<<
>>

6. Гражданско-правовые признаки корпоративных правоотношений

Для определения природы корпоративных правоотношений недостаточно проведенного нами анализа, позволившего выявить внутриорганизационный характер корпоративных правоотношений и выделить критерии обособления корпоративных правоотношений от иных правоотношений, складывающихся в рамках корпорации.

Чтобы решить данную задачу, необходимо определить, к какой разновидности правоотношений они относятся. Выше отмечалось, что ГК РФ не содержит исчерпывающего перечня общественных отношений, регулируемых нормами гражданского права, поэтому любое правоотношение, обладающее всеми характеристиками гражданского правоотношения, должно быть признано гражданским. Как известно, основной особенностью гражданских правоотношений является то, что они основаны на равенстве, автономии воли, имущественной и организационной обособленности их субъектов. Акцентируя внимание на этой специфике рассматриваемого явления, некоторые ученые отказываются признавать корпоративные правоотношения гражданско-правовыми, относя их к сфере предпринимательского права . Мы не будем затрагивать вопрос о правомерности выделения предпринимательского права в качестве самостоятельной отрасли права, по этому поводу в научной литературе уже были высказаны обстоятельные и аргументированные суждения , остановимся лишь на аргументах, приводимых в подтверждение позиции об отсутствии у корпоративных правоотношений основных признаков гражданского правоотношения.

--------------------------------

См., например: Предпринимательское право Российской Федерации / Отв. ред. Е.П. Губин, П.Г. Лахно. С. 49 - 51; Губин Е.П. Указ. соч. С. 171; Молотников А.Е. Ответственность в акционерных обществах. М.: Волтерс Клувер, 2006. С. 4 - 5.

КонсультантПлюс: примечание.

Учебник "Гражданское право: В 4 т. Том 1: Общая часть" (под ред. Е.А. Суханова) включен в информационный банк согласно публикации - Волтерс Клувер, 2008 (издание третье, переработанное и дополненное).

Более подробно см.: Гражданское право: Учебник: В 4 т. Т. 1. Общая часть / Отв. ред. Е.А. Суханов (автор главы - Е.А. Суханов). С. 22 - 27.

Первый, наиболее часто встречающийся, аргумент заключается в попытках доказать неравенство субъектов корпоративных правоотношений, отсутствие у них автономии воли, представить корпоративные правоотношения не как отношения координации, а как отношения субординации. Так, И.С. Шиткина, рассматривая холдинговые правоотношения в качестве разновидности корпоративных правоотношений, отмечает, что "суть холдинговых отношений состоит в субординации действий участников холдинга, при которой головная компания правомочна определять важнейшие управленческие и хозяйственные решения других участников холдинга" . Справедливости ради заметим, что подобные доводы отнюдь не новы. Властные элементы, а иногда и публично-правовой характер корпоративных правоотношений усматривались многими выдающимися правоведами в прошлом. Например, А.И. Каминка писал, что "организация товарищества с отношением подчинения и господства между участниками - вот характерная особенность товариществ современного права, вызывающая настолько своеобразное отношение, что право, их регулирующее, составляет особую дисциплину, отличную от права частного" .

Показательно, что автор одного из основных трудов дооктябрьского периода по проблемам корпоративного права И.Т. Тарасов специализировался в сфере полицейского (административного) права.

--------------------------------

Шиткина И.С. Указ. соч. С. 142.

Каминка А.И. Очерки торгового права. С. 397.

