<<
>>

Гассеты по отношению к библиографическим профессиональным кадрам,

лиографии и развития библиографоведческой мысли. Мне показалось чрезвычайно интересным применение учения о поколениях X. Ортега-и-

которое А. В. Соколов использовал и ранее в своих книгах о российской

2

интеллигенции .

Но говоря о библиографоведении, правомерно использо­вать науковедческую, а не культурологическую терминологию, поэтому периодизация развития библиографоведения, предложенная В. А. Фокее- вым, будет более востребована в исследовательской работе библиографо- ведов, чем периодизация А. В. Соколова.

Рассмотрение развития библиографоведческой мысли начинается с работ основателей библиографоведения, живших во второй половине XIX

в., и завершается публикациями, вышедшими в наши дни, т. е. глава закан­чивается анализом идей постнеклассического библиографоведения, воз­никшего в XX в.

Это позволяет авторам органично перейти к разговору о теории биб­лиографии в третьей главе. В параграфах, посвященных задачам и пред­метной области библиографии и существующим теоретическим концепци­ям библиографии, авторы еще раз обозначили различные оценки научного вклада в развитие теории библиографии О. П. Коршунова, а также оха­рактеризовали концепции Л. В. Астаховой, А. И. Барсука, Э. К. Беспало­вой, М. Г. Вохрышевой, Н. Б. Зиновьевой, А. А. Гречихина, В. А. Фокеева. В оценке состояния развития теории библиографии могу присоединиться к позиции А. В. Соколова, признающего в качестве ее отца-основателя О. П.

Коршунова и с горечью отмечающего отсутствие общепризнанного лидера среди ученых в пост-неклассический период. Главными достижениями со­временного состояния теории библиографии названы: единодушное при­знание фундаментальности таких проблем, как сущность библиографии, ее социальные функции, свойства, структура; сущность явления библиогра­фическая деятельность с ее структурными элементами; признание биб­лиографоведения в качестве научной дисциплины и важности изучения ее взаимосвязей с другими науками. Однако на признании фундаментально­сти вышеназванных научных вопросов единодушие среди современных ученых заканчивается. А. В. Соколов отмечает, что очень мало согласия в рекомендуемых путях разрешения перечисленных проблем». Его смущает, «что каждый из прорабов Дворца библиографоведения строит его по соб­ственному проекту». Меня это обстоятельство не смущает, а чрезвычайно огорчает и раздражает. Считаю, что демонстрация амбиций и нежелание или неумение признавать правоту других приведет к тому, что теория биб­лиографии так и останется в виде начал, разработанных нашими учи­телями. Несогласованность между собой существующих ныне многочис­ленных библиографоведческих концепций вызывает уныние и рождает со­мнение в эффективности научного поиска, проведенного в последние го­ды. Такое состояние дел не может способствовать доведению библиогра­фоведения до уровня науки, не только описывающей явления, но и вы­являющей закономерности развития исследуемого объекта, прогнозирую­щей его дальнейшее движение. По-видимому, именно это состояние тео­рии нашей науки и отсутствие прогнозов ее развития приводит к тому, что появляются высказывания в правомерности ее существования в новой ин­формационной ситуации, связанной с внедрением компьютерных техноло­гий.

Одна из возможностей преодоления кризиса современного этапа раз­вития теории библиографии, по мнению А. В. Соколова, лежит в класси­фикации всех представленных концепций и отнесении одних к общим, других к частным (последние можно рассматривать как интерпретации). Конечно, нужна конструктивная работа, обобщающая все достижения библиографоведческой мысли, и, безусловно, правильным является его же утверждение о необходимости авторитетного научного лидера для даль­нейшего продвижения вперед в развитии науки о библиографии. Без этого невозможно преодолеть ситуацию, образно представленную в известной басне И. А. Крылова о лебеде, раке и щуке.

