Позы, экспрессия лица, проксемика и отношения

Наряду с исследованиями контакта глаз как одного из главных показателей невербальной интеракции проводятся многочислен­ные эксперименты, направленные на выяснение характеристик поз участников взаимодействия, свидетельствующих об их отно­шениях, статусах, ролях.

В самом общем плане позы, входящие в невербальный паттерн отношений и взаимоотношений, можно разделить на две боль­шие группы в зависимости от того, сидит человек или стоит.

Исследователи давно обращают внимание на связь между по­зами членов группы во время совместной деятельности и ее мик­роклиматом. Так как микроклимат создается в системе отноше­ний между участниками общения, то позы интерпретируются с позиций видов отношений между членами группами. Практиче­ски все учебные пособия по ведению переговоров, организации беседы, работы в психотерапевтических и тренинговых группах включают разделы, в которых в той или иной степени обсуждает­ся вопрос о связи между позами, проксемическими параметрами общения и отношениями участников друг к другу, к предмету деятельности и теме разговора.

Главный метод анализа поз в невербальной интеракции — это метод «кадр за кадром». Данный метод отличается от других спо­собов фиксации невербальной интеракции тем, что он основыва­ется на применении видео- и кинотехники, скрытых камер. Он позволяет запечатлить непосредственные, спонтанные интеракции и затем рассмотреть их «кадр за кадром». В начале 1980-х гг. П. Булл [217] подвел итоги изучения поз участников взаимодействия как показателей их взаимоотношений. Он попытался ответить на воп­рос, какой должна быть динамика поз, их рисунок, чтобы между участниками взаимодействия возникали определенные отноше­ния. Поставленная цель была им достигнута. Данные и выводы ряда исследований подтверждают существование феномена интерак-ционной синхронности (I.S.), описанного Кондон и Огстон. Суть его заключается в том, что в процессе общения, направленного к взаимопониманию, появляется все больше и больше элементов невербального поведения, которые одинаковы у обоих партнеров. Кондон и Огстон для проверки гипотезы о существовании интер­

акционной синхронности в диадах, склонных к взаимопонима­нию, избрали принцип анализа всех движений, которые появля­ются одновременно у обоих партнеров, поэтому в поле их интере­са попали различные элементы кинесической структуры невер­бального поведения.

В отличие от этого подхода к изучению проблемы синхронно­сти невербального поведения участников взаимодействия как по­казателя их позитивных—негативных отношений А.

Количество времени, проведенное партнерами в «идентичных» или «зеркально согласованных позах», свидетельствует о степени включенности в общение, о доброжелательном отношении друг к другу. Но «зеркально согласованные позы» участников общения являются более надежным, чем «идентичные позы», показателем того, что партнеры понимают, принимают друг друга, располо­жены к длительному общению.

Приведем пример одного из многочисленных экспериментов, демонстрирующих процедуры, с помощью которых были сдела­ны эти выводы. Студенты — участники семинара оценивали предъявляемые им невербальные интеракции по следующим шка­лам: отдельно—вместе (заинтересованность, включенность —от­чужденность); взаимопонимание—непонимание; принятие —не­принятие. Невербальные интеракции были закодированы как не­согласованные, идентичные, зеркально-согласованные позы. При восприятии зеркально-согласованных поз студенты отмечали на­личие взаимопонимания между партнерами и отсутствие таково­го, когда позы были несогласованными.

Кроме феномена интеракционной синхронности была также выявлена взаимосвязь динамики поз и психологической дистан­ции между партнерами, а также взаимосвязь определенного ри­

сунка поз (скрещивание рук и ног, отбрасывание корпуса назад) и негативных отношений, нарушений общения. Установлен спо­соб оживления общения с помощью изменения поз, превраще­ния их в открытые, ненапряженные. В процессе изучения роли позы в онтогенетическом развитии был сделан вывод о том, что даже очень маленькие дети способны точно определять взаимоот­ношения между людьми, основываясь на их позах и проксемике общения.

