КРЕСТЬЯНСКОЕ ЗЕМЛЕПОЛЬЗОВАНИЕ И ПОЛОЖЕНИЕ КРЕСТЬЯНСТВА

Подавляющее большинство (80 — 90 %) подданных империи было связано с земледелием и скотоводством. Первоначально сельское население было весьма неоднородным по своему статусу и объемуповинностей. Однако на протяжении XVI в.

B Турции не было таких тяжелых форм закрепощения крестьянства, какие существовали в крупных феодальных государствах Европы. Ho это не значит, что в Турции не было внеэкономических мер принуждения. Дабы заставить крестьян во всех случаях обрабатывать землю, уже в конце XV в. закон прикреплял их к земле. Если крестьянин не обрабатывал свою землю в течение одного года (по более поздним законам — три года), феодал был вправе лишить его земли и дома. B конце XV в. для отдельных районов были приняты законы, которые запрещали крестьянам оставлять свою землю и давалИ феодалам право в течение 15 — 20 лет разыскивать беглецов и возвращать их в свои лены. B течение XVI в· шел процесс закрепощения крестьянства, и в первой половине XVI в. оно было юридически закреплено. Юридическое закрепощение нашло свое выражение в предоставленном кодексом Сулеймана праве феодалов силоЙ возвращать беглых крестьян в свои владения, причеМ это право получили феодалы по всей территории Осман- ской империи. Он устанавливал, что сипахи имеют право возвращать своих крестьян, если последние прожилИ на новом месте менее 15 лет, а в городе — менее 20 лет. Это установление не распространялось на тех крестьян» которые бежали в Стамбул. Право феодала возвращать беглых распространялось не только на главу семьи, но и на его сыновей. Лишение крестьян права свободного перехода и ухода в город означало вместе с тем и лишение его личной свободы, хотя и не в такой сильной степени, как крепостных в Европе.

Обрабатывая отведенные им наделы, крестьяне-райяты несли в пользу землевладельца многочисленные феодальные повинности. Это был поземельный налог, взимавшийся в соответствии с величиной обрабатываемого надела и десятины (ушра, ашар), собиравшиеся с различных продуктов сельского хозяйства. Крестьяне платили также владельцам земли мельничный сбор, налог со скота, брачный налог, сбор за составление документа о наследственном пользовании землей (талу) и всевозможные штрафы. Кроме этого, они должны были выполнять различные повинности: участвовать в феодальном ополчении, сооружать и ремонтировать дороги, крепости, мосты и т.п.

Феодальная рента в XVI в. выступала в денежной, продуктовой и отработочной формах. Преобладание издольной системы определило господство продуктовой ренты. Натуральная рента поступала главным образом в распоряжение феодалов на местах.

Немусульмане были обязаны платить еще особые денежные налоги, подчеркивающие их неравноправное положение. Главный из них — дополнительная подушная подать (джизья), которая формально представляла собой плату за освобождение от военной службы. Ee платили все, кроме детей, женщин и рабов. Налог шел в казну. Другим личным налогом был испендже (25 акче), который взимался в пользу феодала со всех немусульман (включая и женщин), которые достигли совершеннолетия.

Барщина не имела широкого распространения, но в некоторых районах она состояла в обязанности 7 дней в году отработать на феодала, перевезти долю урожая феодала в его амбар по месту жительства, строить дом феодала и т.д.

Налоги, поступаемые в государственную казну («ди- вани хиссеси»), взимались либо непосредственно государственными чиновниками, либо феодалами сапахиаеше в качестве представителей государства.

Помимо регулярных повинностей, появилась чрезвычайная повинность — аварсу. Вначале эту повинность Валагали во время войны. Ho так как Турция постоян- Bo находилась в состоянии войны, она приняла регулярный характер. Аварсу выражался в различных формах: в строительстве крепостей, рытье траншей, заготовке продуктов вдоль дороги, по которой проследует армия, в уплате денежных сборов и пр. Co временем трудовая повинность стала заменяться денежным сбором, а аварсу превратился в денежный налог (бедель и авариз).

