Общая характеристика противоречия

Если выразить суть диалектики одним словом, то это будет — противоречие. Когда мы говорим о диалектике чего-либо или на­зываем нечто диалектическим, то подразумеваем под этими сло­вами реальное противоречие, реальную противоречивость, реаль­но противоречивый характер чего-либо.

В нашей версии категориальной логики противоречие^[439] зани­мает одно из центральных мест. Оно выражает абстрактное един­ство материи и движения. Оно есть то, что связывает их, что “де­лает" материю движущейся, а движение материальным.

Объективный смысл реальных противоречий — в том, что они не плод досужего воображения и не следствие логических ошибок, а присущи вещам и процессам объективного мира неза­висимо от того, мыслим мы их или нет. «...Это уж слишком большая нежность, — писал Гегель, — по отношению к миру — удалить из него противоречие, перенести, напротив, это противо­речие в дух, в разум и оставить его там неразрешенным. В самом же деле дух столь силен, что может перенести противоречие, но он же и умеет разрешить его. Это, однако, вовсе не значит, что так называемый мир... свободен хоть где-нибудь от противоре­чия» (Гегель. Наука логики, т. 1, М., 1970. С. 317-318).

Противоречие осуществляет диалектическую связь материи и движения, "сталкивает" их как противоположные определения и

в то же время сливает их воедино. Противоречие является все­объемлющей, универсальной формой единства материи и движе­ния. Иными словами, противоречивость реального мира имеет универсально-всеобщий характер.

Вместе со становлением противоречие является после мате­рии и движения наиболее фундаментальным определением мира.

“Внешнее" определение противоречия

Характеристика противоречия как абстрактного единства ма­терии и движения есть его "внешнее" определение. Необходи­мость такого определения диктуется следующими соображения­ми.

Общее соображение таково: нам представляется (и об этом мы уже говорили во введении), что определенность любой фило­софской категории может быть выявлена в полной мере лишь в том случае, если определено не только ее внутреннее содержа­ние, связь с подчиненными ей категориями и понятиями, но так­же и ее связь с теми категориями, которые являются основопола­гающими в данной системе категорий.

Частное соображение, касающееся категории противоречия, таково: противоречие можно считать одной из основных фило­софских категорий и, соответственно, категорий мышления лишь в том случае, если определено его отношение и материи и движе­нию — наиболее фундаментальным определениям мира и, соот­ветственно, основополагающим философским категориям.

Что дает "внешнее" определение для понимания противоре­чия?

1. Это определение, фиксируя связь категории противоречия с категориями материи и движения, характеризует противоречие именно как категорию, включенную в систему категориальной логики. Простое указание на центральное положение этой кате­гории в категориальной логике, как это обычно делали при ее ха- рактеристике^[440], не решает проблемы. В этом случае остается неяс - ным, в каком конкретном отношении находится противоречие к основополагающим категориям.

2. Из определения вытекают такие существенные черты про­тиворечия как реальность и всеобщность.

3. Определение позволяет перейти от декларирования связи материи и движения к ее философскому, категориально­логическому (не естественнонаучному) исследованию: исследуя противоречие (и становление), мы тем самым исследуем связь материи и движения.

4. Данное определение по-новому ставит вопрос о соотноше­нии противоречия и движения. Из него вытекает одно важное следствие: если противоречие есть связь материи и движения, то, значит, нет противоречивости движения самого по себе.

Все дискуссии о противоречивости движения самого по себе, по нашему мнению, не могут привести к положительному ре­зультату, так как они с самого начала исходят из ложной посыл­ки, заключающейся в том, что движение противоречиво само по себе, что его можно рассматривать как противоречие вне связи с материей, которая низводится в этом случае до положения абст­рактной точки или абстрактного тела, т. е. фактически выводится за скобки.

В связи с этим методологически несостоятельны попытки ис­следовать противоречивость механического движения. Они, кста­ти, несостоятельны и с точки зрения современной физики. Гово­рить об отображении механического движения в понятиях нельзя по той простой причине, что само это движение является лишь понятием, т. е. лишь абстракцией реального движения. Реального механического движения как особого вида движения не сущест­вует. И.А. Лойфман по этому поводу пишет: "Механическое взаимодействие определяется как пространственно-временное перемещение тел, абстрагированное от природы и механизма возникновения сил, вызывающих движение. Не особый вид мате­рии с присушим ей типом взаимодействия является носителем механического движении, а любые материальные системы, по­скольку рассматривается изменение их пространственно­временной конфигурации". Поэтому "точнее было бы говорить о

механическом описании движения, а не о механическом движе-

1

нии" .

Как классическая, так и квантовая механика изучает движе­ние в известном отвлечении от материи^[441]. Реальное движение представляется в них как некая идеализированная модель, абст­рагированная от материи. Этой моделью и является механическое движение. Поэтому, если следовать определению противоречия как единства материи и движения, то нельзя говорить о противо­речивости механического движения.

5. “Внешнее" определение ориентирует на познание иерархи­ческой структуры противоречия. Что это значит? Как мы уже го­ворили в п. 3.1. "Материя и движение", мир противоречив, "со­ткан" из бесчисленного множества реальных противоречий. Если рассматривать его как более или менее упорядоченное целое, то нужно признать, что множество противоречий — это не набор сосуществующих противоречий, расположенных одно возле дру­гого и не связанных друг с другом. Оно представляет собой ие­рархическую систему взаимосвязанных противоречий. А иерар­хическая система предполагает основное противоречие, которое содержит в себе все другие противоречия. Такое противоречие по смыслу должно связывать основные определения мира. Ими как раз и являются, по нашей версии, материя и движение. Послед­ние, образно говоря, стягивают все противоречия мира в один узел. Какое бы конкретное противоречие мы ни взяли, оно будет либо непосредственным частным выражением противоречия ме­жду материей и движением, либо опосредованным отражением (рефлексированием) этого противоречия в системе других кате­гориальных определений, подчиненных материи и движению. Все пары (диады) и триады категорий являются ничем иным, как отражением категории противоречия в системе определений ро­дительской категории (например, в системе определений катего­рии "качество" такой парой категорий являются всеобщее и спе­цифическое).