<<
>>

К истории становления и развития российского законодательства о досудебном восстановлении платежеспособности должника

Российское законодательство о досудебном восстановлении платежеспособности

хозяйствующих субъектов

Как уже говорилось, восстановление платежеспособности коммерческих организаций до банкротства в правовой доктрине еще не имеет такого широкого признания, которое получила, например, проблема несостоятельности юридических лиц.

При этом, отмечая довольно весомые результаты исследований конкурсных (процессуальных) этапов в предпринимательской судьбе хозяйствующих субъектов, нельзя говорить о наличии бесконфликтной, предупредительной методологии восстановления платежеспособности юридических лиц.

Недостаточной остается степень научной разработанности указанной проблемы, если рассмотреть ее также и в исторической ретроспективе, обратившись, например, к правовому наследию Г. Ф. Шершеневича - одного из крупнейших российских цивилистов.

Зачатки конкурсного процесса были не чужды древнейшему законодательству России. Примечательно, что чем более отдаляется развитие права от первоначальной эпохи, тем слабее становятся черты несостоятельности. Наиболее ясны и подробны постановления, содержащиеся в Русской Правде, тогда как к XVIII веку не остается уже почти и следов конкурсного права.[161] Если положения Русской Правды были достаточны для своего времени и по объему соответствовали общей системе права, нельзя того же сказать о новейшем времени, когда кредитные отношения развились настолько, что без конкурсного законодательства невозможно уже было обойтись. Однако только к XIX столетию в России появляется конкурсный устав.

Статья 68 Карамзинского списка дает понятие о двоякой несостоятельности, несчастной и происшедшей по вине должника, а также указывает способ предупреждения несостоятельности: в тех случаях, когда товар купца пострадает от воды, огня или разграбления - с его стороны нет вины, его потери являются результатом воли Бога. Поэтому закон ограждает его от кредиторов, которые бы настаивали на исполнении обязательств и хотели бы продать его в рабство. Наоборот, в предупреждение подобных последствий предоставляется ему возможность выплачивать долги с рассрочкой. Совершенно другое последствие имеет тот случай, когда купец потеряет свои товары вследствие пьянства, пари либо истратит чужие товары. Тогда кредиторы вправе поступить с ним как с несостоятельным должником, если сами, добровольно, не решат дать ему отсрочку. Сам купец в данном случае не вправе настаивать на предоставлении ему рассрочки для выплаты долга.[162]

Из ст. 69 Русской Правды следует, что исполнение обращалось на лицо самого должника. При невозможности исполнения одному кредитору должник обязан был отработать свой долг или поступить к нему в рабство, при стечении кредиторов - должника продавали с торгов и вырученная сумма распределялась между кредиторами пропорционально размерам их требований. Прежде всего получал удовлетворение князь, потом иностранные или иногородние купцы (обе очереди - полностью), затем местные кредиторы - соразмерно оставшейся сумме. К удовлетворению не допускались кредиторы, которые ранее успели получить значительное количество процентов, возможно, что их сумма достигла величины занятого капитала.[163]

В ст.

133 Русской Правды предусматривается случай явно злонамеренной несостоятельности, когда кто-то скроется от уплаты долгов бегством в чужую землю. Следовательно, при возвращении на родину такой человек не вправе ссылаться на извиняющие его обстоятельства, а потому не получает никаких льгот и подвергается преследованию со стороны кредиторов со всеми его последствиями.[164]

Следы конкурсного права встречаются в договоре смоленского князя Мстислава Давидовича с Ригой, Готландом и немецкими городами от 1229 г. В ст. 10 этого договора содержится указание порядка удовлетворения при стечении нескольких кредиторов. В таком случае как немец в отношении своего русского должника в Смоленске, так и русский в отношении своего немецкого должника в Германии пользовались привилегией преимущественного удовлетворения. Такая же привилегия немецким кредиторам перед местными была установлена ст. 20 договора Новгорода с немецкими городами и Готландом 1270 года.[165]

Статья 104 Псковской Судной Грамоты предполагает обращение взыскания со стороны нескольких лиц на одну вещь - землю, озеро, двор, клеть. При этом одни кредиторы имеют формально установленное залоговое право, другие же его не имеют. Предоставляя первым право преимущественного удовлетворения из заложенного имущества, оставшуюся от продажи сумму следовало обратить на пропорциональное удовлетворение прочих кредиторов, причем

они приобретают право на раздел и остального движимого имущества должника.[166]

В ст. 55 Судебника Ивана III содержатся установления, близкие к ст. 68 Русской Правды. Здесь имеется совершенное сходство со средневековыми французскими lettres de repit, выдававшимися от имени короля. Предоставляемые таким образом отсрочка в платежах или освобождение от уплаты процентов стояли в зависимости от причин, причинивших расстройство в делах должника. Целью постановления было отклонение наступления несостоятельности. Эта статья с небольшим добавлением дословно повторяется уже как ст. 91 в

Судебнике Ивана IV.[167]

В ст. 260 Уложения царя Алексея Михайловича современным языком воспроизводится содержание ст. 69 Русской Правды. Иностранные кредиторы при несостоятельности русского должника пользуются преимуществом в получении удовлетворения перед русскими кредиторами, хотя бы они и знали о состоянии дел должника - в противоположность прежнему праву, когда эта привилегия давалась при неведении с их стороны задолжания. По аналогии ст. 260 указывает на существование также права преимущественного удовлетворения в отношении

государственной казны.[168]

В течение четырех столетий, вплоть до Соборного Уложения 1649 г., не найдено каких-либо законов, регулирующих конкурсные отношения в России, тогда как в Италии конкурсные статуты появились в 1244 г. в Венеции и в 1298 г. в Генуе, во Франции конкурсные законы - в 1536, 1560, 1609 гг., в Германии императорские эдикты - в 1531 и 1540 гг., в Англии конкурсные законы - в 1534 и 1572 гг. Вероятно, в России в тот период не было необходимости в таких правилах. Это подтверждает и тот факт, что Соборное Уложение практически повторяет то, что было установлено за 400 лет до этого Русской Правдой. Изменения были незначительные: при распределении имущества должника устанавливались преимущества иностранцев перед русскими кредиторами и государевой казны перед подданными.[169]

В XVII веке судопроизводство царской России в целом жестко разрешало споры должников и кредиторов. «Если ответчик не мог сразу возвратить вещи или деньги истцу, то стрельцы хватали его и ставили у приказа или съезжей избы. Чиновник-праветчик стоял возле должника и бил его палкой (батогом) по икрам ног. Перед Разрядным приказом ежедневно более 10 праветчиков, разделив между собой виновных, ставили их и били по очереди. Из окна за этой экзекуцией наблюдал судья или дьяк. Уложение 1649 года устанавливало, что за каждые 100 рублей иска должник стоит на правеже один месяц. После отбытия срока правежа

имущество должника подлежало продаже для уплаты долга».[170]

В российском Вексельном уставе 1729 г. в связи с правилами акцепта векселя было впервые определено понятие несостоятельности. «Когда приниматель векселя по слуху в народе банкротом учинился (то есть в неисправу и в убожество впал) и затем от биржи или публичного места, где торговые люди сходятся, отлучается дозволяется требовать от него обеспечения в платеже (порук), а если откажет - то протестовать». Здесь очевидны три признака для признания должника банкротом: неисправность в платежах, потеря имущества и скрытие должника.[171]

В 1740 г. Сенатом был принят Банкротский устав, но не получил применения в жизни, и даже его законная сила была игнорируема. Впоследствии Сенат находил возможным ссылаться на «неимение в России устава о банкротах». Вследствие этого мы встречаем во второй половине XVIII века несколько проектов, которые не получили силу закона, но повлияли на законодательные работы XIX столетия. Это были законопроекты 1753, 1763, 1768 гг. Между тем на практике случаи несостоятельности стали встречаться все чаще и требовали разрешения. Приходилось обращаться или к иностранному законодательству, или к обычному праву, или

издавать отдельные указы. Все три способа использовались в течение XVIII века.[172]

В 1800 г. вступает в силу Устав о банкротах, в основание которого легли проекты предыдущего столетия, особенно проект 1768 г. Банкротом по этому Уставу признается тот, кто не может сполна заплатить своих долгов, следовательно, в основание понятия о несостоятельности легла неоплатность, недостаточность имущества на покрытие всех долгов. Такое же понятие было установлено и для несостоятельности неторговой: «когда дворянин ил чиновник покажет или без того известны сделаются многие на нем неоплаченные обязательства и взыскания, уравнивающие или превосходящие все известное его имение». Наряду с установлением такого общего понятия закон дает также некоторые указания, определяющие предположение неоплатности и служащие основанием для открытия торговой

несостоятельности, а именно: 1) собственное признание в суде или вне суда; 2) сокрытие должника от предъявленного к нему иска; 3) действия должника, «который хотя и явится или кого пришлет, но платежом или сделкой не удовольствует просителя в месяц». В последнем

случае основание открытия несостоятельности весьма близко к платежной неспособности.[173]

Исходя из презумпции, что «банкрота не должно разуметь бесчестным человеком, ибо честность и бесчестие не в звании банкрота состоят, но единственно в поступках, которые привели человека в банкротство», законодатель устанавливает способ предупредить открытие несостоятельности. Устав о банкротах вводит постановление об отсрочке в платеже долгов. По единогласному решению всех кредиторов возможна внесудебная сделка с должником о скидке с долга или отсрочке в платеже; такого должника не велено именовать ни упадшим, ни банкротом, разве только, если он нарушит принятые на себя обязательства. Отсрочка «для

выправки» предоставлялась также судом с непосредственного согласия кредиторов.[174]

В 1832 г. был принят Устав о торговой несостоятельности с учетом норм существующих законов, сложившегося опыта, а также предложений местных торговых комитетов, действовавших в Санкт-Петербурге, Москве, Риге, Одессе. В этом законе была заменена первая часть Банкротского устава 1800 г., потому что его постановления охватывали круг торгового сословия. Закон был во многом сословный, купеческо-мещанский. «Неоплатность долгов во всех других сословиях (кроме купеческого и мещанского) не принадлежит к торговой несостоятельности. С лицами, впадшими в такую неоплатность, в гильдии не записанными, поступается на основании законов, особенно на сии случаи постановленных». Так установились различия между несостоятельностью лиц торгового состояния и несостоятельностью лиц

дворянского сословия.[175]

В 1836 г. в Устав о торговой несостоятельности были введены правила об учреждении администрации по делам о торговой несостоятельности. В 1839 г. - правила о наблюдении за делопроизводством в конкурсах и о перемещении конкурсов из внутренних городов империи в столицы и портовые города. По делам о несостоятельности «значительных» предприятий, дефицит средств (превышение пассива над активом) которых меньше 50 %, могла быть учреждена администрация. В таком случае уплата долгов отсрочивалась, а в управлении делами начинали принимать участие некоторые кредиторы (администраторы). Учреждение администрации не являлось признанием банкротства. Оно имело главной целью удовлетворение кредиторов и восстановление кредитоспособности должника. В процессе администрации приостанавливалось осуществление требований кредиторов и исполнение по исполнительным листам, администраторы имели право продать определенное имущество должника, модернизировать производство. Поскольку все эти меры в большинстве случаев приводили к восстановлению платежеспособности, назначение администрации являлось льготой для должника. [176] Если оказывалось, что эти цели не могут быть достигнуты, администрация заменялась конкурсом, а должник объявлялся банкротом со всеми

вытекающими последствиями.[177]

В XIX столетии кроме общего законодательства в России действовали и местные конкурсные законы. Так, в Великом княжестве Финляндском действует самостоятельный конкурсный устав 1868 г., основанный на прусском законе 1855 г. В губерниях Привислянских имеет силу старое французское конкурсное право, содержащееся в торговом кодексе Царства Польского. В Прибалтийских губерниях применялось общее законодательство империи.

После 1832 г. проекты нового Устава о несостоятельности создавались неоднократно. Последний российский проект 1889 г. являлся произведением господина Н. Тура, в

продолжение многих лет изучавшего иностранное законодательство.[178]

В начале XX века банкротством или торговой несостоятельностью, как отмечает в своем

исследовании[179] Ю. Голицын, в отечественном законодательстве до 1917 г. считалось такое признанное судом положение торговца, когда всего объема его имущества недоставало для полной уплаты долгов. Несостоятельность могла быть несчастная, неосторожная (простое банкротство) или подложная (злостное банкротство). Если банкротство наступало по независящим от предпринимателя причинам, т. е. из-за обстоятельств непреодолимой силы, должник освобождался из-под стражи, восстанавливался во всех правах. Имущество, которое он приобретал, было свободно от взыскания по всем прежним долгам.

<< | >>
Источник: Александр Иванович Гончаров, С. А. Зинченко.. Предупреждение банкротства коммерческой организации. Методология и правовые механизмы. 2006

Еще по теме К истории становления и развития российского законодательства о досудебном восстановлении платежеспособности должника:

  1. Развитие законодательства о досудебном восстановлении платежеспособности коммерческих организаций
  2. Восстановление платежеспособности производственных компаний
  3. Меры по восстановлению платежеспособности коммерческих организаций в действующих нормативных актах
  4. История становления российского фондового рынка
  5. 12. История становления и развития коммерческого права
  6. Правовое содержание понятий «восстановление платежеспособности» и «финансовое оздоровление» хозяйствующего субъекта
  7. Долговые показатели в системе правовых критериев диагностики банкротства и восстановления платежеспособности хозяйствующего субъекта
  8. Практическое применение правовой модели восстановления платежеспособности предприятия
  9. Глава 1. Становление и развитие законодательства, регулирующего банковскую деятельность
  10. 1. Санация как мера по предупреждению банкротства кредитной организации и восстановлению её платежеспособности
  11. История развития алиментного законодательства в России
  12. Государственные меры контроля и мониторинга финансового состояния хозяйствующих субъектов в стратегии восстановления их платежеспособности
  13. Глава 4. Лизинговый механизм обновления основных средств в стратегии восстановления платежеспособности коммерческой организации
  14. § 5. Российское инвестиционное законодательство в системе российского законодательства и направления его дальнейшего совершенствования
  15. Становление, развитие законодательного регулирования и сфера применения франчайзинга в международном обороте и в Российской Федерации
  16. История развития российской науки административного права