§4. ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ БЛАГОСОСТОЯНИЯ

Теория благосостояния была всегда популярна, иногда она сводилась в ранг социальной политики правительств, но никогда не была абсолютно опре­делённой и до сих пор нуждается в основательных исследованиях, которые бы позволили: чётко установить параметры и условия достижения благосостояния; связать между собой проблемы и цели экономического роста и благосостояния общества; показать пути реализации целей через конкретные хозяйственные механизмы; определить перспективы решения этих проблем в условиях глоба­лизации. История развития экономической теории одновременно является ис­торией развития науки о богатстве, благополучии и пути их достижения. Эти проблемы объективно изучали известные экономисты всех времён. Однако анализ процессов развития экономической теории благосостояния и методоло­гии исследования этих проблем показывает, что, несмотря на значительный её прогресс во второй половине XX века и интенсивное развитие процессов со­циализации экономики в ряде стран, она всё же находится в кризисном состоя­нии, потому что так и не смогли учёные найти эффективные пути решения со­циальных проблем в большинстве стран. Этот факт, в частности, подчёркивали известные экономисты, анализируя историю развития и современные проблемы экономической теории в целом. К причинам несостоятельности теории благо­состояния относят следующие:

1) игнорирование общенаучных подходов к анализу социальных систем, что, с одной стороны, способствует изучению многоуровневой системы эконо­мических интересов и социальных проблем во взаимосвязи с культурными, на­ционально-историческими, психологическими, демографическими, социально- политическими, институционально-правовыми и другими характеристиками, а с другой - не даёт возможности уйти от линейных подходов в объяснении со­циально-экономических изменений;

2) сосредоточение на отдельных проблемах обеспечения общественного благосостояния, преимущественно на изучении роли государства или рынка в решении социальных проблем, и отсутствие систематизации подходов к изуче­нию данной проблемы;

3) использование ряда обобщенных социально-экономических показате­лей для объяснения динамики благосостояния, которые не дают возможности определить и сравнить качественные оценки уровня жизни и благосостояния общества;

4) несостоятельность экономической теории в 90-х годах XX века преду­смотреть и объяснить закономерности трансформации социально- экономических процессов;

5) изменение подходов к изучению социальных проблем часто приводило к оспариванию предыдущих доработок учёных, которые ранее считались «фун­даментом» этих теорий. Общие результаты экономических исследований в оп­ределенной степени являются отрицательными, поскольку в науке не сущест­вует в достаточной мере определённых закономерностей дальнейшего развития социально-экономических процессов. Это касается и теории благосостояния. Часто эмпирические данные положительного анализа показывают, что предва­рительно определённые закономерности не подтверждаются, а отрицаются. Конкретные результаты исследований свидетельствуют о несостоятельности предыдущих гипотез, на которые опираются исследования, хотя и предполага­ем, что в социальных процессах (особенно в периоды неустойчивости и бифур­каций) такие выводы сами по себе становятся закономерностью. Теория благо­состояния касается изучения методов организации хозяйственной деятельно­сти, направленных на максимизацию богатства. Её принято относить к норма­тивной экономике, поскольку истинность этого понятия трудно проверить эм­пирическими методами.

А.Маршалл (1842- 1924 гг.), Ф. Эджуорт (1845-1924 гг.), А. Пигу (1877-1959гг.) изучали структуру благ (материальных и нематериальных), считая, что богатст­во создаётся не только в сфере производства, но и в сфере услуг. А. Маршалл связал функцию полезности с кривой спроса, ввёл в научную лексику понятие ценовой эластичности спроса и излишка потребителя, изучал факторные дохо­ды как источник спроса. Он дополнил правило максимизации полезности, оп­ределив, что «потребитель максимизирует своё удовольствие», если он:

1) уравновешивает взвешенные предельные полезности всех товаров, рас­считанные по ценам этих товаров;

2) выравнивает соотношение предельной полезности и соотношения цен каждой пары потребляемых товаров,

3) выравнивает предельную полезность долларовой стоимости каждого товара, приобретённого по определённой рыночной цене, то есть выравнивает предельную полезность долларов, потраченных на всех рынках.

А. Маршалл связывал общественное благосостояние с механизмом рас­пределения ресурсов и пришёл к выводу, что равновесие спроса и предложения на рынке означает максимизацию общей выгоды, которую получают покупате­ли и продавцы. Экономическое измеряется с помощью излишка потребителя, то есть суммы, которую потребители готовы заплатить за товар, минус сумму, ко­торую они действительно платят. Этот избыток определяет выгоду, которую покупатели получают от использования продукта, такую, которую они сами се­бе представляют. А. Пигу в работе «Экономическая теория благосостояния» (1932) впервые использовал понятие показателей общественного (экономиче­ского) благосостояния. В понятие индивидуального благосостояния ввёл пока­затели качества жизни - условия окружающей среды, отдыха, доступность об­разования, общественный порядок, медицинское обслуживание и тому подоб­ное. Он считал, что оптимум благосостояния возможен только при государст­венном вмешательстве в механизм использования ресурсов и распределения доходов (поскольку выравнивание доходов максимизирует сумму полезности в обществе) и подчеркивал, что экономическое ни в коей мере не является равно­значным общему благосостоянию, поскольку оно не содержит такие элементы, как окружающая среда, взаимоотношения между людьми, место в обществе, жилищные условия, общественный порядок. А. Питу уделял значительное вни­мание перераспределению доходов от богатых к бедным - трансферта доходов. Известный английский институционалист Дж. А. Гобсон (1858-1940 гг.) суть благосостояния видел в индивидуальном здоровье, гармонии физической и ду­ховной деятельности. Дж. Кейнс (1883-1946 гг.) был уверен, что уровень благо­состояния определяет государство, влияя на уровень занятости ресурсов и раз­мер национального дохода. Он ввёл понятие «эффективный спрос», который считал главным условием роста национального дохода и занятости. Итак, все названные учёные рассматривали благосостояние как сумму количественных, поддающихся измерению, польз для всех индивидов и общества. Соответствен­но, оптимальным считалось такое перераспределение ресурсов, которое макси­мизирует благосостояние. Они игнорировали проблему сравнения полезности для разных людей, а также не изучали вопрос о сравнении различных оптиму- мов, связанных с различным распределением доходов. В. Парето (1843 - 1923 гг.) в своём «Руководстве политической экономии» (1906) не только отклонял количественную полезность, но и ограничивал свой анализ жесткими условия­ми, считая, что единственными изменениями, которые могут оцениваться, есть те, которые делают всем или хорошо, или плохо, или те, которые улучшают жизнь хотя бы одному человеку, не делая хуже кому-либо другому. Улучшение благосостояния за счёт кого-то другого не может оцениваться в количествен­ных единицах полезности. В. Парето сформулировал принцип, согласно кото­рому максимум благосостояния достигается при оптимальном размещении ре­сурсов, когда любое их перераспределение не увеличивает полезности в обще­стве. Улучшение, по Парето, - это распределение ресурсов таким образом, что при повышении благосостояния одних людей благосостояние других не ухуд­шается. В. Парето понимал, что общее общественное благосостояние не может зависеть только от объёма материальных благ, доступных благодаря рацио­нальному эгоизму и личному интересу, без их распределения на основе гумани­стической этики. Он искал источники благосостояния общества в сфере госу­дарственных финансов, считая, что через бюджетно-налоговую политику госу­дарство должно обеспечивать реализацию демократически определенных эти­ческих идеалов. Улучшение, по Парето, возможно относительно обеспечивае­мых государством благ и услуг нерыночного происхождения благодаря их не­делимости и неконкурентности потребления. Оптимальное, или эффективное, распределение, по Парето, - теоретический вариант, поскольку реально обще­ство через электоральные и парламентские процедуры может предпочесть ме­нее экономически эффективное, но более социально справедливое или полити­чески приемлемое распределение, что обычно и является причиной государст­венного вмешательства в экономические и распределительные процессы. Счи­тается, что по критерию Парето оправдана только финансово-экономическая политика, которая никому не наносит вреда. Итак, такое условие накладывает серьёзные ограничения на практическое применение данного подхода. Н. Кал- дор (1908-1986 гг.) и Дж. Хикс (1904-1989 гг.) предложили принцип компенса­ции, согласно которому изменение экономических условий увеличивает обще­ственное благосостояние в том случае, когда индивиды, получившие опреде­лённый выигрыш, могут компенсировать ущерб тем, кто его получил, но при этом остаться в выигрыше. В таком случае возможность компенсации рассмат­ривается как условие, достаточное для того, чтобы рассматривать экономиче­ские изменения как рост богатства общества. Поскольку увеличение полезности одних превышает убытки других, то это означает рост суммарной обществен­ной полезности, является сутью этого критерия. Помимо эффективности, суще­ствует проблема равенства - справедливости распределения благ между раз­личными группами покупателей и продавцов. По сути, выгоды рыночной тор­говли определяют как пирог, который нужно разделить между субъектами рын­ка. Вопрос эффективности заключается в размерах пирога, а вопрос равенства - в справедливости распределения его частей. Оценка равенства оказывается бо­лее сложной, чем оценки эффективности. Изучая влияние налогообложения на экономику, А. Маршалл пришёл к выводу, что введение налога означает увели­чение цены для покупателей и уменьшение цены для производителей, ведёт к сокращению выпуска и потребления продуктов, то есть размер рынка становит­ся меньше оптимального. Налоги не позволяют покупателям и продавцам из­влекать выгоду из торговли - это источник безвозвратных потерь общества. Следовательно, влияние налогов на стимулы приводят к снижению эффектив­ности распределения ресурсов. «Налоги дорого стоят субъектам рынка не толь­ко потому, что происходит перемещение необходимых им ресурсов к прави­тельству, но и потому, что налогообложение меняет мотивы людей и превра­щают результаты функционирования рынка», - замечал Г. Менкью. Ф.Т. Эджу­орт изучал понятие обобщенной функции полезности. Он подошел к анализу потребительского поведения с точки зрения ординалистской теории, предложил использование кривых безразличия, с помощью графического построения про­анализировал двусторонний конкурентный обмен и оптимальность размещения двух ограниченных по объёму благ (ресурсов) между двумя индивидами (фир­мами) и пришел к выводу, что распределение продуктов тогда является эффек­тивным, когда весь объём продукции делится между потребителями так, что невозможно улучшить состояние одного, не ухудшив состояние другого. А.Бергсон в 1938 году разработал функцию общего благосостояния, придержи­ваясь мнения, что она формируется высшим авторитарным органом. А. Бергсон и П. Самуэльсон (1915) предложили функцию благосостояния, по которой об­щественное благосостояние определяется благосостоянием отдельных членов общества. Они считали, что следует рассчитывать вклад каждой индивидуаль­ной функции полезности в общественную полезность, то есть сравнивать по­лезности, полученные разными лицами. По мнению многих экономистов, эта проблема у П. Самуэльсона осталась нерешённой из-за отсутствия чёткой тео­ретической формулировки. Итак, как справедливо заметил В. Полтерович, «наиболее общие теоретические результаты имеют в определённом смысле от­рицательный характер - это выводы, которые в явном или неявном виде под­тверждают, что в теориях, рассматриваемых не хватает постулатов для того, чтобы получить ответы на затронутые вопросы». Проблема благосостояния всегда связывалась с проблемой справедливости, а проблема справедливости - с распределением и перераспределением доходов. Но, как пишет М. Блауг, «ве­ра в то, что «эффективность» и «справедливость» могут быть определенным образом разделенными, представляет собой одну из древнейших иллюзий эко­номической науки». Более того, они всегда вносились в основу экономической политики государства. Приведём ещё один пример - невозможность рацио­нального согласования интересов, названа «теоремой невозможности». К. Эр­роу показал, что агрегирование индивидуальных предпочтений не может при­вести к положительному решению проблемы, поскольку общественные пре­имущества не имеют свойства транзитивности, которая необходима для опре­деления оптимума. «Теорема невозможности» означает, что любой коллектив­ный выбор, который соответствует требованиям полного благоустройства, транзитивности, универсальности, совместимости и независимости от других альтернатив, превращает одного индивида в диктатора, то есть общественный выбор не может быть одновременно и рациональным, и демократическим. К.Эрроу предлагает выбрать определённый вариант использования бюджета из нескольких. Если существует фиксированное количество агентов и каждый оп­ределяет свои преимущества и ранжирует варианты, то какими должны быть правила общественного выбора? К. Эрроу называет требования, которые будут удовлетворять правила общественного выбора:

1) должна быть такая альтернатива, которая удовлетворяет предпочтения большинства членов общества. Если все предпочитают одну альтернативу, то она и является общественным выбором (аксиомой единогласия);

2) аксиома независимости: если общество предпочитает альтернативу А, а не Б, то это касается только альтернатив А и Б, а не других возможностей.

Вывод: всем перечисленным требованиям удовлетворяет только дикта­торский вариант. Можно взять любого члена общества и осуществить общест­венный выбор согласно его преимуществам. Этот результат получил название «теоремы невозможности». Рациональный компромиссный выбор невозможен. Такой результат исследований получил К. Эрроу. Заслуга этой теории - объяс­нение, почему правила общественного выбора - процедуры голосования - не транзитивны. В. Сен, анализируя «теорему невозможности», говорит, что «она слишком пессимистическая, потому что сам Эрроу вёл поиск ограничений, ко­торые бы гарантировали последовательные решения большинства, когда доми­нируют раздельные вопросы и когда люди пытаются максимизировать собст­венные части без заботы о других (каждый предпочитает то разделение обще­ственного пирога, который увеличивает его собственную долю). Однако, когда существует жизненно важный вопрос национального насилия, электорат явля­ется благоразумно последовательным и единодушным».

Долгое время бытовало мнение, что решения, которые принимаются от­дельными политиками, политическими или государственными организациями, должны приносить максимальную пользу обществу. В. Вексель в 1897 году впервые определил политику как взаимовыгодный обмен между гражданами и общественными структурами. Позже это мнение было отражено в теории обще­ственного выбора, представителем которой был Дж. Бьюкенен. Он исследовал пути ограничения государственного регулирования, считая, что общественный выбор - это политический рынок, на котором взаимодействуют политики, из­биратели и государственные чиновники. Продавцом выступает политик, поку­пателем - избиратель, а государство выполняет посреднические функции. По­литики предлагают пакеты различных программ, а избиратели, когда они выби­рают одну из этих программ, расплачиваются своими голосами. Купля-продажа предвыборных программ составляет суть современной представительной демо­кратии. Рынок работает плохо, но это не означает, что государство будет «рабо­тать» лучше. Конкуренция политиков за голоса избирателей ведёт к усилению вмешательства государства в экономику. Через государственные программы происходит перераспределение доходов от различных групп населения в пользу среднего класса, а небольшие, но тесно сплоченные политические группы берут верх над широким, но рассеянным большинством. Чтобы поддержать эффек­тивность регулирования, надо говорить не о том, какие подходы лучше, а кар­динально совершенствовать сам механизм принятия решений на политическом уровне. Задача состоит в том, чтобы подготовить новую систему разработки политических решений, похожую на ту, которая возникает при выборе решений на товарном рынке. По мнению Дж. Бьюкенена, на этих рынках существует разница в мотивах поведения, а главное - «неодинакова структура» рыночной и политической систем. Политические решения - это выбор альтернативных ва­риантов (как и на товарных рынках). Такой обмен не совсем рационален, ведь чаще налоги платят одни, а блага за счет налогов получают другие. Только на политическом рынке вместо принципа «один доллар - один голос» действует принцип «один человек - один голос». Именно с этим принципом теоретики общественного выбора связывают высокую вероятность появления в сфере по­литики результатов, которые не могут быть оптимальными с точки зрения об­щества. Таким образом, экономическая теория благосостояния стала постепен­но трансформироваться в теорию общественного выбора, в рамках которой осуществляется положительный анализ того, как формируются и реализуются различные общественные преимущества. Эта проблема экономической науки имеет тесную связь с теорией государства и права, правилами голосования, по­ведением избирателей и тому подобным. Дж. Бьюкенен писал: «Политика - сложная система обмена между индивидами, в которой последние пытаются коллективно достичь своих собственных целей, так как не могут реализовать их путем обычного рыночного обмена. Здесь нет других интересов, кроме индиви­дуальных. На рынке люди меняют яблоки на апельсины, а в политике соглаша­ются платить налоги в обмен на блага, необходимые всем и каждому - от мест­ной пожарной охраны до суда». Он исследовал проблему выбора такого меха­низма, который бы минимизировал негативные последствия перераспредели­тельных процессов и максимизировал положительные. Государство у Дж. Бью­кенена выступает в виде «государства, которое передаёт». Эта функция прояв­ляется в политике перераспределения доходов. По его мнению, институты должны существовать для того, чтобы реализовать личные цели индивидов. Та­ким образом, основным источником преобразований является человек, а инди­видуальное благосостояние становится фундаментальной проблемой социаль-

но-экономического развития. А. Сен, анализируя механизмы государственного решения социальных проблем, замечал, что они, как правило, не дают желае­мых результатов. По его мнению, главной проблемой теории благосостояния в условиях рынка является проблема оптимизации, которую понимают как мак­симальную производительность затрат труда, достигаемую при рациональном использовании ресурсов. Исследование изменения подходов к проблеме благо­состояния как целевой направленности развития общества и в качестве крите­рия эффективности этого развития дает возможность утверждать, что наиболее общими целевыми ценностями социальной системы являются: эффективность, как утверждал Парето, справедливость как равенство возможностей, распреде­ление ценностей, равномерность распределения доходов, социальное благопо­лучие. Их реализация должна обеспечивать организационную эффективность развития общества, определяться уровнем и качеством жизни его членов, их социальной безопасностью, а также созданием условий для эволюции человека, общества и природы. По определению причин противоречий и несостоятельно­сти некоторых теорий можно отметить следующее:

1) социально-экономическая действительность очень многогранна и мо­жет иметь множество вариантов развития, скорость её изменений часто опере­жает темпы её осознания и толкования - этим объясняется разнообразие подхо­дов различных учёных к изучению тех же проблем и освещение их с разных то­чек зрения;

2) влияние субъективных факторов на социальные процессы значимым образом, особенно это заметно при исследовании подходов в социальной поли­тике, при изучении поведения хозяйственных субъектов, отдельных индивидов в процессе реализации их потребностей, интересов, целей;

3) нельзя забывать, что проблемы роста благосостояния - это отражение фундаментальных проблем экономического выбора, которые не могут быть решены через бесконечность потребностей и ресурсов;

4) при всех попытках определить меру и понятие благосостояния, нет од­нозначного решения, чаще дают определение социально приемлемых стандар­тов и нельзя с определённой степенью достоверности установить, какими будут параметры этого понятия в ближайшем будущем.

ИЗ ИСТОРИИ СТАНОВЛЕНИЯ СОЦИАЛЬНОГО ГОСУДАРСТВА В РОССИИ

Концепция социального государства Российской Федерации

Введение

В 1993 году в России была принята Конституция, которая в статье 7 провоз­гласила: «Российская Федерация - социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека».

Истекшее десятилетие было периодом сложного, противоречивого и бессис­темного становления социального государства с большими социальными издержками. Несмотря на взаимосвязь и взаимообусловленность экономической и социальной по­литики, последняя осуществлялась по остаточному принципу. Теперь, по мере укреп­ления экономики, складываются условия и предпосылки для целенаправленной дея­тельности по реализации целей и задач социального государства. Это обусловлено востребованностью со стороны граждан России, выступающих за проведение сильной и активной социальной политики, отвечающей сути и принципам социального госу­дарства, политическим установкам Президента В.В. Путина по вопросам преодоления бедности и обеспечению достойной жизни граждан России на основе научно обосно­ванной Концепции и комплексной программы государственных мер. Эта потребность вызвана и внешними причинами - необходимостью гармонизации и сближения законо­дательства и социальной практики со странами СНГ, ЕврАзЭС, Союзного государст­ва, европейскими странами, подписавшими социальную хартию, многие из которых, по конституциям, являются социальными государствами.

Для разработки Концепции социального государства Российской Федерации на базе Академии труда и социальных отношений в мае 2002 года был создан временный творче­ский коллектив (ВТК), соучредителями которого стали Председатель Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации Г.Н. Селезнев, Председатель Конституци­онного Суда РФ М.В. Баглай, Министр труда и социального развития РФ А.П. Починок, Председатель Комитета Совета Федерации по социальной политике В.А. Петренко, Предсе­датель Комитета Государственной Думы по труду и социальной политике А.В. Селиванов, Председатель Федерации независимых профсоюзов России М.В. Шмаков, Президент Рос­сийской Академии наук Ю.С. Осипов, ректор Академии труда и социальных отношений Н.Н. Гриценко (руководитель Временного творческого коллектива).

Подготовленная ВТК Концепция прошла общественную экспертизу, обсуждена на двух заседаниях Круглого стола, в экспертном Совете МПА Евразийского экономического сообщества, рассмотрена и одобрена 250 участниками научно-практической конференции, состоявшейся по решению Оргкомитета в Академии труда и социальных отношений 20 ян­варя 2004 года.

В тексте Концепции учтены замечания и предложения Минтруда, Минэкономразви­тия, Минфина, Минздрава, Минкультуры, Минобразования, Минприроды, МИД, Госстроя, Пенсионного фонда, Фонда социального страхования, Фонда обязательного медицинского страхования, подготовленные ими по поручению Правительства Российской Федерации, а также замечания участников заседаний круглых столов и конференции.

Участники научно-практической конференции приняли решение о направлении Кон­цепции Президенту Российской Федерации В.В. Путину с просьбой рассмотреть ее на засе­дании Государственного Совета РФ.