Прежде чем давать оценку данным обстоятельствам, необходимо определить конкретные исторические условия, в которых проходила научная деятельность правоведов и делались подобные высказывания. В России дооктябрьского периода в качестве корпораций рассматривались главным образом акционерные общества, поэтому эмпирический материал для анализа корпоративных правоотношений брался из акционерного законодательства. С целью специального регулирования деятельности акционерных обществ в 1836 г. было принято Положение о компаниях на акциях, которое впоследствии с небольшими изменениями было включено в ч. 1 т. X Свода законов Российской империи. Практически без изменений это законодательство просуществовало до Октября 1917 г. Однако фактически правовое положение акционерных обществ определялось не нормами Свода законов, а административными предписаниями, издаваемыми отдельно для каждого общества в процессе утверждения его устава, что обусловливалось разрешительным порядком создания акционерных обществ. Подобные предписания, по мнению Л.И. Петражицкого, представляли собой "что-то вроде обычного административного акционерного права, существующего независимо от действующего общего закона и вопреки ему" .

--------------------------------

Петражицкий Л.И. Акционерная компания: акционерные злоупотребления и роль акционерных компаний в народном хозяйстве. По поводу предстоящей реформы акционерного права: Экономическое исследование. СПб.: Тип. М-ва фин. (В. Киршбаума), 1898. С. 3.

Очевидно, что характеристика корпоративных правоотношений, сделанная в условиях такого нормотворчества, не может быть принята за основу при определении природы правоотношений, возникающих в современных корпорациях. Отметим, что о властном характере корпоративных правоотношений писал и М.И. Кулагин, исследовавший правовое положение юридических лиц по зарубежному праву . К сожалению, почти всегда юридически безупречный анализ этого выдающегося цивилиста в этой части не лишен идеологической окраски, избежать которой советские правоведы зачастую не могли.

--------------------------------

См., например: Кулагин М.И. Государственно-монополистический капитализм и юридическое лицо. С. 27 - 29; Он же. Предпринимательство и право: опыт Запада. С. 232 - 238.

Насколько же в действительности правомерна характеристика корпоративных правоотношений как отношений власти и подчинения, исходя из того факта, что решения, принимаемые органами управления корпорации в соответствии с их компетенцией, обязательны для участников (членов) корпорации? Достаточна ли сама по себе обязательность решений, принимаемых одним субъектом правоотношения, для другого субъекта этого же правоотношения, чтобы констатировать юридическое неравенство этих субъектов? Представляется, что на эти вопросы следует дать отрицательные ответы. Наличие или отсутствие юридического равенства субъектов правоотношения не может быть выявлено только лишь исходя из того, что один из них может давать другому обязательные для него указания. В противном случае многие гражданские правоотношения, относительно природы которых ни у кого не возникает сомнений, можно будет охарактеризовать как отношения власти и подчинения. Так, в обязательстве, порождаемом договором страхования, страхователь должен следовать требованиям страховщика (п. 1 ст. 962 ГК РФ), а в обязательствах из договоров поручения и комиссии для поверенного и комиссионера обязательны указания соответственно доверителя и комитента (п. 1 ст. 973, ст. 992 ГК РФ). Перечень подобных примеров можно продолжить без труда.

Каковы же критерии, позволяющие провести разграничение между отношениями координации и субординации? О таких критериях неоднократно писалось в отечественной юридической литературе. Наиболее точно, на наш взгляд, они были определены О.С. Иоффе. Он считал, что равенство субъектов гражданского правоотношения обусловливается не функцией, которая возлагается на них в конкретном правоотношении, а их общим гражданско-правовым статусом. Соответственно, юридический статус субъектов отношения власти и подчинения (административного, по терминологии ученого) определяется не характером их правомочий и обязанностей, а тем общим положением, которое они занимают в сфере публичного права и сообразно с которым между ними устанавливается конкретное юридическое отношение .

--------------------------------

Иоффе О.С. Правоотношение по советскому гражданскому праву. С. 539 - 540.

