МЕТАСОЗНАНИЕ.

6.5.

6.6. Поднявшись над своим телом, т. е. осознав, что он не в своем физическом теле, человек начинает осознавать и все, что в это время происходит вокруг его тела, т. е. все то, что реально происходит в реальном мире.

(14) Вот подробное описание того, что видела «умершая» женщина вокруг своего тела: «.У меня прекратилось дыхание и перестало биться сердце. Я сразу же услыхала, как сестры закричали: «Инфаркт, инфаркт!» И в этот момент я почувствовала, как я отделилась от своего тела, проскользнула между матрасом и перилами с одной стороны кровати - в действительности было даже похоже, что я прошла сквозь перила - вниз, на пол. Затем я стала медленно подниматься вверх. Во время своего движения я видела, как еще несколько сестер вбежали в комнату - их была уже, наверное, дюжина. Мой врач как раз в это время делал обход, и они позвали его, и я видела также, как он входил. Я подумала: «Интересно, что он здесь делает?» Я переместилась за осветитель и видела его сбоку и очень отчетливо, и там я остановилась, паря под самым потолком и глядя вниз. Мне казалось, что я листок бумаги, взлетевший к потолку от чьего-то дуновения.

Я видела, как меня старались вернуть к жизни. Мое тело было распростерто на кровати, и прямо перед моим взором все стояли вокруг него. Я слышала, как одна из сестер воскликнула: «О, Боже, она скончалась!», в то время как другая склонилась надо мной и делала мне искусственное дыхание рот в рот. Я смотрела на ее затылок, когда она это делала. Я никогда не забуду, как выглядели ее волосы - они были коротко подстрижены. Сразу вслед за этим я увидела, как вкатили аппарат и стали действовать электрическими токами на мою грудную клетку. Я слышала, как во время этой процедуры все мои кости трещали и скрипели. Это было просто ужасно. Я смотрела, как они массируют мне грудь, трут мои руки и ноги и думала: почему они так волнуются? Ведь мне сейчас очень хорошо» (28-20).

Напомним, что подобное состояние сознания, когда объективно (взгляд со стороны на человека) он находится в бессознательном состоянии, а фактически все осознает, что происходит с ним и вокруг него, такое состояние сознания нами названо метасознанием.

Так вот, состояние метасознания свидетельствует: «Я» человека, его сознание в этот момент не связано с его физическим телом, не связано с его мозгом, который не функционирует (во время клинической смерти обычно на электроэнцефалограмме прямая линия - отсутствие электрической активности).

И уже один только факт подобного состояния сознания ведет к существенным изменениям нашего материалистического представления о связи сознания человека с физическим миром («сознание - свойство высокоорганизованной материи - мозга»), мозговой материей - ведь мозг не работает, а сознание функционирует. И неизбежен вывод: сознание не является свойством, функцией мозга, и шире: не является свойством физического тела человека. А свойством чего же? Ответом на этот вопрос может служить гипотеза о существовании помимо физического тела человека и тонкого тела человека

(точнее - тонких тел). И получается: есть основание полагать, что индивидуальное сознание человека если не является функцией «внечеловеческого» субстрата, то тогда только функцией тонкого тела, которое не разрушается при клинической смерти.

Что интересно: если находящийся в метасознании человек пытается вступить в контакт с людьми, которые вокруг его тела, то у него ничего не получается (как бы разные пространства):

(15) «Врачи и сестры массировали мое тело, стараясь вернуть меня к жизни, и я все время пытался сказать им - оставьте меня в покое. Перестаньте колотить меня! Но они не слышали. Поэтому я пытался помешать их рукам бить по моему телу, но у меня ничего не выходило. Я не знаю, что случилось, но я не мог отодвинуть их руки. Было так, словно я прикасался к их рукам и пытался отпихнуть их, но когда я наносил удар, их руки оставались на том же месте. Я не знаю, проходила ли моя рука сквозь их руки или мимо них или что-нибудь еще. Я не чувствовал никакого прикосновения их рук, когда я пытался отодвинуть их» (28-24).

И все это полностью совпадает с рассказами тех, кто испытал астральную проекцию без клинической смерти: там тоже были свидетельства невозможности подействовать на предметы физического мира. Случайно ли подобное совпадение - не двух рассказов, а двух категорий (групп) рассказов? Если бы двух рассказов - можно было бы с определенной натяжкой говорить о случайном совпадении, если бы рассказов одного и того же автора - можно было бы подумать о преднамеренной конфабуляции; но здесь разные истории, разные авторы, разные ситуации. Мне думается, что вероятность случайного совпадения настолько мала, что ею можно пренебречь, как это делают в математической статистике, когда формулируются серьезные научные выводы на основе пренебрежения ошибкой, вероятность которой менее 5 % (а в тестологии тест считается надежным инструментом, позволяющим делать надежные выводы, если величина погрешности - вероятность ошибки - менее 5 %).

Вывод: совпадение в рассказах невозможности подействовать на предметы физического мира свидетельствует о действительной невозможности как о факте.

Продолжим.

6.7. ТУННЕЛЬ. Примерно 9 % переживших предсмертный опыт свидетельствуют об ощущении движения через темное пространство, через черный туннель.

(16) «У меня была очень тяжелая аллергическая реакция на местную анестезию, и у меня остановилось дыхание. Первое, что произошло - это было действительно сразу же, - я ощущал, что проношусь через темный, черный вакуум на предельной скорости. Я думаю, его можно сравнить с туннелем. Ощущение было такое, как если бы я мчался вниз на американских горках в Луна-парке, - так я летел сквозь этот туннель на огромной скорости» (28-18).

И еще свидетельство на эту же тему:

(17) «Я был в чрезвычайно темной, черной пустоте. Это очень трудно объяснить, но я чувствовал, словно я двигаюсь в вакууме сквозь темноту. Однако я все осознавал. Было так, словно я находился в цилиндре, не содержавшем воздуха. Это было странное ощущение, будто находишься наполовину здесь, а наполовину где-то еще» (28-19).

