$3. Комиссия уложения в 1772—1796 гг.

Прекращение работы депутатов. С началом 1769 г. и отъездом более ста депутатов-дворян в армию общий состав Комиссии уложения значительно сократился. Прекратились заседания Большого собрания, большинство депутатов от других сословий были распущены по домам.

В октябре 1771 г. работа частных комиссий была официально прекращена, их заседания отложены «до будущего года», депутаты распущены. В начале 1772 г. возобновление заседаний Комиссии уложения было отложено до 1 мая'⁹³, затем, повторными указами, — до 1 августа^{[157] [158], до 1 ноября[159] и, наконец, до I февраля 1773 г.[160]. На протяжении 1773—1775 гг. в ряде областей страны, в том числе вновь присоединенных по первому разделу Речи Посполитой, проходили довыборы и перевыборы депутатов вместо умерших, выбывших по разным причинам; во всяком случае, не только Комиссия, но и депутаты числились «в отсрочке»[161]^ Только 4 декабря 1774 г. Комиссия получила распоряжение. по которому ее занятия откладывались впредь «до указа». 8 августа 1776 г. Сенат вынес определение о прекращении ходатайств со стороны губернаторов о выборе новых депутатов, «потому в выборе новых депутатов не настоит нужды до того времени, доколе всем депутатам будет общий позыв»[162] [163].}

Однако идея о сохранении Комиссии в полном объеме продолжала занимать внимание 'Екатерины II. В 1775 г., обдумывая принципы правительственных реформ, частично реализованных в «Учреждениях губерний» 1775 г., она предполагала превратить Комиссию в специальную палату при Сенате, куда направлялись бы сложные дела для предварительного общественного обсуждения, а частные комиссии сохранить для разбора разных «ненужных» дел. И позднее мысль о превращении Комиссии в постоянно действующий орган не покидала императрицу.

После 1774 г. Комиссия сохранила только свое руководство в лице генерал-прокурора, общую канцелярию и структуру частных комиссий. Однако при этом Комиссия не была чисто делопроизводственным органом: в частных комиссиях оставались, по-видимому, секретари-«сочинители» и те, кто персонально проводил отбор законодательства и вел вспомогательные выписки из правовых источников. В 1796 г., согласно списку личного состава Комиссии по канцелярии генерал-прокурора, в 18 частных комиссиях (включая три руководящие) числилось 56 чиновников среднего ранга (от двух до пяти по каждой из комиссий) и около 50 делопроизводителей¹⁹⁹.

Составление «Описания внутреннего Российской империи правления».

В 1775—1783 гг. работавшие при генерал-прокуроре «сочинители» составили свод действующего законодательства под общим названием «Описание внутреннего Российской империи правления со всеми законоположения частями»^{[164] [165]. Точная цель этой работы неизвестна, однако «Описание» должно было не только носить справочный характер, но и служить к подготовке какого-то нового кодификационного проекта.}

Исходным материалом для составления «Описания» служили многочисленные своды узаконений за 1649—1766 гг. с дополнениями, сделанными в канцелярии Комиссии уложения и в Дирекционной комиссии для справок и для работы частных комиссий. В 1777—1779 гг. из них были составлены так называемые «Экстракты по материям из российских законов» в девяти томах^[166]. Подготовили их те же лица, что позднее будут составителями «Описания». «Экстракты» включали тематические подборки законодательства по Синоду, Иностранной коллегии и Герольдии (т. 1), Военной коллегии и ее учреждениям (т. 2), Юстиц-коллегии и по уголовному праву (т. 3), по полиции и органам государственного хозяйства (т. 4), по Коммерц-коллегии (т. 5), по Магистрату и ямскому делу (т. 6), Камер-коллегии и финансах (т. 7), по Лифляндии и Эстляндии (т. 8), по вопросам полицейских учреждений, учебным заведениям, опеке, городам и др. (т. 9); последний девятый том повторял предметы ведения пяти частных комиссий. Конечно, систематика и подборка законодательства была неполной (возможно, впрочем, что не все тома сохранились) и имела чисто практическое значение.

«Описание внутреннего Российской империи правления» состояло из девяти глав (частей) в 10 томах^[167]. Первая часть (в двух томах, с хронологическим подразделением) охватывала законодательство «о порядке государства в силе общего права» (центральные и местные учреждения, власть должностных лиц). Во второй части были собраны законы о судоустройстве и судопроизводстве, в третьей — о народном просвещении (включая все относившееся к культуре вообще). Четвертая и пятая части охватывали законы о благочинии — полиции и о содержании почт и дорог. Шестая была посвящена государственным доходам, седьмая — государственному хозяйству, фабричному законодательству, горному делу и т. п. В восьмой части были собраны законы о внешней и внутренней торговле, в девятой — о военных и морских учреждениях, в десятой — законы о правах сословий. Одиннадцатая часть (в двух томах) охватывала законодательство о вещном и обязательственном праве.

«Описание» предварялось обширным (более 200 страниц) историческим исследованием развития законодательства в России, начиная с судебников XV—XVI вв. В самом своде (с внутренним подразделением на отделы и т. д.) обобщалось и систематизировалось законодательство преимущественно XVIII в. и исключительно действующее. Таким образом, «Описание» представляло собой свод законов по всем сферам государственного законодательства и стало первым опытом систематизации чисто действующего права. Второй и главной особенностью «Описания» было то, что составители его не связывали себя текстом старых законов, а излагали принципы и нормы по-своему, стараясь позитивно и по-возможности единообразно представить все нормы из старых законов. Иными словами, «Описание» было попыткой не чисто практической кодификации, но имевшей значение для обновления правового регулирования. Не всегда составители выдерживали принцип избранной работы, некоторые разделы имели преимущественно исторически- ознакомительный характер. Но тем не менее этот опыт кодификации не только отражал еще одную стадию кодификационной работы Комиссии уложения (хотя и в очень узком, бюрократическом смысле и лишенную примет правовых преобразований). «Описание» представляло значительный шаг в развитии представлений о кодификации, техники правотворчества и отражало высокую ступень правовой мысли. По своей структуре оно предвосхитило частные систематизации начала XIX в., а также общую схему Свода законов Российской империи 1832 г.

В конце 1780-х годов «Описание» попало в сферу законопроектного внимания Екатерины II. Разрабатывая варианты кодификации законов империи, она предполагала возможным использовать составленное под руководством А. А. Вяземского «Описание».

После составления «Описания» каких-либо сведений о работе Комиссии уложения нет. Официально она существовала до 30 декабря 1796 г., когда указом Павла I была преобразована в Комиссию для составления законов со значительно более узкими и конкретными задачами по разработке кодексов гражданского и уголовного законодательства.