Последний параграф данной главы посвящен рассмотрению возмож­ностей раскрытия законов и закономерностей в библиографии. Эта про­блема очень долго декларировалась, но фактически до 2004 г. не было публикаций, в которых бы предлагалось ее решение. Сейчас же только в работах М. Г. Вохрышевой и В. А. Фокеева перечисляется несколько биб­лиографических законов. Это перечисление может быть продолжено и с помощью работ других авторов[74]. В связи с этим не могу не сказать о кон­структивной позиции А. В. Соколова, предлагающего систематизировать все открытые законы и закономерности функционирования библиографи­ческой информации в социуме на отраслевые (частные), межотраслевые и всеобщие (универсальные) или, иначе, на логические или философские. Заслуживает внимания его предложение использовать кванторы общности и кванторы существования для отличия законов от фактографических опи­саний.

Высоко оценив поиски законов и закономерностей библиографии, предпринятые Н. А. Слядневой, Г. Ф. Гордукаловой и О. М. Зусьманом, А.

В. Соколов дает объяснение существующей ныне пассивности при реше­нии проблемы законотворческой деятельности в библиографоведении и от­мечает факт перехвата библиографической проблематики в этом направле­нии представителями научной информатики. Среди перехваченных биб­лиографических проблем и открытых законов и закономерностей оказа­лись: закон С. Бредфорда; закономерности, существующие при проведении информационно-документального поиска с характеристиками релевантно­сти и пертинентности; открытие зависимости, определяющей потребность в информационном обслуживании, которая связана с объемом знаний, тре­бующихся специалисту для выполнения его должностных обязанностей, и объемом знаний, полученных им в процессе профессиональной подготов­ки.

Захват этой объективно библиографической проблематики дружест­венной наукой информатикой привел к тому, что данное знание, за исклю­чением закона Бредфорда, скудно представлено в учебной библиографиче­ской литературе. Пора уже поблагодарить информатиков за ценный вклад в библиографоведение, в частности в такой его раздел, как методика и тех­нология, и активнее осваивать это знание, адаптировать его к библиогра­фической терминологии и представлять в учебниках и учебных пособиях.

С большим удовлетворением я отметила совпадение своей позиции с

утверждениями А. В. Соколова об исходной и сугубо библиографической

2

поисковой функции . Признание поисковой функции в качестве единст­венной сущностной (специфической) функции библиографии работает на межнаучную интеграцию, которая так необходима библиографической науке. Убедительны слова А. В. Соколова о потребности в создании еди­ной теории информационно-поисковых систем и о месте и назначении библиографии в качестве поисковой инфраструктуры по отношению ко всем социально-коммуникационным институтам.

В первом параграфе «Понятие о методологии и методах библиогра­фии» четвертой главы явно солирует В. А. Фокеев. Проведя краткий экс­курс в историю вхождения в понятийный аппарат библиографоведения терминов методика и методология, он выделяет в методологии четыре уровня с учетом специфики используемых методов и перечисляет задачи, стоящие перед современными библиографоведами-методологами. Его классификация методов библиографоведения в целом получила одобри­тельную оценку собеседника, но библиографический метод, по мнению А.

В. Соколова, рассматривается неоправданно широко и в такой трактовке поглощает и библиографоведческую деятельность, и библиографоведче- скую мысль. Это несогласие не прерывает диалога, и далее В. А. Фокеев развивает мысль о динамике развития научных методов библиографоведе­ния, исходя из господства той или иной научной парадигмы.

В следующем параграфе «Принципы библиографии (библиографи­ческой деятельности)» ученые обменялись необходимыми уточнениями по поводу основополагающего понятия принцип, который в научном позна­нии принимается без доказательств, т. е. является аксиомой. Харак­теристику принципов библиографии, вытекающих из ее функциональной структуры, провел В. А. Фокеев, но важен вывод А. В. Соколова: наличие очень большого перечня принципов, который может быть еще и дополнен, говорит лишь о том, что и эта научная проблема требует дальнейшего рас­смотрения и решения.