А теперь вернемся на минуту к статье «Астральная проекция» и посмотрим, как там описывается это перемещение. Но вот что оказалось: ни в одном из случаев «обычной» астральной проекции, за исключением случаев проекции в клинической смерти или близких к таковым (это случаи б, 7, 10, 11), не было и намека на движение в черном туннеле.

И опять вопрос: случайно ли, что при клинической смерти упоминается черный туннель, по которому «Я» человека куда-то перемещается, а при астральной проекции без клинической смерти об этом не говорят?

Кажется, ответ есть - не случайно. Но вначале небольшое отступление. Существует гипотеза, что так называемые в астрономии черные дыры - это выход в иное пространство. Так вот, по аналогии с черными дырами и черный туннель можно рассматривать как выход в иное пространство, как переход (не как процесс, а как место) из физического мира, в котором находится физическое тело потерпевшего, в потусторонний мир, поскольку в предсмертном опыте нередко описывается элемент встречи с потусторонним, а при «обычной» астральной проекции он не описывается (как правило).

6.8. АНИМА-КОНТАКТ. Человек осознает себя как бы в потустороннем мире, поскольку видит, встречается и разговаривает с теми, кто уже раньше умер; это как бы встреча с «призраками», т. е. анима-контакт, хотя эти люди воспринимаются не как призраки, а как. обыкновенные люди. При этом встретившиеся ему таким образом люди

- это, как правило, его близкие, родственники.

(18) «Я пережила этот опыт во время родов, которые были очень тяжелыми, и я потеряла много крови. Доктор уже потерял надежду вернуть меня к жизни и сказал моим родным, что я умерла. Однако я очень внимательно за всем наблюдала, и даже когда я слышала, как доктор говорил это, я чувствовала себя вполне в сознании. В это же время я поняла, что все присутствующие здесь люди - их было довольно много - парят под потолком комнаты. Это были все люди, которых я знала в моей жизни, но которые уже умерли. Я узнала свою бабушку и девочку, которую знала, когда училась в школе, а также много других родных и знакомых. Это выглядело так, что я видела главным образом их лица и чувствовала их присутствие. Все они выглядели очень приветливыми. Было очень хорошо от того, что они рядом. Я чувствовала, что они пришли, чтобы защитить или сопровождать меня. Было почти так, как если бы я пришла домой и они были здесь, чтобы встретить и приветствовать меня. Все это время меня не покидало чувство света и радости. Это был прекрасный и славный момент» (28-30).

В других рассказах описание внешнего вида этих людей соответствует тому, как исследователи описывают призраки, чему мы посвятили специальную большую статью (см. Призраки). По данным Института Гэллапа, подобные встречи описывает примерно каждый третий из переживших клиническую смерть (которых в США оказалось около 8 миллионов).

6.9. СВЕТЯЩЕЕСЯ СУЩЕСТВО. Человек в своем астральном теле предстает перед неким ярко Светящимся Существом (ярким светом), с которым вступает в контакт типа телепатического, при этом испытывает особое чувство любви к этому Существу. Хотя все, кто об этом рассказывал, говорили о свете, никто из них не сомневался в том, что это некое Существо; иные полагали в нем Христа (обратите внимание: не «видели» Христа, а «полагали» Христа).

(19) «Я слышал, как врачи сказали, что я умер, и тогда я почувствовал, как я начал падать или как бы плыть через какую-то черноту, некое замкнутое пространство. Словами это невозможно описать. Все было очень черным, и только вдалеке я мог видеть этот свет. Очень-очень яркий свет, но сначала небольшой. Он становился больше, по мере того как я приближался к нему. Я старался приблизиться к этому свету, потому что чувствовал, что это был Христос, я стремился попасть туда, это было нестрашно, было более или менее приятно. Как христианин, я тотчас же связал этот свет с Христом, который сказал: «Я свет миру». Я сказал себе: «Если это так, если я должен умереть, я знаю, кто ждет меня в конце, там, в этом свете»» (28-34).

А вот как на вопрос, не есть ли это продукт подсознательного воображения (то, о чем мы вели дискуссию с моим оппонентом раньше), отвечает журналисту еще один респондент:

(20) «Не существует ни способов, ни аргументов, чтобы убедить человека, которому не известно ни что такое измененное состояние сознания (вероятно, она имела в виду то сознание, которое нами названо метасознанием. - А. П.), ни тем более опыт пребывания вне тела. Это попросту невозможно. Но тем не менее в Его присутствии у вас не возникает никаких сомнений, потому что вы инстинктивно знаете, что это Он» (26-10).

И еще:

(21) «.У меня было прободение аппендицита, я почувствовал сильную слабость и упал. Потом все как бы поплыло, я почувствовал вибрацию моего существа, рвущегося из тела, и услышал прекрасную музыку. Я парил по комнате и затем через дверь перенесся на веранду. И там казалось, что вокруг меня стало собираться какое-то облачко, скорее розовый туман, и тогда я проплыл прямо через перегородку, как будто ее там не было вовсе, по направлению к прозрачному, ясному свету, сиявшему белым. Он был прекрасен, такой блестящий, такой лучезарный, но он совсем не ослеплял меня. Это был неземной свет. По-настоящему я не видел никого в этом свете, и все же в нем была заключена особая индивидуальность, это совершенно несомненно. Это был свет абсолютного понимания и совершенной любви.

Мысленно я услышал: «Любишь ли ты меня?» Это не было сказано в форме определенного вопроса, но думаю, что смысл сказанного можно выразить так: «Если ты действительно любишь меня, возвращайся и закончи в твоей жизни то, что начал». И все это время я чувствовал, как будто был окружен всепоглощающей любовью и состраданием» (28-34).

И весьма любопытное: данный Свет - не тот строгий судья, устраивающий страшный суд каждому, а обладающий даже. чувством юмора:

(22) «Сначала, когда возник свет, я не совсем понимал, что происходит. Но потом он спросил меня, как бы задал мне вопрос: готов ли я умереть? Было так, будто говоришь с кем-то, но не видишь с кем. Свет говорил со мной, этот голос принадлежал именно ему. Теперь я думаю, что голос, говоривший со мной, действительно понимал, что я не готов умереть. Видите ли, для меня это была своего рода проверка, самая значительная за всю мою жизнь. Я чувствовал себя по-настоящему хорошо - в безопасности и окруженным любовью. Любовь, исходящая от него, - это что-то невообразимое, неописуемое. Было с ним так легко. И кроме того, у него было даже чувство юмора. определенно было!» (2835).

Конечно, у каждого свое понимание, и веселому, наделенному чувством юмора человеку и другие могут казаться такими же - это правда. Но вот как о том же говорит совсем другой респондент и совсем другому автору:

(23) «Когда я была ребенком, мне всегда внушали страх перед Богом, внушали, что Христос вернется на землю, чтобы судить нас, а потом бросить в ад. Я же узнала Христа совершенно другим, Он не походил на тот образ, который мне внушали с детства. Он - любовь. Он прощает, любит, улыбается и не судит. Он понимает шутки. Он, например, прибегнул к нашему чувству юмора, чтобы дать мне понять, что я нахожусь в неподходящем месте в неподходящий момент! Я не помню всех подробностей, но помню, что мой дух понимал его юмор. Ему было забавно мое любопытство, мои вопросы и все, что я хотела знать. Я буквально засыпала его вопросами, и это его очень развеселило» (26-10).

Если же к этому добавить, что Бог, с которым общался и Уолш (см. трилогию «Беседы с Богом»), то кажется, что подобные совпадения и комментировать не стоит (хотя бы еще и потому, что упоминание юмора полностью противоречит сложившимся стереотипам; а он не просто упоминается, но упоминается разными людьми, в разных источниках, по разным поводам).

Анализируя этот элемент предсмертного опыта - встречу со Светом, - следует задаться вопросом: если этот Свет тождествен нашему пониманию Бога, то почему Ему не предстать в образе, знакомом каждому верующему? Но тогда христианин видел бы Христа, мусульманин - Аллаха, буддист - Будду, и тогда точно можно было бы заключить, что все это - от собственной психики. Но нет, все подобные видения не детерминированы психикой человека (одни видели Христа, а другие Будду), а детерминированы внешним фактором. И тот факт, что Высшее Существо - Бог в нашем понимании представлен в виде света, подтверждает гипотезу о реальности, как минимум, этого элемента предсмертного опыта, элемента, который могли вспомнить 14 % переживших клиническую смерть американцев.

6.10. ПАНОРАМА ЖИЗНИ. Как бы по инициативе Светящегося Существа перед человеком возникают картинки из его жизни, причем необычно панорамным образом охватывающие всю его жизнь сразу.

(24) «Я был в Германии, поднимался по склону горы. Со мной было еще несколько человек. Вдруг я почувствовал, как сотни мелких камешков катятся под моим телом. Я почувствовал, что это либо комки дерна, либо обнажение породы, и понял, что если не ухвачусь за что-нибудь, то пропал. Дотянувшись, я крепко ухватился за глыбу и успокоился. Затем она подалась.

Когда я упал, передо мной пронеслась вся жизнь, как в кинофильме.» (42-279).

А вот свидетельство респондентки д-ра Моуди, привлекающее к себе внимание не столько подробными описаниями видения картин из жизни, сколько замечанием об отстраненности:

(25) «Когда появился свет, первое, что он мне сказал, был вопрос, который можно сформулировать примерно так: что ты можешь показать мне из твоей жизни? - или как- нибудь еще в этом роде; и вдруг в этот момент замелькали картины, - что это? - подумала я. Все произошло совершенно неожиданно. Я вдруг очутилась в моем детстве. Сцены, которые возникли передо мной, шли в порядке моей жизни, они были такими живыми! Как будто бы приходишь и смотришь на них со стороны и видишь в трехмерном пространстве и в цвете. Картины были подвижными. Например, в момент, когда у меня сломалась игрушка, я видела все движения. Это было совсем по-другому, чем я могла бы видеть в то время. Будто бы маленькая девочка, которую я наблюдала, была кем-то другим, как в кино, какая-то маленькая девочка среди других детей играет на детской площадке, и все же это была я. Я видела себя, что я делала, будучи ребенком, я помню это. Когда я просматривала проходящие картины, я фактически не видела света. Он исчез, как только опросил меня, что было мною сделано, и потом вспыхнули картины, и все же я знала - он был здесь, все время со мною, он вел меня в этом просмотре, я чувствовала его присутствие, он отмечал некоторые события, старался показать мне что-то в каждой из этих сцен. Не то чтобы он хотел увидеть, что было в моей жизни, он знал это, но он выбирал определенные сцены и показывал их мне, чтобы я вспомнила их.

Все время он подчеркивал важность любви. Моменты, в которых это наиболее сильно проявлялось, были связаны с моей сестрой. Я всегда была очень близка с ней, и он показал мне несколько примеров, в которых я была эгоистична по отношению к моей сестре, а потом несколько случаев, где я действительно проявила к ней любовь и сочувствие. Он указал мне, что я должна стремиться помогать людям, стремиться быть лучше. Хотя ни в чем не было никакого обвинения. В те моменты, когда я была эгоистична, его единственным стремлением было, чтобы я извлекла из этого урок.

Вся ситуация была действительно очень странной. Я была там, я в самом деле видела эти сцены, и я по-настоящему пережила виденное, но это было так быстро и все же достаточно медленно, чтобы я могла воспринять все» (28-36).

