Криминопенология

Термин «криминопенология» означает учение о преступлениях в процессе отбывания наказания. Некоторые ученые применяют и другой термин – «пенитенциарная криминология»^[391], который в свою очередь означает учение о преступлениях в исправительных учреждениях.

Так, по мнению О. В. Старкова, «криминопенологию можно определить как учение о наказательной преступности и пенальном преступном поведении, их закономерностях, причинах и условиях, типах, профилактике и иных формах воздействия на них, криминопенологических параметрах наказаний и их типов, видов пенального преступного поведения»^[392]. Криминопенология – это только зарождающееся, молодое учение, которое стоит на стыке двух наук: криминологии и пенологии. Помимо этого криминопенология имеет связи с другими науками: более тесно она связана с уголовно-процессуальным правом; криминалистикой; уголовно-исполнительным правом; более слабые связи у нее с административным, трудовым, семейным и гражданским правом.

Криминопенология включает в свою систему:

Общую часть:

– криминопенологическую характеристику наказательной преступности в сравнении со всей повторной;

– причины и условия пенального преступного поведения;

– профилактику преступлений при исполнении наказаний и иные формы воздействия на них.

Особенную часть:

– криминопенологичесую характеристику наказаний (лишения свободы, ограничения свободы, наказаний без лишения и ограничения свободы);

– криминологическую характеристику различных типов пенального преступного поведения^[393].

Итак, криминопенология определилась как новая отрасль российской криминологии. В настоящее время она требует к себе более детального внимания со стороны ученых, готовых развить ее положения в стройную и связанную систему криминопенологических знаний.

Анализ рассмотренных отраслей общей криминологии показывает их значение и наметившуюся связь с зарождающимся научным эколого-криминологическим комплексом как новым направлением криминологической науки, который лаконично вписывается в стройную концепцию преступных, социальных подсистем с присущей только ей методологией.

Рождение научного эколого-криминологического комплекса – это объективная реальность, обусловленная повышенной опасностью экологических преступлений, недостаточными исследованиями детерминантов экопреступности и экопреступника. Как наглядно свидетельствует практика, дальнейшее развитие общей криминологии с опорой лишь на устоявшиеся методы становится в определенной степени затруднительным и обременительным. Новые отрасли и направления, в их числе и научный эколого-криминологический комплекс, формируются согласно объективным закономерностям, а также в соответствии с парадигмой социальных подсистем.

В этой связи считаем верным утверждение Д. А. Шестакова о том, что «процесс возникновения новых криминологических отраслей на основе выделения в качестве предмета исследования взаимосвязи преступности с иными саморазвивающимися общественными системами, по-видимому, будет продолжаться…»^[394] Учитывая высокую общественную опасность экологической преступности, значительное влияние окружающей среды на развитие человека как биологического организма, а также на «здоровье» общества в целом, автор полагает, что выделение научного эколого-криминологического комплекса является насущной необходимостью, поскольку современная экологическая ситуация на планете, не говоря уже о России, оставляет желать лучшего.

Опасность экологической преступности и значимость для всего человечества проблемы сохранения благоприятной окружающей среды, обеспечения достоверной информации о ее состоянии и сохранения человечества как вида – основной довод в пользу создания нового научного направления российской криминологии, которое будет освещать взаимосвязь окружающей среды и преступности, преступного воздействия на природу (окружающую среду), в том числе и иные функционирующие и саморазвивающиеся общественные системы.

В этой связи необходимо очертить границы нового научного направления, определить, сферу его научного влияния, цели и систему средств их достижения.

Учитывая вышеизложенное, научный эколого-криминологический комплекс призван исследовать происхождение экологической преступности, ее исторические корни и динамику развития. Он должен проанализировать различные стороны жизни общества и причины возникновения противоречий между ним и окружающей средой, дать наилучшую и полную характеристику экологическому преступлению (экологической преступности, экологическому преступнику) и выявить все детерминанты экологической преступности, а также дать прогноз развития общества в условиях роста экологической преступности, что позволит успешнее вести борьбу с данным явлением и вырабатывать действенные механизмы профилактики.

Исходя из этого, значение научного эколого-криминологического комплекса как нового научного направления криминологии, бесспорно, велико. Хотя может возникнуть вопрос, почему же изучение экологической преступности невозможно в рамках общей криминологии? В ответ на это можно привести следующие доводы: если существуют такие отрасли криминологии, как семейная, экономическая, политическая, а также криминология средств массовой информации и др., то, учитывая опасность экологической преступности, которая была доказана в предыдущих главах, и значимость исследований в области противодействия ей, то скорее всего возникновение научного эколого-криминологического комплекса – это не просто научная задача, а объективная необходимость, одно из условий сохранения человека как вида.

Научный эколого-криминологический комплекс в жизни современного общества можно представить в виде схемы (рис. 4.1.1).

Для реализации поставленных перед ним задач эколого-криминологический комплекс будет изучать:

1) виды экологических преступлений;

2) особенности индивидуального преступного поведения лица;

3) причины экологической преступности во взаимосвязи с различными объективными и социальными явлениями и процессами (характерными для различных слоев общества);

4) результативность тех или иных мер по борьбе с экологической преступностью и по ее профилактике.

С помощью подобных институтов научный эколого-криминологический комплекс будет вырабатывать:

1) рекомендации по совершенствованию борьбы с экологической преступностью и комплекс профилактических мер;

2) действенные меры по устранению причин и условий криминальных явлений в сфере экологии с использованием достижений других научных отраслей, их методов и разработок.

Рис. 4.1.1

Так, в предыдущих разделах работы автор неоднократно обращал внимание на то, что существующее законодательство в области охраны окружающей среды недостаточно развито, более того, на сегодняшний день оно носит декларативный характер и не способно обеспечить серьезное противодействие растущей транснациональной экологической преступности. Ярким показателем криминогенной ситуации в области охраны окружающей среды служит отсутствие судебно-следственной практики по делам об экологических преступлениях. Ранее в работе этот вопрос разбирался и анализировался, исследовались криминогенные обстоятельства, влекущие за собой такой результат в правоприменительной практике. Причем криминогенные обстоятельства существуют не только в экологическом законодательстве. Это порок всего законодательства Российской Федерации, в данной сфере правового регулирования. Не зря за рубежом оно оценивается как коррупционное и криминогенное.

В этой связи следует отметить, что известные ученые С. В. Бородин и В. В. Лунеев предложили проект Положения «О криминологической экспертизе проектов или действующих законов и иных нормативных актов», разработанный в Институте государства и права РАН. В статье, опубликованной в журнале «Государство и право» в 2002 г., авторы обосновывают необходимость именно криминологической экспертизы законов и других нормативных актов с позиции их влияния на криминогенную ситуацию в стране, а также с точки зрения возможных криминогенных последствий их принятия^[395].

Следует отметить позитивный характер этого предложения, и, по мнению автора, закономерно и необходимо в таком случае говорить о криминологической экспертизе законов в области экологии и охраны окружающей среды. Причем важность и значимость такой экспертизы становится бесспорной, если учитывать особую общественную опасность правонарушений в этой области и сильное влияние беззакония на экологическую обстановку не только в стране, но и во всем мире.

Криминологическая экспертиза законов в области экологии и охраны окружающей среды (иначе ее можно назвать эколого-криминологической экспертизой) ни в коей мере не подменяет собственно экологическую экспертизу. Экологическая экспертиза, согласно Закону «Об охране окружающей среды», проводится исключительно в целях установления соответствия планируемой хозяйственной и иной деятельности требованиям в области охраны окружающей среды и основывается на Федеральном законе «Об экологической экспертизе». Тогда как экокриминологическая экспертиза решает вопросы «о криминогенности или антикриминогенности тех или иных положений закона или проекта закона»^[396], нормативного правового акта в области экологии и охраны окружающей среды. При этом подобные вопросы не должны ставиться исключительно перед криминологами. Они должны решаться криминологами во взаимодействии с представителями различных отраслей права и других областей знаний.

Разработка основных положений экокриминологической экспертизы позволит использовать ее в работе автоматизированной системы экокриминологического мониторинга (АСЭКМ). Так, ранее указывалось, что АСЭКМ позволит выявлять пробелы в законодательстве и разрабатывать рекомендации по их устранению. На базе экокриминологической экспертизы такой процесс будет усовершенствован. Поскольку АСЭКМ будет содержать базу нормативно-правового материала и законодательства, то на основе информационных технологий возможно в рамках АСЭКМ создать автоматизированную систему экокриминологической экспертизы (АСЭКЭ), которая, работая на основе экокриминологического и эколого-правового мониторинга, сможет спрогнозировать возникновение тех или иных криминогенных или антикриминогенных обстоятельств в условиях действия того или иного закона в области экологии и охраны окружающей среды.

Работу АСЭКЭ в упрощенном варианте можно продемонстрировать в виде следующей схемы (см. рис. 4.1.2):

Рис. 4.1.2

Необходимость создания подобной системы в области экологии продиктована тем, что многие законы так или иначе требуют экспертной оценки с научно обоснованной криминологической позиции. Безусловно, такой подход к формированию экологического законодательства страны позволит снизить латентность экологических правонарушений и их количество, а также окажет сильное профилактическое воздействие на потенциальных правонарушителей.

В обоснование необходимости выделения научного эколого-криминологического комплекса следует отметить, что уровень подготовки работников правоохранительных органов по борьбе с экологической преступностью в настоящее время очень невысок. Это, естественно, оказывает сильное негативное влияние на выявление, раскрытие экологических преступлений и на привлечение лиц, причастных к общественно опасным экологическим деяниям, к уголовной ответственности. Поэтому одной из задач научного эколого-криминологического комплекса станет разработка основных методов работы правоохранительной системы с целью повышения эффективности ее деятельности в данной области. В этой связи вызывают определенный научный интерес следующие данные, полученные в ходе опроса сотрудников правоохранительных органов. Так, отвечая на вопрос: «Борьбу с какими из видов преступлений, на Ваш взгляд, следует считать приоритетной?» (ответы предлагалось дать в произвольной форме без ссылок на УК), 40 % опрошенных назвали терроризм и организованную преступность (первое место), 30 % опрошенных – коррупцию (второе место), третье место досталось наркомании и алкоголизму – 20 %, четвертое место поделили чиновничий произвол, заказные убийства, захват заложников и т. п. – 4–5 %, на пятом месте, 5–7 %, – остальные виды преступлений, в том числе и экологическая преступность.

Примечательно, что 5–7 % опрошенных упомянули экологическую преступность (в числе прочих видов) только потому, что они в той или иной мере по роду службы сталкивались с экологией.

Очевидно, правоохранительные органы не считают борьбу с экологической преступностью приоритетной. Более того, отвечая на тот же вопрос, граждане, не имеющие никакого отношения к правоохранительным органам, практически не выделяли в предложенном перечне экологическую преступность.

Для уже опрошенных граждан была проведена часовая лекция: в ходе разъяснения роли экологии в нашей жизни акцент был сделан на опасности экологической преступности и повышенной ее вредоносности для здоровья населения, а также на необратимости процессов надвигающейся экологической катастрофы. При этом приводились статистические данные и реальные примеры из жизни. Затем респондентам были заданы следующие вопросы:

Блок вопросов № 1:

1. Можете ли Вы против своей воли стать террористом?

– 100 % опрошенных дали ответ «нет» (исключено).

2. Существует ли для Вас вероятность стать наркоманом или алкоголиком против Вашей воли?

– 100 % опрошенных дали ответ «нет» (исключено).

3. Можете ли Вы стать членом организованного преступного сообщества, если Вы того не желаете?

– 100 % опрошенных дали ответ «нет» (исключено).

Блок вопросов № 2:

1. Вы уверены, что место Вашего проживания соответствует экологическим требованиям (нормам)?

– «нет» ответили 80 %;

– «не знаю» – 15 %;

– «да» – 5 %.

2. Можно ли признать употребляемую Вами пищу экологически чистой?

– «нет» ответили 90 %;

– «затрудняюсь ответить» – 10 %;

– «да» – не ответил никто.

3. Соответствует ли воздух, которым Вы дышите, вода, которую Вы пьете (употребляете в пищу), предъявленным международным стандартам, нормам и требованиям?

– «нет» ответили 95 %;

– «не уверен» – 5 %;

– «да» – не ответил никто.

Блок вопросов № 3:

1. От какого вида преступлений Вас и членов Вашей семьи не сможет защитить государство?

– терроризм – 8–10 %;

– организованная преступность – 9–12 %;

– наркомания – 10–15 %;

– экологическая преступность – 63–75 %;

– другие виды преступлений – 5–7 %.

2. С результатами (последствиями) каких преступлений Вам и членам Вашей семьи приходится сталкиваться ежедневно?

– экологических преступлений – 100 %;

– террористических акций – 0 %;

– разбоев, грабежей, краж – 0 %;

– мошенничества – 0 %;

– вымогательства – 0 %;

– другими видами преступлений – 0 %.

Примечательно, что в результате интервьюирования граждан, представляющих различные слои населения, после проведения соответствующей беседы с приведением статистических данных о зависимости высокой смертности, низкого уровня рождаемости, различных заболеваний и т. п. от экологической обстановки все согласились со следующими тезисами:

1. Человек против своей воли практически не может стать наркоманом, террористом, алкоголиком, членом организованной преступной группировки и др. (случаи насильственного воздействия или принуждения не рассматриваются).

2. Гипотетическая вероятность совершения любого вида преступления непременно присутствует в отношении каждого члена нашего общества, но она ничтожно мала в сравнении с воздействием и последствиями неблагоприятной окружающей среды, вызванными в первую очередь экологическими преступлениями.

3. Весь комплекс последствий различных видов преступлений в своей совокупности несоизмерим с последствиями одного вида – экологических преступлений.

4. В настоящее время наука не располагает всей полнотой данных по количественной и качественной составляющей выживаемости биологических организмов. Однако остается неоспоримым тот факт, что антропогенная и техногенная деятельность человека оказывает негативное влияние на окружающую среду и может привести к уничтожению всего живого на земле.

Специфика экологических преступлений заключается в том, что:

а) с течением времени их последствия и ущерб от них могут увеличиваться и приводить к необратимым процессам (уничтожению экосистем, изменению генотипа человека, появлению очагов не известных ранее болезней и вирусов). При этом весь спектр негативных последствий экологической преступности невозможно выявить;

б) это преступления, для которых ни де-юре, ни де-факто не существует никаких сухопутных, воздушных, морских и других границ;

в) они обладают самой высокой латентностью;

г) они затрагивают все сферы жизнедеятельности человека, все биологические образования;

д) экологические преступления – самый трудоемкий и сложный вид для выявления, закрепления следов, документирования, а также установления всей совокупности признаков соответствующих составов, предусмотренных Уголовным законодательством;

е) они представляют собой общественно опасное экологическое деяние с необратимыми последствиями;

ж) для доказывания экологических преступлений необходимо проводить многочисленные экспертизы и анализы (биологические, химические, криминологические, медицинские, физические и др.)

з) этот вид противоправного поведения характеризуется наивысшей степенью нигилизма, так называемым эколого-правовым нигилизмом, который, к огромному сожалению, не только присущ населению, но и проявляется в деятельности правоохранительных и государственных органов.

На завершающем этапе данного исследования уже опрошенным гражданам было предложено вновь ответить на ряд вопросов. Результаты были уже совершенно другими – противоположными первоначальным: основная масса респондентов стала считать экологические преступления одним из самых опасных видов преступной деятельности.

Таким образом, из данного криминологического исследования видно, что экологическая просвещенность, грамотность и экологическое сознание наших граждан находятся на очень низком уровне. Причем описанный опыт показал, что при помощи соответствующих приемов можно привлечь внимание граждан к проблеме экологии. Так, путем простых сравнений, направленных на улучшение процесса познания, респонденты смогли проанализировать ситуации (казусы), при которых они выступали бы в качестве потерпевших. При этом участники эксперимента наиболее ярко представляли себя в роли жертвы террора или умышленного убийства (эти виды преступлений при первоначальном опросе набрали наибольшие проценты). Объясняется это тем, что данные виды преступлений и их последствия шире всего освещаются в средствах массовой информации, кино, радио и т. п., чего нельзя сказать об экологических преступлениях, проблемах и последствиях эколого-маргинального поведения. Именно этим объясняется получение совершенно иных данных после специальной тематической лекции, с помощью которой существующий информационный пробел был восполнен: респонденты смогли оценить весь спектр угроз, которые содержат в себе экологические преступления как основной фактор, обусловливающий экологическую катастрофу.

В этой связи следует сказать, что еще одна задача, которую придется решать, – это повышение уровня экологического правосознания населения страны, а также выработка стратегии и механизмов снижения уровня эколого-правового нигилизма, как со стороны общества, так и со стороны государства в целом, а также со стороны правоохранительных, общественных и государственных органов.

При этом особое внимание должно быть сконцентрировано на программе всеобщей экологизации, которая будет строиться с помощью концептуально-методологических подходов и с учетом принципов, специфики и особенностей формирования экологизированного правового мировоззрения, с целью минимизации эколого-правового нигилизма, свойственного как современному обществу, так и организации общероссийской системы управления экосистемами. Безусловный приоритет должен отдаваться экологичности принимаемых управленческих решений. Здесь, в первую очередь, необходима политическая воля, поскольку законодательные основы для этого уже созданы. Следует только на первом этапе провести систематизацию законодательной базы: она может выглядеть как свод основных законов, регулирующих экологические системы окружающей среды. На втором этапе будет создана реальная предпосылка для единой кодификации. С точки зрения эффективности правоприменения акцент необходимо поставить на юридической ответственности по соответствующим параметрам (уголовная, гражданская, административная, дисциплинарная и т. п.). Параметры будут распределены в базе данных АСЭКМ по формам и видам юридической ответственности. Моделирование и инструментарий на основе математических методов, используемых при выборе управленческих решений, экокриминологических прогнозов и профилактических мероприятий на основе математических расчетов и технических параметров, в настоящей работе сознательно оставлены без особого внимания в силу большого объема и специфики. Рассмотрению этих вопросов автор посвятил отдельные монографии^[397].