В последующих работах было установлено, что поза и простран­ство общения позволяют проанализировать три главных вида от­ношений: 1) аффилиацию (притяжение, любовь—отталкивание, ненависть); 2) статус (доминирование —подчинение); 3) степень включенности, значимости происходящего для партнеров. Для вы­ражения пяти различных уровней аффилиации (сильная антипа­тия; умеренная антипатия; нейтральное отношение; умеренная симпатия; сильная симпатия) используется различное сочетание таких параметров позы, как степень расслабленности, открытость, ориентация тела, положение рук, наклон головы (вверх-вниз; вправо-влево). Отношения антипатии представлены в таких поло­жениях рук, как «руки в боки»; «руки скрещены на груди», в за­крытых позах. Угол наклона туловища назад всегда меньше при демонстрации симпатии, чем антипатии. В ситуации, когда анти­патию проявляет мужчина в отношении к другому мужчине, он не поворачивает туловище в сторону, в то время как сильная ан­типатия к женщине сопровождается большим количеством пово­ротов туловища в сторону. Женщины, независимо от того, кто их партнер (мужчина или женщина), для передачи антипатии исполь­зуют значительное количество поворотов туловища в сторону.

Особый интерес представляют исследования, в которых стави­лась задача определить вес таких компонентов взаимодействия, как поза и выражение лица. В оригинальном эксперименте Валд-рон, используя позы, зафиксированные в других работах, совме­стил их с определенными выражениями лица и сделал фотогра­фии, передающие три аффилиативные тенденции — симпатию, антипатию, нейтральное отношение. Фотоизображения он предъ­явил группе испытуемых и получил данные, свидетельствующие о том, что поза человека может повлиять на оценку выражения его лица. Из результатов Валдрона следует, что позитивное выра­жение лица и позитивная поза оцениваются наблюдателями как передающие больше симпатии, чем позитивное выражение лица и негативная поза. Поза, включающая наклон вперед (элемент по­зитивной позы), но сочетающаяся с нейтральным выражением лица, воспринимается как выражение агрессии, антипатии.

' Наиболее сложным для исследователей невербальной интерак­ции является вопрос о том, почему такие параметры поведения,

как наклон туловища вперед, контакт глаз, близкое интерперсо­нальное расстояние, рассматриваются участниками взаимодействия и наблюдателями как проявление определенных аффилиативных тенденций. Одним из первых попытался объяснить это явление А. Мехрабьян, основываясь на идеях увеличения взаимной сен­сорной стимуляции, являющейся следствием приближения парт­неров друг к другу. В свою очередь, более высокая взаимная сен­сорная стимуляция обусловливает возникновение открытого, не­посредственного общения и, соответственно, появление позитив­ных отношений. Другое объяснение изменения отношений между участниками взаимодействия строится на основе индивидуальных тенденций в аффилиативных проявлениях партнеров. Как извест­но, невербальные паттерны поведения отличаются у лиц с раз­личными аффилиативными тенденциями. Так, для тех лиц, кото­рые ждут позитивной поддержки от других и сами стремятся к ее выражению, характерно следующее экспрессивное невербальное поведение: контакт глаз, приятное выражение лица, умеренная жестикуляция, открытая поза, ориентация на партнера, неболь­шой наклон туловища вперед. Лица с повышенной чувствитель­ностью к отвержению, не ждущие от других поддержки, демонст­рируют закрытые позы, у них также отсутствуют повороты туло­вища в сторону партнера. В целом их позы являются «напряжен­ными». Высокий уровень чувствительности к отвержению, непри­ятие другого актуализируют соответствующий паттерн невербаль­ного поведения, что приводит к возникновению чувства антипа­тии у партнера и к перестройке его собственного поведения. Позитивные ожидания человека вызывают, как правило, измене­ния в невербальном поведении собеседника, приводят к снятию напряжения, усилению чувства симпатии и, соответственно, к изменению картины невербальной интеракции.

Некоторые исследователи считают, что изменение невербаль­ного поведения участников общения зависит от таких факторов, как социальная позиция и тип взаимодействия. В соответствии с этими факторами изменения могут идти как в позитивном, так и в негативном планах. При этом позитивные паттерны невербаль­ного поведения действительно способствуют увеличению иден­тичных движений в поведении партнеров, а негативные паттерны усиливают компенсаторные реакции и увеличивают количество движений, блокирующих контакт: партнеры выставляют вперед руки, локти, вытягивают ноги, отклоняют туловище назад, пово­рачивают туловище в сторону от собеседника, отказываются от контакта глаз или существенно увеличивают его.

