Отец Джозеф: стирание границ

Отец Джозеф стал тем отцом, которого у меня никогда не было. Обычно я забирала его по утрам и давала порулить — у священников не было собственных машин. Мы часто ужинали вместе. На двадцать первый день рождения он устроил мне ужин.

Я не знала, но отец Джозеф страдал алкоголизмом. Я готовила ему мартини. Сама того не подозревая, я провоцировала его алкоголизм. Теперь я очень жалею об этом. Это был выдающийся человек. У него были пациенты по всему миру. Я общалась с ним как с отцом, что, вероятно, помогало мне, но и подпитывало его алкоголизм.

Несомненно, были моменты, когда нарушались границы. Но это происходило, когда он был пьян. Я никогда не связывала одно с другим: я просто не понимала, что происходит. Когда отец Джозеф не пил, он был очень добр, сострадателен и никогда не выходил за рамки дозволенного. Но стоило ему выпить пару глотков за ужином, границы ослабевали. Конечно, в те дни я просто умирала от потребности чьей-нибудь заботы обо мне.

Однажды мы пошли к нему домой. Некоторые священники жили в квартирах за пределами колледжа. Мы оба были пьяны после ужина, и она пригласил меня к себе в квартиру. Было 2 часа ночи. Следующим шагом должен был быть секс. Я этого очень хотела, но у меня были женские дни, и он сказал: «Иди домой и постарайся бесшумно — не разбуди моих соседей». Помню, как кралась на цыпочках вниз по ступенькам и садилась в машину. Было 3 часа ночи. Позднее он сказал: «У меня есть друг священник, и я хочу, чтобы ты сходила к нему, поскольку оба мы католики и должны пойти покаяться». Я так и сделала.

Наши отношения после того имели более деловой характер. Но отец Джозеф оставался дорог моему сердцу, а я его.