B первой половине XVI в. отмечается распространение новой категории крестьян — так называемых op- такчи, т.е· издольщиков. Между тимариотскими крестьянами и ортакчи существовала принципиальная разница: тимариотские крестьяне имели известные, установленные законами права на обрабатываемую ими землю, а ортакчи — нет. Хотя основной формой эксплуатации обеих категорий была издольщина, доля тимариотских крестьян была определена светскими законами и мусульманским правом. Доля ортакчей зависела от произвола феодала. Большое распространение имел в сельском хозяйстве и ^ТРУД рабов. Категорию «султанских рабов», из которой формировался и янычарский корпус, пополняли дети из христианских районов империи, получаемые по повинности (девиирме).

Таким образом, оседлое крестьянство Османской империи несло на себе основные тяготы по содержанию господствующего класса и всей огромной государственной и военной машины феодальной империи.

Значительную часть населения составляли турецкие кочевые племена, которые еще не осели на землю и за- нимались кочевым скотоводством. Их было много в юговосточной, центральной и западной Анатолии, где они порой достигали 20 % всего турецкого населения, а также в некоторых районах Балканского полуострова (Co- лоники и др.), куда они были переселены султанами с целью увеличить турецкое население на Балканах. Этих кочевников называли юрюками, иногда туркменами. ОнИ разводили главным образом мелкий рогатый скот> некоторые — лошадей. B организационном плане ко- чевники были объединены в племенные и родовые СОЮ' зы. Они подчинялись главе племени, который состоял в вассальной зависимости от турецкого султана. Они считались «аскери» (т.е. военными). Bo время военных действий из них формировались кавалерийские отряды, которые во главе со своим предводителем должны был# явиться по первому зову в указанное место. B поход отправлялось по пять конников от «очага» (25 мужчин)> обеспечиваемых за свой счет конями, вооружением, продовольствием на все время похода. За это кочевники были освобождены от уплаты налогов в государственную казну. Однако с возрастанием роли феодального конного ополчения, состоявшего из владельцев тимаров и зеаметов и нерегулярной конницы, отряды кочевников отодвинулись на второй план. Они стали нести в походе вспомогательную службу: рыли траншеи, прокладывали дороги, возили пушки, ядра, продовольствие и др. грузы. B мирное время они занимались ремонтом крепостей, работали в рудниках, арсеналах и т.д.

B законах XVI в. еще прослеживаются следы неограниченного права кочевых племенных союзов передвигаться со своими стадами в любом направлении: «Пастбищным землям нет границ. C древних времен установлено так: куда скот направляется, в том месте пусть он и бродит. C древних времен не совместимо с законом продавать и возделывать установленные пастбища. Если кто-нибудь обработает их насильно, следует снова превратить их в пастбища. Жители деревень не имеют касательства к пастбищам и потому не могут запрещать кочевать на них».

Bo главе племен и родов стояла богатая родо-племенная знать, располагавшая большими стадами скота и фактически распоряжавшаяся пастбищами — главным условием существования кочевников-скотоводов. Пастбища, как и прочие земли империи, могли быть собственностью государства, духовенства, частного лица. Владели ими феодалы, к числу которых принадлежали и вожди кочевых племен. Знать все более феодализировалась, обогащалась, в частности, путем ограбления оседлого населения и участия в военных походах, и прибирала к рукам рядовых кочевников. Реализация права собственности на землю или права владения ею принадлежало лицу, в пользу которого поступали соответствующие налоги и сборы с прошедших через его земли кочевников. Эти сборы и налоги являлись феодальной рентой за право Пользования землей.

Кочевники не имели индивидуальных земельных на- Делов, не были приписаны к земле, следовательно, и к владельцам земли. Они пользовались пастбищной землей сообща, общинами. Если собственник или владелец Пастбищных земель не являлся главой рода или племени, он не имел права вмешиваться во внутренние дела кочевых общин, так как они подчинялись только своим племенным (родовым) начальникам.

Каждый отдельный член кочевой общины экономически и юридически находился в полной зависимости от своей общины, был связан с ней круговой порукой. B общине властвовали племенные вожди и военачальники, и в целом она экономически зависела от феодального собственника на землю. Наряду с сокращением патриархальных отношений между кочевой знатью и рядовыми кочевниками, связанными узами родства, наблюдается и социальная дифференциация внутри кочевых общин.

Порвавшие связь с общиной кочевники, оседая на землю, превращались в феодально-зависимых райя, уже прикрепленных к своим наделам. Однако этот процесс шел очень медленно, так как кочевники упорно сопротивлялись всем попыткам государства ускорить этот процесс насильственными методами, опасаясь притеснений со стороны землевладельцев и стремясь сохранить общину как средство самозащиты.