая является основным местом деятельности фирмы, страны, где находится ее штаб-квартира, и, что особенно важно, страны, где находится место жительства лиц, контролирующих фирму»^[89]. Таким образом, как отмечает в своей статье Т. Н. Нешатаева, на практике нередки случаи злоупотребления (в данном случае контрагентам необходимо принимать меры к проверке документов и полномочий других участников отношений.), т.е. регистрации российскими гражданами фирм в зарубежных государствах в целях получения льгот в налогообложении, в таможенном оформлении, вывозе капитала и т.д., «при этом реальных капиталовложений из-за рубежа не происходит, ибо основная деятельность, основные капиталы и управленческие органы находятся в Российской Федерации, за рубежом оформляются лишь регистрационные документы».

К сожалению, для подобных случаев правовых механизмов блокировки псевдоинвестиционных «потоков» в российском законодательстве не выработано»¹. Следует отметить, что данная проблема остается общей для всех стран СНГ. Исключение представлял уже не действующий Закон Казахстана 1990 г. об иностранных инвестициях, в ст. 1 которого было определено, что иностранными инвесторами в республике могут быть «юридические лица, контрольный пакет акций или большая доля участия в которых принадлежит иностранным гражданам и юридическим лицам»^{[90] [91]. Таким образом, в Казахстане в тот период признавалось, что иностранным инвестором может быть и юридическое лицо, зарегистрированное в Казахстане. Логично предположить, что в таком контексте невозможно признать иностранным инвестором фирму, контролируемую казахскими гражданами. В настоящее время и в Казахстане национальность юридического лица определяется местом инкорпорации фирмы[92].}

2.4.