Прежде чем комментировать описание этого элемента, следует задать вопрос: а не есть ли это тот самый страшный суд: «Вот предстанешь ты перед Господом и будет Он судить тебя за грехи твои»? Ведь в подобных приведенному выше рассказах постоянно прослеживается идея о нравственной оценке поступков своей жизни. Только, в отличие от сложившихся религиозных стереотипов, здесь нравственно оценивает сам человек - идет самосуд вместо «карающей десницы». Вероятно, для Света было важно: в состоянии ли человек оценивать свои поступки адекватно общечеловеческой морали? Ну, а если не способен адекватно оценивать - кара? Нет! От Света исходила любовь, а не суровость.

Значит, не страшный суд, а любовь. Но как тогда быть с Иудой и Гитлером? А может, так, как это должно быть при воспитании: через любовь достижение сомонаказания, что более действенно (с точки зрения психологии), чем наказание кем-то? И, может быть, это тоже уроки: обучение на положительном подкреплении, а не на отрицательном? Может быть. Не забыть бы этот урок.

6.11. НЕВЕДОМАЯ ГРАНЬ. Человек приближается к некой грани, за которой нет возврата в земную жизнь, но не переступает эту грань, осознавая или получая информацию, что еще не завершены его земные дела.

(26) «Я «умерла» от остановки сердца. Как только это случилось, я сразу же очутилась в середине какого-то волнующегося поля. Оно было прекрасно, и все было ярко-зеленым; такого цвета я никогда не видела на земле. Вокруг меня все было в свете, прекрасном, восхитительном свете. Перед собой я увидела изгородь, которая тянулась через все поле.

Я направилась к этой изгороди и увидела по ту сторону ее человека, который двигался ко мне навстречу как бы для того, чтобы встретить меня. Я хотела подойти к нему, но почувствовала, как меня непреодолимо тянет обратно. Я увидела, что и тот человек также повернулся и стал удаляться от меня и от этой изгороди» (28-40).

Вопрос: если человек еще не выполнил все земные дела, то тогда зачем же ему «сделали» умирание? Что это - ошибка тех, кто руководит нашей судьбой, или же результат той свободы, которая дана самому человеку?

Есть гипотеза, что не все поведение человека детерминировано свыше (в отличие от «все в руцех Божьих», «без Его ведома ни один волос с головы не упадет» и т. п.), некая часть поведения дана «на откуп» самому человеку («ты, конечно, можешь мчаться сломя голову, а можешь и быть осмотрительным - выбор за тобой»); а человек, как известно, слаб, может ошибаться. И может быть, и в таких случаях мы тоже имеем дело с ошибкой человека (хотя как быть с сердечным приступом), которую исправляют тем, что не позволяют перейти некую грань, своеобразную «точку возврата», после которой уже не вернуться?

Но это - особая проблема, проблема свободы выбора, о чем должен быть специальный разговор (см. Свободная воля).

6.12. ВОЗВРАЩЕНИЕ. Человек возвращается в свое физическое тело.

(27) «У меня был сердечный приступ. Я вдруг обнаружила, что нахожусь в черном вакууме, и поняла, что покинула свое физическое тело. Я знала, что умираю и подумала: «Боже, я жила бы лучше, если бы знала, что случится сейчас. Пожалуйста, помоги мне». И немедленно стала выходить из этой черноты через что-то бледно-серое, продолжая двигаться, скользя в этом пространстве. Потом я увидела перед собой серый туман и направилась к нему. Мне казалось, что я двигаюсь к нему не так быстро, как мне хотелось бы, потому что поняла, что, приблизившись, смогу что-то увидеть сквозь него. За этим туманом я увидела людей. Они выглядели так же, как и на земле, и я еще видела нечто, что можно было принять за какие-то строения. Все было пронизано удивительным светом

- живительным, золотисто-желтым, теплым и мягким, совсем не похожим на тот свет, который мы видим на земле.

Когда я приблизилась, то почувствовала, что прохожу сквозь этот туман, это было удивительное, радостное ощущение. На человеческом языке просто нет слов, которыми можно было бы это описать. Однако мое время перейти за этот туман, вероятно, еще не наступило. Прямо перед собой я увидела моего дядю Карла, который умер много лет назад. Он преграждал мне путь, говоря: «Иди назад. Твое дело на земле еще не закончено. Сейчас же возвращайся назад». Я не хотела идти назад, но у меня не было выбора, и я тут же вернулась в свое тело» (28-41). И еще:

(28) «Я решил, что должен вернуться обратно. После этого я почувствовал как бы толчок, толчок, который направил меня обратно в мое тело. Я почувствовал, что в этот самый момент я вернулся к жизни» (28-45).

Этот элемент предсмертного опыта в определенной степени напоминает описание процесса возвращения в свое тело после «обычной» астральной проекции (вне клинической смерти).

При этом некоторые отмечали у себя нежелание возвращаться:

(29) «Я не хотела жить здесь, на земле, мне хотелось вернуться в то место, где я испытала такое полное счастье, снова обрести принявшего меня Христа и своих ангелов- хранителей. Воссоединение с собственным телом представлялось мне возвращением во что-то липкое и холодное» (26-10);

но при этом же испытывали чувство долга:

(30) «Я думала, останусь ли я здесь, но потом я вспомнила о моих детях и муже. Теперь мне трудно точно изложить эту часть моего опыта. Когда я переживала эти удивительные ощущения в присутствии этого света, я действительно не хотела возвращаться. Но я всерьез подумала о моей ответственности, о моих обязанностях по отношению к семье.

Так что я решила постараться вернуться обратно» (28-42).

