ФРАНКОШВЕДСКИЙ ПЕРИОД ВОЙНЫ

Ha 1635—1648 годы приходится последний период Тридцатилетней войны, франко-шведский. B открытую борьбу против Габсбургов вступает Франция. Война принимает затяжной характер и длится до полного истощения участников.

Франция выступила против Германии и Испании, имея на своей стороне многочисленных союзников. Ha ее стороне были Голландия, Савойя, Венеция, Венгрия (Трансильвания). Польша заявила о своем нейтралитете, дружественном Франции. Военные действия велись не только на территории Германии, но также и й Испании, Испанских Нидерландах, в Италии, на обоих берегах Рейна. Союзники на первых порах, однако, не имели успеха.

Состав коалиции был недостаточно прочен. Действия союзников были мало согласованы. Лишь в начале 40-х годов, уже после смерти Ришелье перевес сил явно определился на стороне франции и Швеции.

Французские войска нанесли в 1643 году крупное поражение испанской пехоте на западе, в битве при Рокруа. После этого французские войска завоевали Эльзас. B 1645 году шведы разбили имперские войска на востоке близ города Янковицы в Чехии. Императору не помогло и новое вступление в войну Дании — на этот раз на стороне Габсбургов.

B 1646 году соединенная французско-шведская армия вторглась в Баварию. Для венского двора становилось все более ясным, что война проиграна. Императорское правительство Фердинанда III (наследовавшего Фердинанду II с 1637 года) было вынуждено пойти на мирные переговоры.

МИРНЫЕ ПЕРЕГОВОРЫ

Переговоры, начавшиеся еще с Июня 1645 года, велись в двух городах Вестфалии — в Оснабрюке, где договаривались послы императора с послами шведского правительства и германскими протестантскими князьями, и Мюнстере, гДе императорские послы вели переговоры с французским правительством.

4 декабря 1644 года торжественно открылся конгресс в Мюнстере, где обсуждались взаимоотношения между Империей и Францией, а во второй половине 1645 года — конгресс в Оснабрюке, занимавшийся шведско-германским вопросом.

Делегаты, прибыв из разоренных войной стран и областей, где население умирало тысячами От голода, старались показной роскошью подчеркнуть, что ресурсы представляемых ими государств далеко не исчерпаны. Многочисленные свиты, богатые одежды, обилие драгоценностей, вино, бьющее из фонтанов, бычьи туши, зажаренные прямо на улицах для угощения каждого желающего, создавали фантастическую в условиях 20-летней войны картину изобилия.

Переговоры продвигались крайне медленно. Каждый из участников пытался проверить все варианты, все комбинациии прежде, чем идти на соглашение по тому или иному вопросу. Между союзниками и даже между членами одной и той же делегации нередко вспыхивали раздоры.

Например, среди шведских представителей сторонники королевы Христины, настаивавшей на прекращении войны и согласившейся на уступки, боролись с воинственными приверженцами канцлера Ок- сеншерны. Граф д’Аво, много лет осуществлявший

Мирный конгресс в Мюнстере, г. Терборх. 1648 г.

политику Франции в Германии, не ладил с Сервие- ном, ставленником Мазарини.

B декабре 1645 года в Мюнстер прибыл первый министр императора Максимилиан Траутманнсдорф, взявший в свои руки руководство имперской делегацией.

Переговоры велись в обоих городах одновременно, и по многим вопросам между делегациями возникла бесконечная переписка, в которой заботились не столько о том, чтобы ясно изложить взгляды, сколько о том, чтобы скрыть их. Обмен посланиями производился через посредников — представителей Дании, Папы и Венеции, которые были заинтересованы в том или ином решении многих вопросов и со своей стороны затягивали переговоры.

Правительства тщательно следили за переговорами, а медлительность в их ходе позволяла главам государств посылать время от времени дополнительные инструкции и, меняя требования, нередко мешать своим дипломатам завершить уже начатый маневр, уже почти согласованную сделку.

Претензии то уменьшались, то увеличивались, в зависимости от колебаний военного счастья. Зная о все ухудшавшемся внутреннем положении друг друга, обе стороны как бы соревновались в выдержке.

1 июня 1645 года шведские и французские уполномоченные предъявили свои предложения, которые обсуждались имперской стороной до апреля 1646 года. Поскольку шведы и французы заговорили об удовлетворении, на которое они претендуют, имперская делегация заявила, что таковое удовлетворение скорее приличествует императору как.пострадавшей стороне. Ha это шведы отвечали, что их король вступил в войну против своей воли, что война стоила Швеции бесчисленных жертв, за что ей и причитается справедливое вознаграждение. После обмена подобными высокопарными декларациями стороны приступили к деловому обсуждению взаимных претензий.

Испания сначала принимала участие в переговорах вместе с императором. Важным вопросом для нее были национальные движения в Нидерландах, Португалии и Каталонии. Интересовались испанцы также и положением в Италии, судьбой Рейнского Пфальца и французскими завоеваниями в Бельгии и на пиренейской границе. He будучи в силах бороться одновременно с Францией и Голландской республикой, испанское правительство должно было сделать выбор, с каким из противников следует примириться и на кого надо обрушить все высвободившиеся силы. Франция, угрожавшая испанским владениям в Италии, Бельгии, Бургундии и даже на Пиренейском полуострове, представлялась наиболее опасным и непримиримым врагом.