С этой позиции равенство субъектов корпоративных правоотношений вряд ли у кого-нибудь вызовет сомнение. Одни субъекты корпоративных правоотношений, давая обязательные для других субъектов указания, например в случае, предусмотренном п. 2 ст. 105 ГК РФ, осуществляют тем самым свои субъективные права, а не властные полномочия, обусловленные их статусом. Отказ от исполнения этих указаний представляет собой нарушение субъективного гражданского права, которое может быть защищено в установленном законом порядке, в том числе посредством предъявления иска в суд. Что касается неисполнения властных предписаний, то лицо, от которого они исходили, наделяется законом полномочием по их принудительному исполнению своими действиями. Наконец, решение вопроса о приобретении статуса субъектов корпоративных правоотношений осуществляется участниками гражданского оборота в добровольном порядке, что является проявлением гражданско-правового принципа диспозитивности. Таким образом, по нашему мнению, нет никаких оснований отрицать юридическое равенство субъектов корпоративных правоотношений.

Еще одним доводом против отнесения корпоративных правоотношений к числу гражданских служит отрицание их имущественного характера и рассмотрение этих правоотношений в качестве организационных . Оценивая этот аргумент, в первую очередь следует отметить, что в современной гражданско-правовой доктрине признание самостоятельности организационных правоотношений ставится под сомнение. Тезис о существовании организационных правоотношений последовательно отстаивал О.А. Красавчиков, рассматривая их, правда, как разновидность гражданских правоотношений. Гражданские организационные правоотношения он определял как построенные на началах координации социальные связи, направленные на упорядочение (нормализацию) иных общественных отношений, действий их участников либо на формирование социальных образований . Ученый предложил выделять четыре основные группы организационных правоотношений: организационно-предпосылочные, организационно-делегирующие, организационно-контрольные и организационно-информационные .

--------------------------------

См., например: Молотников А.Е. Указ. соч. С. 5.

Красавчиков О.А. Гражданские организационно-правовые отношения. С. 53.

Там же. С. 54 - 55.

Концепция организационных правоотношений была подвергнута убедительной критике со стороны О.С. Иоффе и Ю.К. Толстого, которые справедливо заметили, что нет никаких оснований для отсечения "организованности", являющейся атрибутом общественных отношений, от последних и объявления ее особым гражданско-правовым организационным отношением. Прежде чем возникнуть в качестве окончательно сложившегося, имущественное отношение должно пройти через стадию своего формирования . Организационный этап как раз и является стадией формирования имущественного отношения. Если же пытаться искусственно вычленять организационные элементы общественных отношений, придавая им характер самостоятельных отношений, то их доля в предмете гражданско-правового регулирования превысит долю имущественных отношений.

--------------------------------

См.: Иоффе О.С. Развитие цивилистической мысли в СССР (Ч. 1). С. 258 - 261.

Ранее С.С. Алексеев справедливо отмечал, что само по себе деление правоотношений на имущественные и организационные не лишено внутреннего противоречия, поскольку нельзя обособлять одни отношения (имущественные) только по признаку объекта, а другие (организационные) - только по признаку содержания . В этом с ним был солидарен С.Н. Братусь . Концепция организационных отношений критиковалась и другими учеными .

--------------------------------

Алексеев С.С. Предмет советского социалистического гражданского права. С. 118.

Братусь С.Н. Предмет и система советского гражданского права. С. 65.

См., например: Быков А.Г. План и хозяйственный договор. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1975. С. 53 - 61.

Эти общие рассуждения справедливы и для частного случая корпоративных правоотношений. Тем не менее в юридической литературе некоторыми учеными корпоративные правоотношения именуются организационными. Например, А.В. Майфат, рассматривая их на примере акционерных правоотношений, приходит к выводу о том, что они носят организационно-предпосылочный характер . По мнению А.Е. Молотникова, корпоративные правоотношения - это организационно-управленческие правоотношения . Вне всякого сомнения в корпоративных правоотношениях есть организационная составляющая, элементы, упорядочивающие имущественные связи, но этого недостаточно для характеристики корпоративных правоотношений в качестве организационных. Сложно найти гражданское правоотношение, которое было бы лишено организационных начал, поэтому сама по себе организационная составляющая не может обусловливать природу правоотношения. Природа корпоративных правоотношений, опосредующих отношения участия (членства), должна определяться исходя из существа самих этих отношений, носящих имущественный характер.

--------------------------------

Майфат А.В. Гражданско-правовые конструкции инвестирования. С. 153 - 155;

Молотников А.Е. Указ. соч. С. 5.

В первом параграфе настоящей работы были подробно рассмотрены существующие в науке подходы к определению имущественных отношений, которые в самом общем виде можно понимать как общественные отношения, складывающиеся по поводу имущества: производство, распределение, обмен и потребление материальных благ. На имущественный характер отношений участия (членства) прямое влияние оказывает цель деятельности корпорации. Основная цель деятельности предпринимательской корпорации - это извлечение прибыли, которая впоследствии может распределяться между ее участниками (членами) (п. 1 ст. 50 ГК РФ). Таким образом, участники (члены) предпринимательской корпорации, изначально формирующие ее имущество путем внесения вкладов (взносов) в уставный (складочный) капитал, приобретают возможность участвовать в распределении прибыли, полученной от деятельности корпорации. Очевидно, что такое участие носит имущественный характер.

Сам институт корпорации в данном случае служит правовым средством, через которое участники (члены) корпорации принимают опосредованное участие в имущественном обороте. На такие "представительские" функции корпорации как юридического лица давно было обращено внимание в юридической литературе . Непосредственное участие в различных имущественных отношениях заменяется участием в распределении прибыли от деятельности корпорации. В некоторых предпринимательских корпорациях еще остается возможность для лиц, входящих в корпорацию, непосредственного участия в имущественном обороте (п. 1 ст. 69, п. 1 ст. 82 ГК РФ), но даже там они действуют от имени корпорации, в отношении которой наступают последствия такого участия. Присваивая часть прибыли от деятельности предпринимательской корпорации, ее участники (члены) становятся субъектами экономических отношений собственности, о которых будет сказано далее.

--------------------------------

См., например: Ельяшевич В.Б. Юридическое лицо, его происхождение и функции в римском частном праве. СПб.: Типо-лит. Шредера, 1910. С. 448.

В связи с изложенным нам представляется очевидным, что корпоративные правоотношения, материальным содержанием которых являются имущественные отношения участия, могут иметь только имущественную природу. Сказанное не означает отрицания уже упоминавшегося неимущественного участия в деятельности предпринимательской корпорации составляющих ее лиц. Однако оно имеет вспомогательное значение и ценно ровно настолько, насколько способствует реализации имущественного участия. Так, голосуя на общих собраниях участников (членов) предпринимательских корпораций по вопросам распределения прибыли, что служит проявлением неимущественного участия в деятельности корпорации, ее участники (члены) тем самым реализуют и свое имущественное участие. Отметим, что представления об имущественном характере корпоративных правоотношений, возникающих в рамках предпринимательских корпораций, широко распространены в современной юридической литературе .

--------------------------------

См., например: Ломакин Д.В. Акционерное правоотношение. С. 72; Степанов П.В. Корпоративные отношения в гражданском праве // Законодательство. 2002. N 6. С. 37; Малыхина М.Н. Проблемы корпоративной собственности в законодательстве Российской Федерации. Ростов н/Д: Изд-во СКАГС, 2004. С. 65 - 83; Шабунова И.Н. Корпоративные отношения как предмет гражданского права // Журнал российского права. 2004. N 2. С. 49; Козлова Н.В. Правосубъектность юридического лица. С. 119 - 120; Пахомова Н.Н. Указ. соч. С. 107 - 111; и др.

Что касается непредпринимательских корпораций, то природа складывающихся в них корпоративных правоотношений во многом будет зависеть от разновидности таких организаций. В подавляющем большинстве случаев, как справедливо отметила Н.В. Козлова, они также являются имущественными . В то же время существуют такие непредпринимательские корпорации, в которых отношения между ними и их участниками (членами) могут являться неимущественными. Например, участие лица в религиозной организации может иметь исключительно неимущественный характер и ограничиваться в исповедании и распространении веры, тогда когда в соответствии с уставом такой непредпринимательской корпорации ее имущество формируется не за счет взносов участников, а за счет пожертвований третьих лиц и деятельности самой организации (п. 1 ст. 8, п. 2 ст. 10 Федерального закона "О свободе совести и о религиозных объединениях") . Но такие особые случаи являются тем самым исключением, которое только подтверждает общее правило об имущественном характере корпоративных правоотношений.

--------------------------------

Козлова Н.В. Правосубъектность юридического лица.

Федеральный закон от 26 сентября 1997 г. N 125-ФЗ "О свободе совести и о религиозных объединениях" (с послед. изм. и доп.) // СЗ РФ. 1997. N 39. Ст. 4465.

Проведенный выше анализ природы корпоративных правоотношений позволяет сделать однозначный вывод о том, что корпоративные правоотношения являются разновидностью гражданских правоотношений, поскольку они основаны на равенстве, автономии воли, имущественной и организационной обособленности их субъектов. Корпоративные правоотношения, опосредующие участие (членство) в корпорации, имеют имущественную природу.

<< | >>
Источник: Д.В. ЛОМАКИН. КОРПОРАТИВНЫЕ ПРАВООТНОШЕНИЯ: ОБЩАЯ ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА ЕЕ ПРИМЕНЕНИЯ В ХОЗЯЙСТВЕННЫХ ОБЩЕСТВАХ. 2015

Еще по теме 6. Гражданско-правовые признаки корпоративных правоотношений:

  1. 9. Корпоративные правоотношения как особая разновидность гражданских правоотношений
  2. Глава I. ПОНЯТИЕ И МЕСТО КОРПОРАТИВНЫХ ПРАВООТНОШЕНИЙ В СИСТЕМЕ ГРАЖДАНСКИХ ПРАВООТНОШЕНИЙ
  3. § 1. Эволюция представлений о предмете гражданско-правового регулирования и гражданском правоотношении
  4. Гражданское правоотношение и механизм гражданско-правового регулирования общественных
  5. § 1. Понятие и общая характеристика предпосылок и оснований возникновения и движения корпоративных правоотношений 1. Нормативные предпосылки возникновения и движения корпоративных правоотношений
  6. 7. Обязательственно-правовые концепции относительно природы корпоративных правоотношений
  7. 8. Вещно-правовые концепции относительно природы корпоративных правоотношений
  8. 2. Корпоративные правоотношения как правоотношения участия или членства
  9. ОРГАНИЗАЦИОННЫЕ ПРАВООТНОШЕНИЯ И ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОЙ ДОГОВОР
  10. ГЛАВА 1. ПРАВОВАЯ ПРИРОДА ГРАЖДАНСКИХ ПРАВООТНОШЕНИЙ
  11. §1. Гражданско-правовой договор как основание возникновения обязательственных правоотношений
  12. Правовое государство, основные признаки. Соотношение государства правового и полицейского, тоталитарного - авторитарного и m.n. Гражданское общество, его свойства, структура. Личность, ее правовой статус. Общество рыночное - общество традиционное.
  13. 10. СУБЪЕКТЫ ГРАЖДАНСКИХ ПРАВООТНОШЕНИЙ. ОРГАНЫ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ КАК УЧАСТНИКИ ГРАЖДАНСКОГО ПРОЦЕССА
  14. ГЛАВА II ОСНОВНЫЕ ЧЕРТЫ И СТРУКТУРНЫЕ ОСОБЕННОСТИ ГРАЖДАНСКОГО ПРАВООТНОШЕНИЯ. ОТНОШЕНИЯ АДМИНИСТРАТИВНОГО И ГРАЖДАНСКОГО ПРАВА
  15. ГЛАВА III СОДЕРЖАНИЕ ГРАЖДАНСКОГО ПРАВООТНОШЕНИЯ. ВОЛЯ И ИНТЕРЕС В ОТНОШЕНИЯХ ГРАЖДАНСКОГО ПРАВА
  16. § 3. Корпоративное правоотношение