<<
>>

Конец феодальной вольницы, или Совсем новые государства

Вторая половина XV в. – время появления высшей формы средневековой государственности, называемой абсолютной монархией . Наиболее типичные ее варианты – во Франции и Англии, а также в странах Пиренейского полуострова.

Абсолютные монархии сложились также в странах Северной Европы. В отличие от них земли, исторически входившие в состав Священной Римской империи, напротив, оставались раздробленными, и здесь единых государств не возникло.

Классическим образцом собирания земель служит Франция. Здесь этот процесс, как известно, шел постоянно ускоряющимися темпами уже с начала XII в.; его затормозила Столетняя война. Она негативно повлияла на экономику страны, торговлю между городами, остановила урбанизацию, подорвала сельское хозяйство северных областей. В ряде регионов усилились сепаратистские настроения, а авторитет королевской власти, особенно на рубеже XIV–XV вв., резко снизился.

Однако успехи финального периода войны укрепили позиции короля и сплотили население, переживавшее подъем патриотических чувств. Кроме того, в этот период создавались новые структуры, способствующие укреплению центральной власти, – возникла постоянная наемная армия. В результате Франция вышла из потрясения хотя и разоренной, но в политическом отношении более стойкой.

Окончательное устранение феодальной раздробленности пришлось на период правления короля Людовика XI (1461–1483 гг.). Он расширил королевский домен, присоединив к нему Прованс (ранее принадлежавший Священной Римской империи) с крупнейшим портом Марсель, Руссильон и ряд земель, лежащих внутри королевства. Людовик несколько раз блестяще пользовался тем, что роды местной знати угасали, и благодаря династическим бракам, дипломатической игре или судебным решениям добивался включения их владений в состав своего домена, сплачивая тем самым французское государство.

Людовик XI был заметной и чрезвычайно странной личностью. Совершенно беспринципный, часто прибегавший к прямым подкупам, заказным убийствам, нередко пускавший в ход яд и откровенную дезинформацию, король оставался, как ни парадоксально, чрезвычайно набожным человеком, склонным временами впадать в полосы искреннего покаяния и душевных терзаний. Притчей во языцех стала знаменитая шляпа короля, увешанная оловянными образками многочисленных святых, перед которыми он регулярно и весьма истово молился в перерывах между своими откровенными злодеяниями.

Не очень симпатизируя большинству представителей высшей знати государства и своим придворным, Людовик окружил себя лицами низкого происхождения и не менее сомнительных моральных качеств. Среди них выделялся брадобрей короля Оливье, заслуживший у современников красноречивое прозвище Дьявол. Эти люди обычно являлись советниками монарха и нередко непосредственными исполнителями его криминальных замыслов.

Сам образ жизни Людовика в его укрепленной и полностью закрытой для внешних посещений резиденции в Плесси-ле-Тур был достаточно замкнутым и скрытным. Исключительную роль при нем играли многочисленные наемные войска короля, обычно укомплектованные иностранцами, а также знаменитая личная гвардия, составленная из шотландцев, – его личные телохранители.

Впрочем, подобное поведение монарха преследовало четкую цель – подавление сепаратизма в государстве любыми средствами.

Сколь бы ни был порой зловещ образ короля, он работал на эту задачу и свою историческую миссию исполнил.

Начало правления оказалось для Людовика непростым. В послевоенной Франции оставалось немало феодалов, скептически относившихся к его власти. Особенно выделялся герцог Бургундии Карл Смелый (более точный перевод французского слова temeraire – безрассудный). В известном смысле столкнулись не просто два типа правителей, но две эпохи.

Отнюдь не воинственный, хотя и не гнушавшийся темными делами, предпочитавший денежный, судебный или политический путь решения проблем, Людовик – полная противоположность Карла. Тот вполне мог претендовать на лавры последнего рыцаря Средневековья: герцог-воин любил турниры, битвы и терпеть не мог политических игр и закулисных интриг. И исход такого противостояния исторически был вполне предрешен: за Карлом стояло уходящее прошлое, за Людовиком – неумолимо наступавшее новое время.

Карл сколотил мощную коалицию из крупных феодалов и принцев крови (Лигу общественного блага ), стремившуюся ограничить полномочия короля. В первые годы его правления она попортила ему немало крови. Именно в борьбе с коалицией и сложились окончательно тот тип правления и характер Людовика, который потом получил столь широкую огласку. Плетя интриги и заключая альтернативные союзы, искусно играя на недовольстве членов Лиги своим деспотическим лидером, король устранил большинство проблем, ею порожденных.

Бургундия, одно из крупнейших феодальных владений во Франции, была не единственной собственностью Карла. Ему также принадлежали и Нидерланды. В то время, чтобы контролировать свои владения, требовалось их соседство. Поэтому Карл стремился соединить земли – естественно, присвоив те, которые подчинялись королю. В свою очередь Людовик не только всячески этому противодействовал, но и всеми силами пытался ограничить влияние Карла на его территориях. Историческая обида, вызванная тем, что предки того сотрудничали с англичанами во время Столетней войны, подогревала конфликт с непокорным вассалом.

Людовик опирался на силы и финансы нидерландских городов, оказывая им всяческую поддержку и подчеркивая значимость бюргерской верхушки. Их деньги и пехотные подразделения неоднократно добывали ему победу. Кроме того, он активно поддерживал герцога Лотарингского и швейцарцев (швейцарская пехота именно с этих пор стала важной составной частью вооруженных сил Франции) против великодержавных планов Карла. Наконец, в битве при Нанси (1477 г.) против швейцарцев и лотарингских войск глава Лиги погиб. Большая часть герцогства Бургундского отошла Людовику, только Франш-Конте и значительная часть Нидерландов достались наследнице Карла Марии Бургундской. Она сразу вышла замуж за наследника престола Священной Римской империи Максимилиана.

Выбывание из игры наиболее последовательного и харизматичного противника короля символизировало конец феодальной вольницы во Франции. К концу царствования Людовика все территории страны оказались объединенными в рамках его домена – кроме порта Кале с округой (который англичане удерживали по договору еще полвека) и герцогства Бретань (поглощенного в 1491 г.). Объединение страны, по сути, завершилось.

Деятельность Людовика во многом удивительна еще и потому, что он нередко опережал свое время. В частности, основную ставку в хозяйственной области король сделал не на добывание денег от крестьянства, а на развитие городов, торговли и ремесленного производства. И в этом часто был намного активнее самих бюргеров. Так, например, он настоятельно рекомендовал лионским текстильщикам заняться производством шелковых тканей. Когда те стали сопротивляться, король намекнул, что отнимет у города все торговые привилегии.

Людовик вынашивал грандиозные планы: в частности, он хотел создать мощную компанию купцов для торговли с восточными странами, носился с идеей масштабной выставки французских товаров в Англии, рассчитывая застолбить место и там. Вообще, именно Людовик XI первый король Франции, который сделал упор на положительный баланс во внешней торговле страны, ставшей теперь его собственным владением.

Вывоз товаров и приток в государство звонкой монеты послужили основой экономической политики французских монархов на долгое время. Растущее благосостояние городской верхушки позволяло пополнять государственную казну.

При Людовике окончательно и бесповоротно складывается единое политическое, экономическое и культурное пространство Франции. Его завершала система абсолютной монархии, принявшей в эпоху преемников свои классические формы.

Основой ее оформления служило политическое влияние короля и сведение на нет роли феодалов как носителей власти. Ни в один из периодов Средневековья монархи не располагали таким объемом полномочий, распространяющихся на столь большой территории. В стране не остается уголков, куда не заглядывает монаршее око. Главный принцип абсолютизма – что угодно королю, то обретает силу закона . Инициатива и принятие положений и указов, проведение их в жизнь становятся исключительной прерогативой единственного правителя.

Центральная власть избавляется от стремящихся к независимости герцогов и графов, устанавливает сквозную систему административного и судебного подчинения во всей стране. Роль представительных органов была весьма своеобразной. С одной стороны, они продолжают функционировать: Людовик в самом начале своего правления созвал Генеральные штаты (1468 г.). С другой стороны, собираются чрезвычайно редко и по особым случаям (следующие были созваны лишь в 1484 г.; потом последовал 75-летний перерыв). При возрастании роли третьего сословия в жизни страны король сам определяет формы и объемы налогообложения, рассматривая представительные органы лишь как символ поддержания своего авторитета и пресекая всяческое их недовольство.

Меняется и суть отношений со знатью. В конце XV – начале XVI в. высший слой государства постепенно превращается в придворных, живущих преимущественно рядом с королем в столице и слабо связанных со своими феодальными владениями. Желание стать независимыми выражено у них слабо. Феодальная знать теперь видит благополучие не в самостоятельности, а в укреплении и обогащении государства. Она занимает нишу высшего чиновничества. Этот процесс затрагивает и более низкие слои феодалов: не очень знатные и богатые рыцари перемещаются из села в столицу, чтобы нести службу в королевской армии, занять государственные должности и т. д. Система столица—провинция окрашивается спецификой нового времени.

Неотъемлемая черта эпохи – этническая консолидация Франции. Взамен двух исторических регионов – Севера и Юга, делившихся на множество субрегионов и провинций, жители которых обладали своей культурной, языковой и ментальной идентичностью, во второй половине XV в. возникает единый французский этнос. Он представляет собой общность со вполне отчетливой самоидентификацией, общим литературным языком (хотя провансальский выговор как диалект сохранится до наших дней), единым внутренним экономическим, правовым и административным пространством.

Таким образом, абсолютная монархия – высшая форма развития государственной системы эпохи Средневековья. Одновременно это отрицание политических принципов классического феодализма, основанных на перераспределении власти по иерархической структуре сверху вниз. Абсолютизм выступает как итог феодальной эпохи и переходная форма к государственности Нового времени.

Процесс сложения абсолютной монархии в Англии имел свои отличительные особенности. Англия намного меньше пострадала от Столетней войны. На ее территории не велись бои, она не подвергалась разорению иноземными армиями. Однако малая численность населения и напряжение сил в течение столетия не прошли бесследно. Хозяйство оказалось подорванным, казна регулярно опустошалась королями-завоевателями. Участие многих людей из разных сословий в военных действиях и затем их возвращение нередко порождали социальные проблемы. Тяжело сказалась на Англии эпидемия чумы в 1348 г. Особенно пострадали города; число жителей убавилось намного. Периоды неудач в войне (1370–1380 гг.; итог противостояния) также провоцировали внутренние неурядицы политического и социального свойства. Следствием обострившихся проблем стали народные волнения второй половины XIV – начала XV в. (особенно восстание Уота Тайлера 1381 г. и Джека Кэда), а также обострение противоречий между группировками знати.

Вместе с тем в XV в. происходят заметные перемены в экономической жизни Англии: развивается промышленность, улучшается традиционное производство шерсти, купцы вывозят сукно на континент, возникают мануфактуры по выпуску тканей. Именно в этой отрасли все более обозначаются существенные перемены, послужившие превращению страны в ведущую буржуазную державу Нового времени.

Все более важную роль в экономике страны начинает играть морская торговля. До положения владычицы морей Англии еще очень далеко, но уже в XV в. становится понятно, что могущество островного государства зависит именно от этого. Начиная с 1389 г. ряд законодательных актов предписывает купцам Англии для перевозки товаров пользоваться только кораблями своей страны.

В общем можно сказать, что английская внешняя политика все более определяется интересами купечества.

Социальная структура общества размывается. Конечно, грань между феодалами и зажиточным крестьянством не стирается, зато создается мощная прослойка нового дворянства: так называемые джентри , позднее эсквайры или сквайры (буквально – оруженосцы). Ее составляют много людей, имеющих право на рыцарское звание, но не получающих его по каким-либо причинам, в том числе по собственному нежеланию. Их не привлекает обязательная в этом случае военная служба, и они предпочитают жизнь сельских помещиков военной карьере.

В то же время выделяется слой могущественной знати, все более отчетливо создающей группировки – своего рода коалиции и кланы, что подрывает внутреннюю стабильность государства. Нередко они становятся прямой угрозой королевской власти, прежде всего на местах, в графствах, оттесняя шерифов от реального управления.

Раньше, чем это произошло во Франции, завершается здесь и процесс национального объединения. Проблема заключалась в языковой и культурной пропасти, разделившей страну социально. Она появилась с XI в.: верхи общества следовали франкоязычной культуре, основные массы населения – традиционной англосаксонской. Хотя в целом этот раскол удалось преодолеть уже в XIII в., окончательное сложение единой английской национальной культуры и единого литературного языка относится также к XV в.

Завершение Столетней войны обернулось для англичан тяжелым кризисом, известным как война Алой и Белой Розы.

Борьба феодальных клик в конце XIV в. обостряется до предела, подстегиваемая неудачами в сражениях с Францией. После внезапной смерти Генриха V (1413–1422 гг.) ему наследовал годовалый сын Генрих VI (1422–1461 гг.). В условиях регентства битвы за власть достигли апогея.

Потеря всех территорий на континенте, фактический проигрыш Столетней войны, анархия вызвали всеобщее недовольство династией Ланкастеров и желание справедливой власти. Многие связывали эти надежды с Йорками – один из них, герцог Генрих, пользовался любовью как способный полководец, прославившийся в сражениях с французами. Его отзыв из армии вследствие интриг расценивали одной из причин поражения в войне. В результате Йорки постепенно стали лидерами массовой оппозиции, а конфликт дал о себе знать сполна.

В 1455 г. стороны начали боевые действия. Поскольку в гербе Ланкастеров была алая роза, а в гербе Йорков – белая, то и название соответствующее: война Алой и Белой розы. Через пять лет герцог Йоркский предъявил права на английский престол, но вскоре после этого погиб в сражении.

Несмотря на то что в рядах противников были люди самого разного происхождения, оплотом Ланкастеров оставался Север страны, а Йорков – более экономически развитый Юг. Купечество и рыцарство в основном выступили за Йорков, а Ланкастеры объединили вокруг себя крупнейших магнатов государства, которые боялись утратить власть, присвоенную в предшествующие десятилетия. Однако и на той, и на другой стороне была масса людей, сражавшихся за собственные интересы. Они неоднократно переходили из стана в стан, что обеспечило войне затяжной характер.

Сын Генриха Эдуард проявил себя талантливым руководителем и полководцем и в 1461 г. занял Лондон, где и короновался под именем Эдуарда IV (1461–1483 гг.). Престол перешел к Йоркам, начались преследования ланкастерцев.

Король желал проводить самостоятельную политику и не особо считался со своими соратниками, надеявшимися заместить ланкастерцев при дворе. Возглавивший уже внутреннюю оппозицию граф Варвик отстранил Эдуарда и вновь возвел на престол свергнутого и сидевшего в крепости Тауэр Генриха VI. Отставленный от дел монарх бежал во Францию, однако вскоре вернулся к власти. Варвик погиб в сражении, а Генрих VI был казнен.

В войне наступило затишье, вызванное истощением сил. В течение почти двух десятилетий Англия залечивала раны. Эдуард IV активно вмешивался в финансовую жизнь страны, сделав одной из главных своих задач материальную независимость короны. В частности, король сам занялся морской торговлей и получал от этого немалый доход. Не случайно за англичанами прочно закрепилась репутация нации лавочников. Он даже демонстративно напал на Францию в 1475 г., вероятно рассчитывая на поживу. Война не состоялась, так как Людовик XI откупился от английского монарха и даже впоследствии выплачивал ему пенсию.

Царствование короля-купца было достаточно долгим по средневековым меркам. После смерти Эдуарда престол занял его двенадцатилетний сын Эдуард V. Однако его дядя, герцог Ричард Глостерский, ставший регентом, отстранил племянника от власти и заключил его вместе с юным братом в Тауэр, где дети вскоре были убиты. Ричард занял трон под именем Ричарда III. Удачный полководец, лидер, он был жестоким правителем и оттолкнул от себя многих сторонников.

Династическая коллизия спровоцировала новый виток войны. Оппозицию возглавил Генрих Тюдор, граф Ричмонд, дальний наследник дома Ланкастеров. К ней примкнули и многие сторонники Йорков. В битве при Босуорте 22 августа 1485 г. войска Ричарда были разбиты, а сам он погиб. Генрих Тюдор стал королем Англии и, женившись на дочери Эдуарда IV, основал новую династию Тюдоров, занимавшую британский трон до начала XVII в.

Война завершилась. Корона, как обычно бывает, досталась в итоге третьей стороне. Однако стабильный экономический рост и социальные сдвиги становящегося все более буржуазным общества заложили основы нового периода английской истории. Переболев раздорами, смутой и борьбой за власть, общество укрепилось. Именно при Тюдорах Англия вступает в эпоху абсолютизма, в общих чертах напоминающего французский, но с поправкой на специфику английской социальной структуры.

<< | >>
Источник: Хлевов А.А.. Краткая история Средних веков: Эпоха, государства, сражения, люди. 2008

Еще по теме Конец феодальной вольницы, или Совсем новые государства:

  1. Утверждение феодальных отношений в Византии (вторая половина IX-конец XI в.)
  2. Конец истории или ее возвращение?
  3. Смерть, конечность жизни: начало или конец пути
  4. Смерть, конечность жизни: начало или конец пути
  5. Смерть, конечность жизни: начало или конец пути
  6. Новые проблемы ХХ века – новые науки. Биогеохимия – неразрывная связь ее с биосферой.
  7. КОНЕЦ ГОСУДАРСТВА ИНКОВ. ПОРТУГАЛЬСКИЕ ЗАВОЕВАНИЯ
  8. Год Африки. Новые государства на карте мира.
  9. Возрождение принесло новые идеи, новые взгляды на человека.
  10. 3.Феодальный тип государства и права.
  11. Феодальное государство и право Франции
  12. ГЛАВА V ДЕМОСФЕН И КОНЕЦ МИРА ГОРОДОВ-ГОСУДАРСТВ
  13. ПРОИЗВОДСТВО ПО ЗАЯВЛЕНИЮ О ПРИЗНАНИИ ОРГАНИЗАЦИИ, ОСУЩЕСТВЛЯЮЩЕЙ ЭКСТРЕМИЗМ ИЛИ ТЕРРОРИСТИЧЕСКУЮ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ НАТЕРРИТОРИИ РЕСПУБЛИКИ КАЗАХСТАН И (ИЛИ) ДРУГОГО ГОСУДАРСТВА, ЭКСТРЕМИСТСКОЙ ИЛИ ТЕРРОРИСТИЧЕСКОЙ, В ТОМ ЧИСЛЕ ОБУСТАНОВЛЕНИИ ИЗМЕНЕНИЯ ЕЮ СВОЕГО НАИМЕНОВАНИЯ, А ТАКЖЕ ОПРИЗНАНИИ ИНФОРМАЦИОННЫХ МАТЕРИАЛОВ, ВВОЗИМЫХ, ИЗДАВАЕМЫХ, ИЗГОТАВЛИВАЕМЫХ И (ИЛИ) РАСПРОСТРАНЯЕМЫХ НА ТЕРРИТОРИИРЕСПУБЛИКИ КАЗАХСТАН, ЭКСТРЕМИСТСКИМИ ИЛИ ТЕРРОРИСТИЧЕСКИМИ
  14. Развитие английского феодального государства в XII в.
  15. Периодизация истории феодального государства в Англии выделяет следующие периоды:
  16. И совсем другое — с Демосфеном
  17. § 3. Складывание основ феодальных отношений в Каролингском государстве
  18. Тема 2. Государство и право Руси в период феодальной раздробленности (XII-XV вв.)
  19. Утверждение феодальных отношений. Государство Гуптов.
  20. Развитие феодальных отношений во Франкском государстве.