Для начинающих исследователей проблема выбора методов и под­ходов является сложнейшей задачей, нелегко и тем, кто ведет лекционные занятия с аспирантами и должен подготовить обзор библиографоведческой методологии. Для меня подготовка лекции о научных подходах в библи­отековедческих, библиографоведческих или книговедческих исследовани­ях была одной из самых сложных, материал собирался по крупицам, и по­сле многочисленных переписываний и правок удовлетворение произве­денным научно-методическим продуктом так и не наступило. С каким же восторгом и чувством глубокой признательности я прочитала всю главу о методологии библиографоведения и особенно параграф о научных подхо­дах! Каждый из авторов представил подходы, которые или сам разрабаты­вал, или активно использовал в своей деятельности, отметил их достоинст­ва или ограниченность при получении (добыче) нового знания. В послед­ней главе, как и во всех предшествующих, ярко проявились различные способы поиска научной истины участниками научной беседы. У В. А. Фокеева, по словам его собеседника, — это «пафос отрицания», а у А. В. Соколова — поиск компромисса и преемственность с учеными, раз­рабатывавшими ту или иную проблему. Мне больше по душе отношение к коллегам, которое демонстрирует А. В. Соколов.

Но справедливости ради скажу: различия в подходах к оценке про­шлых достижений нашей науки — одно из обстоятельств, определивших возможность появления данной книги, одно из оснований диалога, кото­рый позволил в динамичной и очень увлекательной форме представить всю палитру решенных и нерешенных проблем современного библиогра­фоведения.

В «Заключении» очень коротко изложено то, что обсуждалось уче­ными: характеристика современной библиографии как завершающего эта­па «классической», традиционной библиографии XX в. и первоначальной формы будущей библиографии XXI в.; попытка еще раз обосновать идею постпрото(нео)библиографии. Особого внимания заслуживают высказы­вания В. А. Фокеева об электронной библиографии, которая только зарож­дается и тайны которой овладевают умами самых пытливых из библиогра- фоведов. Конечно, очень хочется поверить А. В. Соколову и его прогнозам на будущее библиографии, которое он видит в возможности превращения современной библиографии «во всезнающего информатория глобальной сферы». Давно известно, что будущее не приходит само, мы его творим и приближаем своими трудами. Среди этих трудов чрезвычайно значимы научные изыскания современных библиографоведов, и, по-видимому, са­мые главные библиографические открытия, связанные с новой средой функционирования библиографической информации, у нас впереди.

Подготовка научных кадров российских библиотековедов и библио- графоведов насчитывает не одно десятилетие, но никогда еще не было та­кого мощного обеспечения этого направления вузовской деятельности обобщающими научно-педагогическими изданиями. В рецензируемой кни­ге можно найти ответы на все вопросы, включенные в типовую программу по подготовке к сдаче кандидатского минимума по научной специальности 05.25.03 - «библиотековедение, библиографоведение и книговедение». В связи с очень тесной интеграцией научных дисциплин, входящих в эту специальность, многие нерешенные вопросы указанных наук являются общими, а это ведет к тому, что проблемы, освещаемые в данном издании, не только библиографоведческие, они в значительной степени присутст­вуют во всех документально-коммуникационных сферах. Материалы, представленные в главах, посвященных теории и методологии библиогра­фии, правомерно использовать аспирантам, готовящим диссертации и по библиотековедению, и по книговедению.

Общая оценка данной книги очень высока. Научно-практическое по­собие - существенное подспорье тем, кто готовит научно­исследовательские кадры для информационной и документально-комму­никационной сферы, а главное, это неоценимая помощь молодым ученым. Вместе с изданием хрестоматии, составленной Ю. Н. Столяровым, и его

лекций[75] эта книга войдет в число самых используемых, самых важных и нужных для тех, кто стремится познать тайны библиотечно-библи­ографической науки.

<< | >>
Источник: Аркадий Соколов. Диалоги об интеллигенции, коммуни­кации и информации. 2011

Еще по теме Гассеты по отношению к библиографическим профессиональным кадрам,:

  1. К ВОПРОСУ О СООТНОШЕНИИ ПОНЯТИИ «ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ КУЛЬТУРА» И «ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ СУБКУЛЬТУРА»
  2. БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК
  3. Библиографический список
  4. БИБЛИОГРАФИЧЕСКИИ СПИСОК
  5. Библиографический список
  6. БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК
  7. Библиографический список.
  8. БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК
  9. БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК
  10. Библиографический список
  11. БИБЛИОГРАФИЧЕСКИМ СПИСОК
  12. Библиографический список.
  13. Библиографический список
  14. Библиографический список
  15. БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК
  16. БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК
  17. БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК