КУЛЬТУРА МОНГОЛИИ

Архитектура Монголии была непосредственным образом связана с религией.

Усиленное проникновение буддийской религии происходит во времена первого тюркского каганата и уйгурского ханства, о чем свидетельствуют фрески буддийского содержания, найденные при раскопках Кара-Балгасуна.

Началом усиленного распространения буддизма в Монголии надо считать XVI век.

C XVI века буддизм утвердился в качестве официальной религии монголов во всех районах расселения монгольских племен. Первоначально религиозные обряды в Халха — Монголии совершались преимущественно в войлочных юртах, а затем и в разборных деревянных храмах. B последующие эпохи кочевые храмы и монастыри постепенно становятся оседлыми.

Распространению буддийской религии и росту влияния духовенства активно способствовала политика Монгольского государства.

Почти каждый монастырь был архитектурным ансамблем, в котором так или иначе проявлялись традиции монгольского зодчества. Храмы в основном co-

оружались монголами с участием иностранных специалистов и рабочих.

Строились храмы круглой, многоугольной и квадратной формы, в монгольском, а также в тибетском архитектурных стилях. Были также храмы смешанной архитектуры с творчееким синтезом и переработкой различных культурных традиций. Наряду с храмами было много и других культовых сооружений, входивших в монастырские комплексы как неотъемлемая их часть (например, ритуальные молельни и т. Д·)· Духовенство привлекало для строительства храмов искуснейших мастеров и художников, которые отдавали этому весь свой талант и умение.

Архитектурное искусство Монголии, вырастая в целом на местной основе, развивалось своеобразно и специфично, хотя, несомненно, было связано и с архитектурными течениями соседних стран — Индии, Тибета. Творчески используя большой опыт в возведении различных сооружений, монгольские мастера разрабатывали свои приемы строительства. '

B монгольских трактатах, написанных в XVIII— XIX веках, упоминается о пропорциях и правилах возведения культовых и гражданских сооружений, учитывающих местную национальную специфику. Среди них выделяется трактат Жамьян-Шадава. жив- шего в XVI веке, который главное внимание уделяет выбору участка под сооружаемое здание. O правилах строительства храмов весьма подробно говорится и в ^тРУдах Агван-Цэрэна, где также особо подчеркивается значение территории, выбираемой для возведения храмов, даются указания об устройстве фундаментов, подборе строительных материалов, установке колонн, укладке балок, о возведении стен, изготовлении окон, дверей, лестниц и f. д.

Главы монгольского духовенства и ламы-ученые придавали большое значение подготовке зодчих, которая была делом чрезвычайно длительным и сложным. B монгольских монастырях Их-Хурэ, Дзаин- ^Урэ, Их-Тамирын-Хурэ, Бэрэйвэн-Хийд и других ^сУЩествовали специальные факультеты (дацаны), готовившие квалифицированных зодчих, художников и скульпторов.

Самое известное из культовых сооружений — MO- пастырь Эрдэнэ-Дзу, расположенный в Убурхангай- ском аймаке.

Bo многих исторических работах основание этого монастьфя датируется 1586 годом. Однако в- чИсто- рии Эрдэнэ-Дзу» указано, что уже в 1585 году здесь производился ремонт. Следовательно, первые постройки возникли раньте. B одном из источников сообщается, что в чгод курицы> (1585) в городище Тахай отремонтирован верхний этаж малого дворца, а в чгод собаки» (1586) сделана крыша, а в чгод огня и свиньи» (1599) построено несколько храмов.

Страница из исторического сочинения Саганчэдэна.

1620 г.

Литературная деятельность монголов начинает активизироваться к концу XVI и началу XVII вёка. Это связано с наступлением затишья в феодальных войнах в Монголии, а также с принятием монголами новой религии ^ ламаизма.

K этому периоду относятся такие литературные произведения, как «История Убаши-хунтайджи и его войны с ойратами», стихи Цокто-тайджи, ойратский эпос «Жангар», «Легенда о Мандухай-Сэцэн-хату- не», «Хвала шести туменам монголов Даян-Хана». Последние два произведения дошли до нас в том виде, в каком они были вписаны в хроники XVII века: «Шара-туджи», «Эрдэнийн эрихэ» Саган-Сэцэна, «Алтан товч». «История Убаши-хунтайджи» представляет собой запись и литературную обработку устного народного сказания. Появление этого произведения ознаменовало возрождение литературы, продолжение традиций, нарушенных в послеюань- ский период.

Дальнейшему развитию традиций служила и поэзия Цогто-тайджи, видного политического деятеля, ученого и поэта первой половины XVII века. Стихи Цогто-тайджи, высеченные на скале его сподвижниками Гуен-батором и Дайчин-хиа, представляют собой единственный образец монгольской лирики XVII века.

Интересно отметить, что «История Убаши-хунтай- джи», несомненно народного происхождения, совершенно не имеет следов влияния ламаизма, бывшего в то время государственной религией.

Заметные сдвиги происходят в XVII веке в монгольской историографии. Монгольские историки создали ряд значительных произведений. K наиболее интересным относятся «Алтан товч» («Золотая пуговица») анонимного автора, «Шара туджи» («Желтая история») Саган-Сэцэна (род. в 1604 году). Авторы этих хроник в основном следуют древнемонгольской исторической традиции, которую можно назвать традицией «Сокровенного сказания».

^Хроники XVII века, особенно «Алтан товч» и «Эрд- нийн товч» выдержаны в эпическом стиле. Авторы этих сочинений часто прибегают к приемам художественно-эмоционального воспроизведения исторической картины. Другой отличительной чертой исторических сочинений XVII века, свидетельствующей о новой полосе в развитии монгольской историографии, было усиление буддийского влияния. Монгольские летописи XVII века представляют собой ценные источники, содержащие богатейший фактический материал по истории.

B то время не проводилось резкой грани между историческим и художественным произведениями. При составлении истории монгольские авторы стремились к художественно-эпическому описанию исторических событий, а в художественном творчестве они увлекались историко-легендарными сюжетами. B связи C этим во многих исторических сочинениях содержатся ценные образцы художественного творчества монгольских авторов.

Летописцы одновременно были и хорошими писателями и поэтами. Примером может служить творчество Саган-Сэцэна из Ордоса. Он происходил из старинного монгольского аристократического рода, восходящего к «золотому роду» Чингисидов. Его прадед, знаменитый Хутактай-Сэцэн-хунтайджи (1540—1586 года), славился не только как крупный политический деятель, но и как один из просвященных людей своего времени, замечательный знатрк литературы. Хутак- тай-Сэцэн в 70-х годах XVI века отредактировал «Цагаан туух» («Белую историю»). Саган-Сэцэн унаследовал от своего прадеда не только его звание Сэцэн-хунтайджи, но и хорошее образование. Он был крупным историком и талантливым поэтом. Его «Эрд- нийн товч» содержит стихи, состоящие, как он сам пишет, из 79 строф (шулэг), в 316 строках (бадаг).

Стихи Саган-Сэцэна представляют большую ценность для изучения монгольского стихосложения B XVII веке. Его колофон (от греч. «завершение» текст на последней странице рукописной книги, содержащий сведения об авторе, месте и времени переписки) написан под влиянием поэтических приемов Сажа- пандита Гунга-Жалцана, которые он заимствовал из известного сочинения «Субашид», переведенного на монгольский язык еще в XVI веке.

B XVI веке в связи с оживлением культурной жизни в монгольском письменном языке происходят значительные изменения, ознаменовавшие новый период в развитии языка. Этот период характеризуется тем, что выводятся из употребления старые, сделавшиеся непонятными слова и формы, широко открывается доступ народным диалектическим элементам, которые искусственно архаизируются, происходит проникновение тибетских заимствований... устанавливается новый почерк уйгурского письма и изобретаются новые буквы — возникает настоящее монгольское письмо; до той поры, до конца XVI века, можно сказать, монголы пользовались уйгурскими буквами. B результате образовался язык, который получил название «классического» письменного языка.

C конца XVI и начала XVII века тибетский язык начинает играть существенную роль в образовании и литературной деятельности монголов. Знание тибетского языка наряду с другими предметами считалось неотъемлемой частью буддийского образования в Монголии. Этот язык начинает выступать как сильный конкурент монгольского письменного языка.

Однако в XVII веке тибетский язык еще не завоевал того господствующего положения, которого OH добился в последующие столетия.

Совершенно новым явлением в культурной жизни монголов в XVI—XVII веках было создание монастырской системы обучения. При отсутствии светских школ в стране учреждаются различные религиозные школы при монастырях, а также широко практикуется обучение монголов в стенах тибетских монастырей. Из среды монгольского ламства выходит довольно большой отряд деятелей культуры. K их числу относятся Ундур-гэгэн Занабазар (1635—1723 гг.), Зая-пандита Халхаский Лувсанпрэнлэй (1642—1715 гг.), Зая-пандита Ойратский Намхайжамцо (1599— 1662-гг.) и др.

Эти крупные ламы представляли монгольскую феодальную культуру. Ундур-гэгэн — талантливый мастер буддийской скульптуры в Монголии XVII века, оставил после себя замечательные образцы художественного литья. Лувсанпрэнлэй и Намхайжамцо занимались литературной деятельностью. Труды Лув- санпрэнлэя, написанные на тибетском языке, составляют несколько томов. Крупнейшим из них является четырехтомное сочинение «Ясное зерцало», содержа- Щее ценный материал про истории Монголии, Индии и Тибета. Его же автобиография представляет собой ценный источник по истории ламаизма в Монголии. Им также составлена на монгольском языке биография Тушету-хана, которая, к сожалению, пока нигде не обнаружена. Зая-пандита Ойратский занимался преимущественно переводом буддийской литературы на ойратский язык. Из данных биографии Зая-панди- ты, написанный его учеником Ранднабадрой в 1690 году, явствует, что Намхайжамцо и его школа осуществили перевод большого количества буддийской литературы (свыше двухсот наименований). Некоторые из переводов дошли до нас на ойратском алфавите.

B результате кропотливой филологической работы Намхайжамцо создал в 1648 году новый ойратский алфавит на основе монгольской письменности. Алфавит Зая-пандиты отличается от монгольского начертанием некоторых букв и дополнительными диакритическими знаками (дополненные знаки, употребляемые над или под буквами, а иногда и рядом с ними, указывающие на передачу буквой иного звучания), позволяющими точно передавать звуки ойратской речи. Поэтому-то алфавит Зая-пандиты и был назван монголами «Тод бичиг» («Ясное письмо»). Однако «Тод бичиг» не получил широкого распространения в Монголии, да и среди ойратов он пользовался популярностью сравнительно недолго, будучи не в силах противостоять общемонгольскому алфавиту и монгольскому письменному языку, принятому в то время всеми монгольскими народами.

B связи с усиленным распространением ламаизма в Монголии в XVII веке в литературе монголов особенно большое место занимает перевод буддийской литературы на монгольский язык. При Лигдан-хане под руководством Гунга-Одсора большая группа переводчиков осуществила перевод с тибетского языка на монгольский буддийский сутр (санскр.,— букв, «нить» — лаконичное высказывание, позднее — своды таких высказываний. B сутрах излагались различные отрасли знаний. Для языка сутр характерна образность и афористичность). Переводные сборники сутр состояли из ста с липшим томов.

Об искусстве этого периода можно судить по некоторым, очень немногим образцам, дошедшим до наших дней.

Наиболее интересным памятником является грамота тумэтского Алтан-хана минскому императору. B грамоте речь идет о посылке тумэтами очередной дани в Пекин. B тексте грамоты упоминается о том, qro Алтан-хан посылает в подарок китайскому императору золотое седло с насечками, уздечку и колчан. Отсюда следует, что ювелирное мастерство процветало у монголов и в послеюаньский период.

Грамота Алтан-хана состоит из текста и рисунка, представляющего собой большую композицию, которая показывает путь следования посольства с данью от кочевий тумэтов до Пекина. Этот рисунок свидетельствует о высоком уровне развития живописи монголов конца XVI века. B манере письма сказалось сильное влияние китайских мастеров живописи, но вместе с тем рисунок во многом своеобразен. Особенно поражают реалистичностью изображения Алтан-хана, его супруги и приближенных, а также всадников и лошадей.

Интересно отметить филигранность отделки ряда деталей рисунка. Тщательно выписаны ажур моста в семь пролетов, стены со сторожевыми башнями и стены городов, мимо которых проезжали послы с данью.

Рисунок представляет интерес и в том отношении, что дает некоторое представление о музыкальной культуре тумэтов конца XVI века. B том месте композиции, где находится ставка Алтан-хана, изображены придворные музыканты. B руках одного из них струнный, у другого — ударный музыкальные инструменты.

Другим значительным памятником живописи сильно искаженным позднейшими надписями, является роспись середины XVI века в монастыре Эрдэни-Цзу на реке Орхон.

Дошли до наших дней и образцы художественного литья. Трудно сказать, когда появился этот вид искусства. B XVI веке художественное литье получило нхирокое развитие в связи с распространением ламаизма. Народные умельцы изготовляли для лам фи- гурки медных божков.

Поскольку монголы издавна были знакомы с куз- нечным делом и ювелирным мастерством, художественное литье получило значительное развитие. Для °бразцов монгольского художественного литья харак- ^терны изящество форм и тщательность отделки.