Голландская республика более не стремилась к новым завоеваниям в Нидерландах. Бреда, Маастрихт и другие пограничные крепости достаточно оберегали ее территорию от испанского вторжения. Амстердамские купцы боялись, что дальнейшие завоевания могут привести к присоединению в республике Антверпена, опасного конкурента Амстредама в торговле. Голландцы боялись также водворения близ их границ на месте ослабленной Испании сильной агрессивной Франции. «Будь французу другом, но не соседом»,— говорили они. Кроме того, голландцы полагали, что продолжение войны чрезмерно усиливает авторитет принца Фридриха — Генриха Оранского, стремившегося к установлению монархической власти в молодой республике.

Между тем фактический правитель Франции кардинал Мазарини тайно предложил Испании сделку за спиной Голландской республики, надеясь, что ослабленная Испания позволит обобрать себя и отдать Бельгию в обмен на Каталонию, где и без того положение французских войск заметно ухудшилось. Испанцы немедленно известили о французском предложении голландцев. Возмущенные голландцы потребовали выхода из союза с Францией и сепаратного мира с испанцами. Филипп IV только этого и хотел. Он решил признать независимость Республики соединенных провинций и даже согласиться на закрытые для торговли устья Шельды, хотя это означало окончательный экономический упадок испанской части Нидерландов. В декабре 1646 года мирный договор между обоими государствами был подписан, и Испания потеряла интерес к переговорам в Вестфалии. Ee представители покинули Мюнстер. Трудности, которые испытывал Мазарини внутри Франции, вселяли надежды в испанских политиков и о мирном решении франко-испанских споров говорить было еще рано.

B начале вестфальских переговоров участники, особенно антигабсбургская коалиция, склонялись к тому, чтобы успокаивать общественное мнение мнимой готовностью прекратить войну, на самом же деле оттягивать достижение соглашения до тех пор, пока войска не добьются решительных успехов. Французский маршал Терени сформировал из остатков веймарской армии и навербованных рекрутов десятитысячное войско, с которым пошел на Рейн, где соединился с герцогом Энгиенским, стоявшим также во главе 10000 человек. Летом 1644 года ониовладели берегами среднего течения Рейна, но попытки вторжения в Глубь Германии, сделанные ими в 1545 году, потерпели неудачу.

Мазарини с течением времени убеждался, что добиться полной победы над Габсбургами нелегко и что претензии придется умерить. Он видел, что захваты по Рейну — это все, что по силам французам. Выход из войны с Испанией голландского союзника заставил французов серьезно подумать об ускорении мира с Австрийской монархией, чтобы сосредоточить все силы на борьбе с испанцами.

Для начала французские представители потребовали уступки Эльзаса и признания за Францией епи- скопств Мец, Туль и Верден, которые находились в ее фактическом владении с середины XVI века. Глава имперской делегации первый министр Фердинанда III граф Траутманнсдорф попытался сперва восстановить против территориальных притязаний французских князей немцев и даже шведов. Шведская делегация немедленно поставила французов в известность о происках имперцев.

Немецкие князья, не забывая, что только.благода- ря ходатайству Франции они были допущены на конгресс и получили возможность самим отстаивать свои интересы, не захотели отвергнуть претензии Франции на Эльзас. Даже Бавария не поддержала имперцев.

Tраутманнсдорфа пришлось отпустить и повести борьбу с французскими претензиями путем выдвижения контрпредложений.

Предстоящий мир наряду с вопросом о французских и шведских требованиях выдвинул перед императором целый ряд внутригерманских проблем: какова будет степень суверенитета немецких князей, что случится с бывшими церковными владениями, как поступить с землями пфальцграфа Рейнского и с кур- фюршеским саном. Нужно было урегулировать множество мелких споров и частных притязаний князей и городов. Шведы, между тем, учитывая пожелания чешских эмигрантов, сражавшихся в их рядах, потребовали восстановления независимости Чешского королевства. Это означало бы ликвидацию Австрийской монархии: в данном вопросе Габсбурги не могли идти ни на какие уступки.

Франция стала показывать явственные признаки утомления войной. Народные бунты, оппозиция знати и наследственных чиновников — «дворянства мантий» — перерастали в настоящую гражданскую войну — Фронду. B стране распространилось недовольство дорогостоящей завоевательной войной, и королеве Анне в глаза говорили о бесполезности для Франции погони за военными успехами. Революция и свержение королевской власти в соседней Англии внушали серьезнейшую тревогу руководителям французского государства. Испания, напротив, не собиралась прекращать войну с Францией. K январю 1648 года, закончив все формальности, связанные с заключением мира в Нидерландах, Испания готовилась ударить всеми силами по французскому противнику. Мазарини видел, что медлить с миром в Германии более нельзя.