Таковы основные десять элементов предсмертного опыта (некоторые авторы, детализируя, называют большее их число) и попытки их осмыслить, в том числе и с позиций академической психологической науки. Как представляется, важным в этих попытках является не столько логика объяснений значений того или иного элемента, сколько логика объяснений совпадений свидетельских показаний разных групп рассказчиков, зафиксированных разными группами исследователей (парапсихологами, психологами, врачами). Все это не может не привести к выводу о достоверности описанных в этих показаниях событий. Впрочем, к достоверности мы еще вернемся, а сейчас - еще к группе явлений, о которых свидетельствуют пережившие предсмертный опыт.

11. ПОСЛЕДЕЙСТВИЯ ПРЕДСМЕРТНОГО ОПЫТА. Все психические явления, возникшие после предсмертного опыта, можно разделить на три группы: 1) изменение отношения человека к смерти; 2) изменение части собственного мировоззрения; 3) появление особых способностей, в том числе и пси-способностей.

1. Основное изменение: пережившие предсмертный опыт уже не испытывают страха перед грядущей смертью, более того, для некоторых она становится вроде как желательной. Но послушаем свидетелей:

(31) Высказывание Бетти Дж. Идай, пережившей предсмертный опыт и написавшей книгу «В объятиях света» (Eadie Betty. Dans les bras de la lumiere): «Все мы умрем когда- нибудь, и все мы страшно боимся смерти, но смерть - вовсе не то, что мы себе представляем. Скажем так: по ту сторону смерть воспринимается. ну, как диплом! Если вы отдаете свою жизнь, спасая другого человека, то ваша смерть приобретает особенную ценность, потому что вы пожертвовали собой ради другого. Если вы остались живы в результате несчастного случая (так в тексте. - А. П.), каким бы ужасным и драматическим он ни был, это вовсе не случайность - просто ваш час еще не пришел. Я знаю, все это кажется невероятным, но это действительно так» (26-10).

(32) «Я полагаю, что этот опыт что-то определил в моей жизни. Я был еще ребенок, мне было всего десять лет, когда это произошло, но и сейчас, то есть на протяжении всей моей жизни, я сохранил абсолютное убеждение в том, что есть жизнь после смерти; у меня нет и тени сомнения в этом. Я не боюсь умереть. Некоторые люди, которых я знаю, так боятся этого, так запуганы. Я всегда улыбаюсь про себя, когда слышу людей, сомневающихся в посмертном существовании, или говорю им: «Когда умрете - увидите». Про себя я думаю: «Они действительно не знают этого». В моей жизни мне пришлось пережить много всевозможных приключений. Однажды я был под угрозой револьвера, приставленного к моему виску. Но это не очень испугало меня, потому что я думал: «Ну что же, если я действительно умру, если они убьют меня, я знаю, что все равно буду жить где-то в другом месте»» (28-52).

И еще свидетельство на тему отношения к смерти:

(33) «Последнее, что сказал мне свет, перед тем как я вернулся в свое тело, обратно к жизни, было - если это выразить кратко - «Я вернусь к тебе». Он говорил мне, что сейчас

я буду возвращен обратно к жизни и буду жить, но будет время, когда мы с ним снова встретимся, и что тогда я действительно умру.

Так что я знаю, что снова встречусь с этим светом и этим голосом, но я не могу сказать, когда это произойдет. Я думаю, что это будет очень похоже на то, что я уже пережил, но только все будет еще лучше, т. к. я теперь знаю, что меня ожидает, и не буду так смущен, как тогда. И все жяне думаю, что мне хочется вернуться туда в ближайшее время. Я хочу еще многое сделать в этом мире» (28-53).

Как видно из этих двух рассказов, после перенесенного опыта человек испытывает как бы двойственное чувство: с одной стороны, он хочет испытать снова то чувство приятного, блаженства и т. п. - и это легко объяснить в рамках психологии и даже психофизиологии наград и наказаний: человека всегда тянет туда, где ему было хорошо; а с другой стороны - никто из них не стремится покончить с жизнью, никто не призывает смерть (эту мысль весьма четко выразила с телеэкрана женщина, испытавшая все это, в передаче Фила Донахью о людях, переживших клиническую смерть и предсмертный опыт). Последнее может быть связано с истинным чувством долга перед живущими, а может, высказывания о собственном долге - это рациональная защита (один из видов психологической защиты) от глубоко проникшего в сознание (за все годы до этого опыта) страха перед смертью. Во всяком случае подобная двойственность легко объяснима - это противоречие между старыми стереотипами наших суждений и новым опытом. Мне, изучавшему в университете психологию людей, представляется, что если бы человек все это выдумал, то навряд ли он, не будучи знакомым с тонкостями психологической науки, придумал бы и эту двойственность, и этот конфликт - это противоречие в своих собственных суждениях.

2. После предсмертного опыта испытавшие его нередко говорят об изменении в двух сферах мировоззрения человека: в его отношении к различным сторонам нравственности и его отношении к знаниям.

(34) (После предсмертного опыта) «я стараюсь делать вещи по возможности существенные и те, после которых мое сознание и моя душа чувствуют себя лучше. Я стараюсь избегать предубежденности и не осуждать людей. Я стараюсь совершать поступки, которые хороши сами по себе, а не только полезны лично для меня. И мне кажется, что я теперь стал гораздо лучше разбираться в жизни. Я чувствую, что обязан этим тому, что со мной произошло, т. е. своему опыту смерти - тому, что я тогда увидел и пережил» (28-49).

А вот второе мнение на эту же тему:

(35) «Я как будто повзрослел в эту ночь, после того как это случилось, потому что это открыло для меня целый новый мир, о существовании которого я даже не подозревал. Я думал: «Как много такого, что мне следовало бы узнать». Другими словами, есть что-то большее в жизни, чем футбол и танцы в пятницу вечером. И для меня очень важным стало значить то, о чем я раньше даже не знал. Я стал думать: «Где граница для человека и для его сознания?» Происшедшее со мной открыло мне целый новый мир» (28-49).

