Личность

В свете своего понимания свободы органическое мировоззрение понимает и личность. Ибо личности как таковой в высшей степени присуща та органическая целостность, которая по существу тождест­венна свободе.

Органическая целостность присуща личности в более глубоком и более богатом смысле, чем биологическому организму. В отличие от биологического организма личность обладает неповторимым своеоб­разием и самоценностью, единством самосознания, стремлением к свободе и направленностью на абсолютные ценности.

Каждая личность имеет своего бога (хотя бы с малым «б») — ту высшую ценность, которой она служит и которую она полагает, со­знательно или бессознательно, за ценность сверхличную, то есть выс­шую, чем она сама. Вне этого отношения к сверхличным ценностям личность утрачивает свою личностную сущность, превращается в простой индивид.

На способности человеческой личности противопоставлять себя природе и даже своим собственным влечениям и основывается власть человека над природой, его способность делать природу предметом своего познания и действия. Мало того, личность способна соблюдать дистанцию по отношению к себе самой, она способна возвышаться над собой, объективно оценивая саму себя (голос совести) и преодо­левать свои собственные природные влечения, ставя себе надоргани-ческие цели, а не только практическую полезность и приятность. Лич­ность в этом смысле, а не в смысле простого произвола, «свободна» и от самой себя, то есть способна к самоопределению.

Так как принадлежность к обществу вытекает из природы лич­ности (из ее направленности на сверхличные ценности), а не является по отношению к ней внешним ограничением, то нельзя говорить о

154

принципиальном «ограничении» личности обществом. Хотя это огра­ничение сплошь и рядом и имеет место в психопатологии обществен­ной жизни, его следует рассматривать лишь как нечто болезненное, столь же частое, как и болезни физические. Напротив, именно в об­щественном творчестве личность проявляет саму себя. Ибо из строе­ния личности вытекает, что она есть не только «я», но и органический член некоего сверхличного «мы». Такого рода учение о личности, по­нимающее ее как неразрывное единство «я» и «мы», называется пер­сонализмом. Персонализм представляет собой синтез положительных сторон индивидуализма и коллективизма, будучи при этом свобод­ным от их крайностей. Вместе с индивидуализмом он утверждает своеобразие, самоценность и положительную свободу личности, не делая, однако, подобно индивидуализму из личности идола и не пони­мая ее как изолированный атом. Вместе с коллективизмом персона­лизм утверждает органическую включенность личности в общество, не делая из личности простого исполнителя (сознательного или бес­сознательного) «социальных заказов» безличного «коллектива».

Исторический процесс представляет собой сложный комплекс различных факторов. В этом комплексе участвуют как неорганичес­кие факторы (климат, среда, географические условия), так и факторы органические (законы экономики, исторически сложившиеся взаимо­отношения общественных группировок, наций, государств и проч.). Однако все эти факторы даны личности как материал ее деятельности и творчества, а вовсе не определяют с необходимостью ее социальное поведение. К тому же наиболее важные факторы, например принад­лежность к нации, являются не внешними по отношению к личности силами, а составляют естественное продолжение и дополнение само­го ее существа.

Так или иначе, все так называемые «объективные движущие силы» исторического процесса создают лишь систему возможностей. Осуществление же этих возможностей есть дело так называемого «субъективного фактора», то есть человеческой личности, одушев­ленной идеей.

Исторический процесс органичен и сложен. Низшие, простейшие факторы играют в нем роль материала, но высшим, синтезирующим началом в истории является человеческая личность. Экономика неот­делима от человека, она есть форма человеческой деятельности, один из материалов исторического синтеза. Не существует поэтому

155

никаких «железных законов», роковым и неумолимым образом пред­определяющих собой ход и направление исторического процесса. Эти положения, однако, менее всего означают произвольность историчес­кого процесса. Исторический процесс тем более механичен (и лич­ность в нем тем менее свободна), чем более он приближается к взаи­модействию внешних друг другу факторов. И исторический процесс тем органичнее, чем более высокими идеями руководствуются в нем исторические деятели. Ибо полноценным и сознательным носителем идеи является именно личность, часто сообщающая историческому процессу новое направление. Никакая схема, никакой строй не дадут человеку ни капли счастья, не улучшат человеческих отношений, если не будет любви, правды и честности, которые могут быть дости­гнуты, хотя бы частично, только в результате личного совершенство­вания, духовного развития человека. В прямой и непосредственной зависимости от этого стоит реальность или нереальность обществен­ного идеала, прогрессивность того или иного общества, установление правды человеческих отношений.

Новое учение о личности и обществе, долженствующее заменить собой дискредитировавший себя марксизм, но учитывающее при этом положительную и творческую роль личности и идейных факторов, тем самым приведет к раскрепощению и освобождению живой и са­мостоятельной творческой человеческой личности. Не безличный коллектив, а органическое общество (нация), дающее простор личной инициативе, личному творчеству и личной совести, является общес­твом будущего. Ибо если общество по своей природе солидарис-тично, то личность по своей сущности свободна.