Астрологи пытались также предсказывать природные бед­ствия

, чтобы люди могли по крайней мере подготовиться к событиям, которые оставались вне человеческого контроля. В начале 1660-х годов, например, Джон Гедбери сопоставил ис­торию чумы в Лондоне с положением звезд с целью выяснить, можно ли обнаружить какие-либо связи..Обнаружив то, что ис­кал, он перепутал эти неестественные корреляции со столь же сомнительной логикой причинно-следственной связи, чтобы заключить, что будущая чума может быть предсказана путем астрологического анализа.

Другие астрологи использовали подобные методы, чтобы предсказывать вспышку пожаров и состояние погоды. Даже еще в XIX веке столь же сомнительная логика была применена к экономическому циклу. У.С. Джевонс, один из ведущих эко­номистов Англии, обнаружил соотношение между солнечны­ми пятнами и торговыми депрессиями и, заподозрив, что здесь имеют место причинно-следственные отношения, предложил прогнозирующую модель, чтобы консультировать людей о ходе бумов и резких спадов.³⁰ Джевонс, конечно, не был астрологом, но иногда астрологи и экономисты намного ближе друг к дру­гу, чем кажется.

Астрология использовалась также в политических целях, особенно во время кризисов вроде английской гражданской войны. То, что у нас есть, это громадный тест Роршаха, выпи­санный в небесах: на звезды всегда можно опереться, чтобы подтвердить любые предсказания адептов, которые исходили от Земли. Астрологи-роялисты вроде Джорджа Уэртона утвер­ждали, что соединение планет в течение 1640-х годов было та­ковым, что король Карл I будет «неожиданно победоносным и успешным во всех своих начинаниях». Их республиканские

История будущего

91

противники, включая Уильяма Лилли, из тех же астрономичес­ких данных выводили точно противоположное заключение.³'

Одним из ключевых текстов на республиканской стороне в начале семнадцатого столетия был «Защита юдициарной ас­трологии» сэра Кристофера Хейдона, который утверждал, что Солнце представляет короля, планеты представляют дворян­ство, а неподвижные звезды — людей, «среди которых одни превосходят других». Исходя из этих предположений, Хейдон предложил, что появление новой звезды в 1604 году улучшит перспективы людей, в то время как солнечное затмение сле­дующего года предвещает конец монархии.³² Ко времени граж­данской войны около сорокалет спустя казалось, что эти пред­сказания наконец стали осуществляться.

Следуя тем же рассуждениям, Лилли в 1645 году указал, что будет другое затмение Солнца 11 августа, которое было также днем рождения короля. Заключение казалось ясным: король был обречен на поражение. Когда королевская армия потер­пела главное поражение в этом году, казалось, что Лилли сде­лал верное заявление — казнь Карла I четыре года спустя, оче­видно, его подтверждала. С другой стороны, реставрация мо­нархии в 1660 году обратила все эти предположения в проти­воположные. Теперь можно было утверждать, что роялисты в конце концов оказались правы, несмотря на несколько неувя­зок в отсчете времени и на обезглавливание Карла I. '•