Контент-анализ этих высказываний позволяет заключить, что у первого (пример 34) была проблема с нравственностью его поступков, а второй (пример 35) испытывал дефицит знаний, имел небольшой кругозор. И каждый из них сумел теперь как бы актуализировать это в своем сознании (что весьма важно для компенсации). Так что - каждому то, что ему требуется? Получается так; значит, «там» хорошо поставлена психодиагностика, раз первому сделали акцент на нравственности, а второму - на необходимости знаний.

И еще - это уже к точности диагностики «ими»:

(36) «В тот момент (близости смерти. - А. П.) я была гораздо более сосредоточена на достоянии моего разума, чем физического тела. Наш разум гораздо более важная часть нас, чем вид и формы нашего тела. До этого в моей жизни было все как раз наоборот. Мое основное внимание и главные интересы были сосредоточены на моем теле, а то, что происходит с моим разумом, меня как-то не занимало - все шло само по себе. Но после того, как это произошло, именно состояние моего разума стало основным предметом моих забот, а уж на втором месте забота о теле - оно просто нужно для поддержания разумной жизни. Тогда (во время предсмертного опыта. - А. П.) для меня не имело значения, есть ли у меня тело или нет. Я не думала об этом. Самым главным для меня тогда был мой разум» (28-50) (и автор почему-то представил ее в виде миловидной пухленькой особы, которая постоянно переживает за свой избыточный вес, для которой это - проблема проблем).

3. У некоторых в результате предсмертного опыта появляются новые способности, относящиеся к разряду взаимодействия с другими людьми:

от простого

(37) «Мне кажется, что я теперь лучше чувствую людей» (28-50)

через

(38) «я чувствую, когда в жизни других людей происходят какие-то неприятности» (2850)

до

(39) «После «возвращения» у меня, например, появилось то, что называют шестым чувством - мощная интуиция, позволяющая мне «видеть» жизнь других людей. Достаточно было просто посмотреть на человека, как я уже знала его жизнь во всех подробностях» (26-10)

и

(40) «Я чувствую, что могу улавливать мысли и чувства людей. Я хорошо чувствую, когда человек чем-то обижен. Я часто могу понять, что человек хочет сказать еще до того, как он начинает говорить. Многие не поверят мне, но у меня было несколько действительно поразительных примеров. Однажды я был в компании и продемонстрировал свое умение. Несколько человек, которые меня до этого не знали, после этого встали и ушли. Я не знаю, появилась ли у меня эта способность в тот момент, когда я был мертв, или это свойство было у меня и раньше, но как бы дремало и я никогда не использовал его до того, как это со мной произошло» (28-51).

Последнее замечание интересно в связи с парапсихологическими исследованиями метасознания (напомним: состояния осознания себя и окружения, хотя объективно человек лежит без сознания), в котором субъект мог проявлять телепатию, ясновидение и некоторые другие пси-феномены. Но в данном случае речь идет о пси-феноменальном последействии, которое проявляется не у всех, ау. - вполне возможно, что у тех, кто имел эту способность в «дремлющем» состоянии.

12. ВАРИАТИВНОСТЬ МОДЕЛИ ПРЕДСМЕРТНОГО ОПЫТА. Прежде всего: как мы уже отмечали, по статистике не все пережившие клиническую смерть испытали предсмертный опыт (по разным данным - от 10 % до 60 %); а те, которые испытали, не обо всех элементах рассказывали (не все элементы помнят или не все элементы имели место быть?). Приведем статистику упоминания тех или иных явлений предсмертного опыта в результатах интервьюирования Институтом Гэллапа 8 миллионов американцев, испытавших клиническую смерть (в такой формулировке, как это представлено в 42-284):

Ощущение покидания своего тела 26 %

Ясное зрительное восприятие 23 %

Слышание звуков, голосов 17 %

Чувство спокойствия, отсутствие болевых ощущений 32 %

Наблюдение световых явлений 14 %

Предыдущая жизнь проходит перед глазами 32 %

Пребывание в другом мире 32 %

Встреча с другими существами 23 %

Туннель 9 %

Аналогичные выводы были сделаны и д-ром Моуди, правда, без статистики:

«1) Несмотря на поразительное сходство между отдельными рассказами, никакие два из них не были совершенно идентичными (хотя некоторые весьма приближались к этому).

2) Я не встретил ни одного человека, в рассказе которого присутствовали бы все до одного элементы обобщенного опыта. Очень многие сообщали о большинстве из них

(примерно о восьми и более из пятнадцати (а мы некоторые элементы объединили. - А. П.), а некоторые упоминали до двенадцати элементов).

3) Не было ни одного элемента обобщенного опыта, который встретился бы в рассказах абсолютно всех людей. Тем не менее некоторые из этих элементов были почти универсальными.

4) В моей обобщенной модели нет ни одного элемента, который встретился бы всего в одном сообщении. Каждый был обнаружен во многих независимых рассказах.

5) Порядок, в котором умирающий человек проходил различные этапы , может отличаться от того, который дан в моей «теоретической модели». Например, разные люди рассказывают, что видели «светящееся существо» до того или одновременно с тем, как они покинули свое физическое тело, ане некоторое время спустя.

7) Несколько человек, с которыми я беседовал, были признаны умершими, реанимированы и в своем последующем рассказе не упомянули ни об одном из этих общих элементов. Фактически они говорили, что не могут вообще ничего вспомнить о своей «смерти». Весьма интересны случаи, когда мне довелось беседовать с несколькими людьми, которые признавались умершими неоднократно с разрывом в несколько лет. Они рассказывали, что не испытали ничего в одном случае, но имели достаточно полный опыт в другом случае» (28-14).

Прежде всего - о последнем замечании. Оно дает основание сделать вывод, что не видение элементов предсмертного опыта зависит не от каких-либо индивидуальных фундаментальных особенностей, свойств^Л психики, а скорее всего, от состояний психики, т. е. от сиюминутной, сиювременной особенности, ну точно, как это бывает со сновидениями, о чем чуть ниже.