Итак, если человек стремится к взаимопониманию, позитив­ным отношениям, он непроизвольно начинает копировать невер­бальное поведение партнера, если он не намерен развивать отно­

шения в позитивную сторону, то начинает прибегать к движени­ям, блокирующим контакт.

Выше речь шла главным образом о рисунке позы и ее связи с другими элементами невербального поведения участников взаимо­действия. Не менее важным параметром невербальной интеракции является количественный показатель изменения поз в единицу времени. Из ряда исследований невербальной интеракции можно сделать вывод о том, что количество поз, принимаемых челове­ком в общении, коррелирует с его статусом и стремлением к до­минированию. Лица более высокого статуса чаще меняют свои позы, чем лица низкого статуса, и совершают больше движений головой, туловищем, руками, ногами. Партнер с высоким стату­сом демонстрирует больше свободы в выборе и смене определен­ного невербального репертуара, он чаще поворачивает туловище в сторону от собеседника, использует положение «руки в боки», беседуя с человеком более низкого статуса. В то же время низко­статусный партнер держит ладони рук открытыми, использует открытую позицию ног и т. д. Из экспериментальных данных сле­дует, что пары, различающиеся по статусу, разговаривают обыч­но, отклонившись друг от друга назад, тогда как пары с одинако­вым статусом держатся прямо.

В большом количестве работ по восприятию и интерпретации невербального поведения и невербальной интеракции ставилась задача определить, какие элементы невербального взаимодействия свидетельствуют о доминантной позиции участников общения. Мы уже рассматривали данную проблему в связи с исследованием кон­такта глаз. Позы участников общения в сочетании с другими эле­ментами невербальной интеракции также изучались с этой точки зрения. В одном из экспериментов предъявлялось изображение груп­пы людей, отличающихся позами и жестами. У одного из членов группы рука была поднята и направлена вперед, у другого руки находились в положении «руки в боки», у третьего они были скре­щены на груди, у четвертого — в карманах, у пятого одна из рук была за спиной, у шестого участника группы обе руки были за спиной. С помощью специальной шкалы все эти люди были оце­нены участниками эксперимента. Как наиболее властная, иници­ативная, выразительная и значительная была признана фигура с поднятой вперед рукой. Замкнутым, надменным, агрессивным назвали человека с положением «руки в боки», его воспринимали также как личность инициативную, значимую. Фигуры с руками за спиной были признаны скромными и незначительными.

Важными для понимания особенностей невербальной интерак­ции являются исследования, в которых ставится задача опреде­лить, какие движения тела действительно сообщают информа­цию о доминировании, конфликтном поведении, о стремлении

прекратить агрессию со стороны партнера. По данным Камрас, успешному разрешению конфликта способствует рисунок позы, который назван «сделай себя меньше». Нельзя не отметить, что такой способ поведения очень давно был описан А. П. Чеховым в рассказе «Толстый и тонкий»: «Тонкий вдруг побледнел, окаме­нел ...съежился, сгорбился, сузился...». Если «сделать себя мень­ше», то можно избежать невербальной и вербальной агрессии со стороны партнера. «Сделать себя меньше» — это значит проде­монстрировать определенный паттерн невербального поведения: втянуть голову, приподнять плечи, согнуть колени, опустить гла­за, стать неподвижным. Такой способ поведения имеет место в иерархизированных группах, в которых подчиненные и люди бо­лее низкого статуса при встрече с начальником опускают голову, округляют спину, как бы кланяясь. Данный элемент невербаль­ной интеракции особенно ярко представлен в Японии, Китае, где подчиненный буквально касается лбом земли, кланяясь при встрече с лицом высокого статуса.

А. К. Байбурин и А. Л. Топорков отмечают, что многие жесты, позы «восходят к глубоко архаичным представлениям о том, как должны вести себя люди с высоким и низким статусом... Универ­сальными чертами поведения человека с высоким статусом пред­ставлялись такие, как замедленность движений (вплоть до полной неподвижности, статичности), тихий голос, сдержанность в про­явлении эмоций, прямой, неподвижный взгляд, сведенная к ми­нимуму жестикуляция» [24, с. 66]. Если человек, занимающий вы­сокое положение в обществе, группе, демонстрирует иное невер­бальное поведение, то это резко изменяет отношение к нему, вызывает подозрение у окружающих его людей, формирует недо­верие и т. д. Интересный исторический факт, касающийся пове­дения Лжедмитрия, приводят А. К. Байбурин и А. Л. Топорков. Они пишут о том, что на фоне достаточно статичного поведения лиц с высоким социальным статусом Лжедмитрий выглядел суетливым. Его поведение не вписывалось в картину движений знатного че­ловека. Наблюдая невербальное поведение Лжедмитрия, многие высокопоставленные лица того времени сомневались в его цар­ском происхождении. Быстрые, резкие движения, семенящая по­ходка, громкий голос или смех, бурное проявление эмоций, бе­гающий взгляд связываются с низкой престижностью человека. Этот паттерн невербального поведения в сознании многих поко­лений людей ассоциируется с образом вертлявого, юлящего чёр­та. По мнению авторов книги «У истоков этикета», «существовало два типа поведения: одно, условно говоря, царское или боже­ственное, характеризовалось сдержанной пластикой движений, торжественностью поз и полустертой мимикой, медленным, ве­личавым передвижением, смиренностью, статичностью; другой

тип — бесовское поведение, характерными признаками которого считались смех, дерганье, кривлянье, сквернословие и т. п.» [24, с. 67]. Не трудно заметить, что между этими двумя паттернами невербального поведения располагается все разнообразие невер­бальных интеракций, свидетельствующих о статусных отношени­ях и о доминировании в общении.

Выше были приведены различные исследования такого эле­мента невербальной интеракции, как поза, и представлены по­пытки ее описания в соответствии с наиболее распространенны­ми видами отношений: симпатии —антипатии; принятия — отчуж­дения; доминирования —подчинения. Эти исследования выпол­нены главным образом, американскими и английскими психоло­гами. Естественно, что в их экспериментах принимали участие американцы и англичане, поэтому были зафиксированы кинесико-проксемические формы взаимодействия, свойственные для куль­тур этих народов. Имеют ли они межкультурный статус в выраже­нии определенных видов отношений? На данный вопрос трудно дать определенный ответ не только потому, что такого рода иссле­дования не проводятся в России и других странах, но и потому, что авторы приведенных работ не касаются проблемы социокуль­турных, исторических, этнографических факторов организации невербальной интеракции.

На основе этих и многих других исследований можно сделать общие выводы о том, что кинесико-проксемические паттерны несут информацию об интерперсональных отношениях как для самих участников взаимодействия, так и для наблюдателя. Субъект восприятия диады, группы лиц рассматривает невербальное по­ведение как нечто целое, свидетельствующее о различных ха­рактеристиках общения. Гармоничность, синхронность, идентич­ность отдельных элементов невербального поведения партнеров, в том числе и поз, продолжительность соответствия—несоответ­ствия поз, их напряжение—расслабленность, направленность яв­ляются показателями отношений «позиция», «валентность», «ди­станция».

Итак, для практической деятельности важно уметь анализиро­вать кинесико-проксемические формы взаимодействия в группе, рассматривать все проксемические характеристики общения: дис­танцию между, партнерами, направление движения их тел (впе­ред-назад; вправо-влево; встать-сесть), место расположения в груп­пе (в центре, напротив определенных лиц, по диагонали, на пе­риферии относительно лидера группы), синхронность появления определенных движений тела (их идентичность, гармоничность), динамичность смены паттернов невербального поведения или их устойчивость в ситуации диадного, группового взаимодействия, степень расслабленности — напряженности позы, ее открытость—

закрытость, «уменьшение себя» — «распространение себя». Важ­ным показателем взаимоотношений в диаде или группе является показатель «зеркально-согласованных поз» и других движений.