А теперь о тех, кто пережил предсмертный опыт, но одни видели одно, а другие - другое

- почему так?

.Произошла авария: на глазах у прохожих автомобиль сбил человека, налетел на дерево, перевернулся. Когда все улеглось, стали опрашивать свидетелей.

Понятно, к чему клоню? Верно, их показания варьировались: одни запомнили и рассказали об одном, другие - о другом, а третьи и о первом, и о втором, и еще о третьем. Почему так? Вопрос увел бы нас очень далеко—в теорию восприятия академической психологии. Здесь же кратко: на зрительное восприятие влияют не столько острота зрения, сколько характер человека, его установки на мир, на людей, его мировоззрение, а также его сиюминутное состояние.

А чем отличается восприятие событий вокруг физического тела во время предсмертного опыта от восприятия аналогичных событий в обычном бодрствующем состоянии (как врачи кого-то реанимирует, например)? Иначе говоря, чем отличается восприятие в метасознании от восприятия в обычном сознании? Вообще-то ответу на этот вопрос мы посвятили немало места в статьях Астральная проекция, Метасознание и Состояния

сознания: критерии, классификация. Здесь же лишь скажем, что с точки зрения техники в метасознании восприятие точно не хуже восприятия в сознании, а по некоторым позициям даже и лучше. Но одно дело - воспринять информацию (во время ли астральной проекции или во время бодрствования) слухом или зрением, и совсем другое дело - осознать эту информацию. А ведь бывает и так: видел, но не обратил внимания - ине дошло до сознания (см. Сознание). А разве не то же самое происходит с нашими снами? Некоторые утверждают, что вообще не видят сны. Видят, но не доносят до дневного сознания. Не доносят по разным причинам, одной из которых является психологическая защита, которая защищает наше дневное состояние психики от информации, которая могла бы вызвать, как минимум, психический дискомфорт, как максимум - «разрыв сердца». «Да если бы она вдруг узнала, что с ней, с полуторагодовалой, пытался сделать ее пьяный отец, если бы вдруг узнала - не перенесла бы!» Но не узнала благодаря психологической защите.

Может быть, и здесь срабатывает тоже психологическая защита: нельзя этому человеку об этом знать - опасно для него самого, может так?

- А что же тут, автор, опасного, если бы, например, он запомнил, как отделился от своего тела или как встретил умерших родственников?

- Дорогой мой оппонент, не знаю, в чем опасность видения именно этих элементов предсмертного опыта (как мало мы знаем в этой области!), но знаю другое.

Есть люди, которые верят в НЛО, верят спокойно, уже почти без эмоций («Да, я думаю, эти тарелки существуют, ну и что?»). Но если бы на его глазах прямо перед ним такая тарелка опустилась, да оттуда еще вышли бы «они», думаю, не каждый из верящих в это сохранил бы пульс в 60 ударов в минуту, думаю, некоторым стало бы, как минимум, не по себе (а как максимум - и «разрыв сердца»).

Нет, не зря существует «когнитивная блокада», не зря существует такая психологическая защита, ибо мы - земные - не всегда знаем, какая информация нам полезна, а какая - во вред. И может быть, эта вариативность - тоже защита. Думается, такая гипотеза имеет право на существование, поскольку под нею - фундамент знаний психологической науки.

13. ЗАКОНОМЕРНОСТИ ПРОЯВЛЕНИЯ ПРЕДСМЕРТНОГО ОПЫТА. 1) Чем явнее была клиническая смерть и чем дольше она длилась, тем большее число элементов модели присутствовало в рассказе. 2) Не выявлена какая-либо зависимость содержания предсмертного опыта от пола человека, возраста, национальности, религиозных убеждений (последнее подтверждается упомянутым нами ранее сравнительным исследованием 442 пациентов-американцев и 435 пациентов-индусов, проведенным Осисом и Харалдсоном).

14. О ДОСТОВЕРНОСТИ ПРЕДСМЕРТНОГО ОПЫТА. Одна из основных задач, стоящих перед исследователями в связи с проблемой предсмертного опыта, - это степень достоверности подобных «свидетельских показаний». Ведь, если, например, человек сообщает, что, отделившись от своего тела, он видел, как врачи., как собравшиеся вокруг люди., то возникает естественное желание в перепроверке того, что он видел и слышал, из других источников (от других людей). Иначе говоря, возникала точно такая же задача, как и при оценке достоверности феномена «астральная проекция».

Автор надеется, что Вы перед этим прочитали статью Астральная проекция и познакомились с представленными там доказательствами существования феномена отделения от физического тела, осознания окружения и т. п. Ну а для всех остальных я приведу здесь только два случая, в которых нашлось подтверждение тому, что люди видели из астрального тела.

(41) Однажды автобус, в котором ехал д-р Лайал Уотсон, перевернулся. «В течение какого-то времени он находился «вне тела» и сверху смотрел на аварию. Оттуда же он заметил застрявшего в обломках мальчика, на которого они могли обрушиться в любой момент. Когда Уотсон «вернулся в тело», он смог самостоятельно выбраться почти без повреждений и помог спасателям освободить мальчика. Тот действительно застрял в той самой позиции, которую сверху видел Уотсон. Из автобуса мальчика было бы ему не видно» (42-268).

Как представляется, вопрос о достоверности видения из астрального (тонкого) тела следует все-таки решить положительно и закрыть его, завершив предоставлением последних свидетельских показаний:

(42) «Оперировали ребенка пяти лет по поводу установки искусственного клапана сердца. По свидетельству его матери и дежурной санитарки, ребенок очнулся от наркоза с одним навязчивым вопросом: «Мама, почему доктора не отвечали мне, когда клали в меня эту штуку?.. Я был на потолке и смотрел». Мальчик описал не только процедуру, которую до того момента не видел, но и искусственный клапан, хотя он был еще очень мал, чтобы знать о таких вещах, и перед операцией ему его не показывали» (42-288).

Мне бы было достаточно показаний одного этого свидетеля, которого невозможно заподозрить в такой конфабуляции. И автор этого источника справедливо задается - как кажется риторическим - вопросом: «Если ребенок передает лишь свои галлюцинации, то откуда они могут быть такими точными?» Я отвечу: они могут быть такими точными, потому что точным было восприятие данной сцены ребенком (аргументы см. на с. 20).

А вот схожая ситуация но со взрослым пациентом, рассказанная врачом санкт- петербургского хосписа А. Гнездиловым:

(43) «В онкологическом институте оперировали женщину. Потом она лежала в реанимации, где я ее и навестил. Она сказала: «Как жаль, что операцию делал не мой лечащий врач, а другой хирург». Я удивился: в операционную ее доставили уже под наркозом, и она не могла видеть персонал. Женщина рассказала: она помнит, как какая-то сила вытолкнула ее по спирали из собственного тела и она увидела себя со стороны. Увидела фигуры врачей, услышала: «Сердце остановилось, немедленно заводите». Ее

охватил ужас, потому что она вспомнила о матери и дочке, с которыми не успела попрощаться.» (Аргументы и факты. 2001. № 31).

Иное дело - достоверность элемента «встреча с умершими родственниками». Тут объективно перепроверить, переспросить - не у кого. Хотя. Находясь в состоянии клинической смерти, женщина увидела «там» свою сестру, которая, как женщина знала, была жива. И тогда: «. вот и не правда, что они видят умерших» (раз увидела не умершую)! Ан правда, поскольку, как потом оказалось, сестра-то к тому времени умерла, просто скрывали это от женщины. А вот от предсмертного опыта такое «скрыть» невозможно. И получается, что он, этот опыт, показывает то, что есть на самом деле (!), а не то, что в мыслях человека. Таковы факты. И критикам остается только одно: обвинить всех рассказчиков о предсмертном опыте в выдумывании всего этого, выдумывании просто, что называется, на ровном месте, а по-научному - в конфабуляции.

Мы неоднократно уже обсуждали в этой Энциклопедии проблему доверия свидетельским показаниям. Люди ведь могут придумывать, лгать не только осознанно, но и подсознательно (это то, о чем мы говорили в связи с пуганой вороной, которая и куст принимает за своего врага).

Но возможны и осознанные, преднамеренные конфабуляции (вымыслы).

Исходя из природы homo sapiens, данное существо обладает выраженной потребностью в самоутверждении. Одной из техник самоутверждения является стремление обратить на себя особое внимание. Одной из техник достижения этого является сообщение людям чего-то такого о себе, что вызовет у них интерес (но что не потребует доказательства). Например, «мне сегодня приснился такой удивительный сон: подходит ко мне Алла Пугачева.» или «у меня тоже была остановка сердца, и я тоже видела свет.». Последнему случаю конфабуляции должна предшествовать информация о подобных случаях, почерпнутая, например, из книги Р. Моуди «Жизнь после жизни». А если такой предшествующей информации не было? Тогда надо полагаться на фантазию, но фантазировать в рамках допустимого, чтобы поверили. Хотя и говорят, что чем невероятнее ложь, тем скорее поверят, но это не так: люди скорее верят тому, что укладывается в их сложившиеся стереотипы.

Вот два рассказа: 1) «.И светящееся существо сказало мне, что всех грешников ожидает суровая кара, и показало мне геенну огненную»; 2) «.И светящееся существо сказало мне: всем уготовано царство Божие - и грешникам, и праведникам». Чему, какому из этих двух рассказов люди скорее поверят?

Вот стереотип: есть страшный Божий суд за грехи людей - и все это на том свете; есть такой стереотип. И люди в силу своей психологии скорее поверят в это стереотипное, чем в обратное (в то, что, дескать, никакого ада, никакого страшного суда, никакой кары за грехи, а лишь одно блаженство и счастье на том свете).

Так вот, если уж придумывать так, чтобы было «необыкновенно», но и чтобы было где- то похоже на правду, то скорее поверят, если по рассказу человек видел все то, во что

верят многие религиозные люди и полуверят многие полурелигиозные люди. В совсем невероятную ложь поверят либо малолетние дети, либо слишком умные (типа Эйнштейна), которые знают: в этом мире в соответствии с его законами нет ничего невозможного.

Отсюда вывод: психология обычного человека если и способна когда на конфабуляцию, то с учетом установок большинства других людей. И отсюда вывод: мало вероятно, что все эти рассказы были плодом сознательной (полусознательной) фантазии; более вероятно, что они все это переживали.

Вот что говорит об этом д-р Моуди, выслушавший не один десяток таких рассказов:

«Тем, кто не наблюдал подобно мне предсмертные состояния и ничего об этом не слышал, очень легко предположить, что все эти рассказы не больше чем ложь. Однако я нахожусь в совершенно ином положении. Мне приходилось беседовать с умудренными опытом, зрелыми, эмоционально устойчивыми людьми, как женщинами, так и мужчинами, которые были необычайно взволнованы и даже плакали, рассказывая о том, что произошло с ними за месяц до этого. В их голосе я слышал искренность, теплоту и такие чувства, о которых трудно рассказывать» (28-69).

Как бы там ни было, но Вашего покорного слугу, когда он познакомился с множеством рассказов о предсмертном опыте, кажется, убедила (в том, что это не вымыслы сотен, а может - по данным Института Гэллапа - тысяч людей) больно высокая степень синхронности в их рассказах. Что же касается доверия к парапсихологическим рассказам вообще, то в статье Достоверность спонтанных пси-феноменов приводятся аргументы, подтверждающие вывод: