<<
>>

Переломным стал девятнадцатый век.

Крушение революционных достижений во Франции, поражение Наполеона в европейской войне, духовная смута Запада, открытая русским солдатом, прошедшим путь по Европе до Парижа стали катализатором формирования оригинальной русской философской и общественной мысли.

Дореволюционный историк В.О. Ключевский писал: «События этих лет неодинаково подействовали на общество и на правительство: в первом они вызвали необычайное политическое и нравственное возбуждение; общество непривычно оживилось, приподнятое великими событиями, в которых ему пришлось принять такое деятельное участие. Это возбуждение долго не могло улечься и по возвращении армии из -за границы»[61]. Русский народ, включая высшие слои общества, ощутили свое превосходство духом над французской армией, увидел материальные и технические успехи Запада.

Отец В.В. Зеньковский в своей истории русской философии по поводу предпосылок развития философской мысли в первой половине XIX в. указывал: «Война 1812 г., получившая название «Освободительной», дала огромный толчок развитию идейной и общественной жизни в России. Огромное количество русских людей непосредственно прикоснулись - в движении русской армии на запад - к европейской жизни, и это живое знакомство с Зап. Европой гораздо сильнее повлияло на русскую душу, чем то увлечение Западом, какое проявилось в XVIII в. Ощущение русской политической мощи не только подымало чувство собственного достоинства, но им ставило остро вопрос о внесении в русскую жизнь всего, чем политически Запад импонировал русским людям... Вместе с тем с новой силой вспыхивает тема русской «самобытности» - уже не во имя возврата к старой русской жизни, как это часто бывает в XVIII, а во имя раскрытия «русской идеи», «русских начал», доныне лежавших скрыто в глубинах русского народного духа»[62].

Появление славянофилов и западников в 30-50-ее гг. XIX вв. было отражением европеизации русской жизни, обмирщением общества, культом рациональной философии

материального благополучия . Долгие муки внутренней работы русского духа выплеснулись в ярком и искрометном творчестве славянофилов. Справедливо Н.А. Бердяев отмечает: «Славянофильство - первая попытка нашего самосознания, первая самостоятельная у нас идеология. Тысячелетие продолжалось русское бытие, но русское самосознание начинается с того лишь времени, когда Иван Киреевский и Алексей Хомяков с дерзновением поставили вопрос о том, что такое Россия, в чем ее сущность, ее призвание и место в мире... До славянофилов, до Чаадаева в России было лишь поверхностное, наносное, не выстраданное западничество русского барства и полуварварского просветительства да официально-казенный национализм - скорее

71

практики власти, чем идеология» .

В философии до славянофилов господствовали учения просветителей (Руссо, Монтескье, Вольтера, Дидро), к которым особое уважение питала Екатерина II, впоследствии мистицизм и немецкая рационалистическая философия (И. Кант, Гегель, Фейербах). Все течения сближало отрицание религии и культ разума. Масонство, проникшее в России в жизнь дворня и государственных чиновников, вплоть до императора, заменило веру в Бога верой в Человека как создателя и господина мира[63] [64] [65] [66] [67].

Но, не только свободомыслие и масонство области духа вызвали к жизни славянофильство. Прежде всего, среди главных причин насаждение Петром I и его последователями европейских порядков жизни общества и в духовной сфере. Как известно, Петром был ликвидирован пост митрополита русской православной церкви, а сама церковь превратилась в государственный департамент - Синод, произошла

73

секуляризация земель и общественного сознания бюрократического аппарата . Резкое неприятие православия Петром и симпатии протестантству не случайно в народе снискали

74

ему прозвище «Антихриста» . Удивительно верно отечественный скульптор в памятнике Петру отразил слепоту императора в отношении родной страны - глаза императора закрыты.

В начале XIX в. в России намечается будущий раскол интеллигенции на славянофилов и западников. Первоначально спор о самобытности России выразился в литературных дискуссиях о пользе и вреде обогащения русского языка новыми словами. Группа литераторов во главе с Н.М. Карамзиным предлагала русский язык насытить новыми словами, в том числе иностранного происхождения. Другие писатели под началом

75

А.С. Шишкова выступали за сохранение традиционного русского языка .

После событий Отечественной войны 1812 г. в Москве стали появляться литературные салоны и кружки. В 1823 г. в Москве образовалось «Общество любомудров». В его состав входили кн. В.Ф. Одоевский (председатель), Д.В. Веневетинов (секретарь), И.В. Киреевский, С.П. Шевырев, М.П. Погодин, А.И. Кошелев и др. Большинство из них работало в Архиве Министерства Иностранных Дел, за что и получило название от А.С. Пушкина «архивны юноши»[68] [69]. В обществе любомудров царил дух немецкой рационалистической философии. Вместе с тем, утрата религиозных основ и обожествление разума остро в душе молодых любомудров отозвались поиском цельности личности.

Именно В.Ф. Одоевский впервые выразил необходимость восстановления цельности духа. Кроме того, ему же принадлежат слова о том, что «России принадлежит XIX век». Д.В. Веневитинов по словам о. В.В. Зенькоского «настойчиво выдвигал мысль о необходимости построения самостоятельной русской философии. Отрицательно относясь к слепому подражанию Запада, он готов был идти на то, чтобы на время прервать отношения с Западом и, опираясь на твердые начала философии, найти путь русского творчества. «Россия найдет свое основание, свой залог самобытности и своей

77

нравственной свободы в философии»[70].

Кружок любомудров прекратил свое существование после восстания декабристов 14 декабря 1825 г., но подготовил основы для славянофильского движения. Из кружка вышли славянофилы И.В. Киреевский и А.И. Кошелев. Долгое время дружеские отношения сохраняли В.Ф. Одоевский, Д.В. Веневитинов и А.С. Хомяков.

По меткому выражению Н.А. Бердяева обезьянничанье (подражание и заигрывание перед Западом) прервалось впервые в философии славянофилов, которые построили свои взгляды на основе православной веры и русской почвы. Верно и поныне то отношение, которое А.С. Хомяков уловил в европейцах по отношению России: «Домосед расспрашивает о содержании любопытной книги, и выходит на поверку, что лорд нас отделал так, как бы желал отделать ирландских крестьян; что маркиз поступает с нами, как с его предки с вилланами; что книгопродавец обращается с нами хуже, чем с сочинителями, у которых он покупает рукописи; а доктор нас уничтожает пуще, чем своих больных... Недоброжелательность к нам других народов, очевидно, основывается на двух причинах: на глубоком сознании различия во всех началах духовного и общественного развития России и Западной Европы и на невольной досаде перед этою самостоятельною силою, которая потребовала и взяла все права равенства в обществе

78

европейских народов» .

На наш взгляд, становление философии славянофилов было естественным, закономерным как реакция русского народа на искоренение традиционных национальных особенностей России реформами Петра I и его последователями. Долгое время терпение народа, христианская смиренность переносили европеизацию русской жизни. Но, когда впереди стала ощутимой гибель русской цивилизации под влиянием европейского рационального переустройства общества на светских, республиканских, парламентских началах и свободах, народ выдвинул своих национальных поэтов (Пушкин, Жуковский, Державин), историков (Татищев, Щербатов, Ломоносов, Карамзин), философов (Хомяков, Киреевские, Аксаковы, Самарин).

Любопытно, что первые ростки борьбы западных и русских начал в истории России славянофилы преимущественно связывали с постпетровским временем творчества М.В. Ломоносова и Н.М. Кармазина. Хотя в ряде работ основоположники славянофильства указывают на свою близость к учению нестяжателей в XVI в. Так, И.В. Киреевский писал: «Один факт в нашей истории объясняет нам причину такого несчастного переворота; этот факт есть Стоглавый Собор. Как скоро ересь явилась в церкви, так раздор духа должен был отразиться и в жизни. Явились партии, более или менее уклоняющиеся от истины. Партия нововводительная одолела партию старины именно потому, что старина разорвана была разномыслием. Оттуда при разрушении связи духовной, внутренней явилась необходимость связи вещественной, формальной, оттуда местничество, опричнина, рабство и т.п. Оттуда искажение книг по заблуждению и невежеству и исправление их по частному разумению и произвольной критике. Оттуда перед Петром правительство в разномыслии с большинством народа, отвергаемого под названием раскольников. Оттого Петр как начальник партии в государстве образует [71]

78 Хомяков А.С. Всемирная задача России.

общество в обществе, и все, что за тем следует»[72] [73]. Так российское общество раскололось на интеллигенцию и народ, друг другу не понимающие и не слышащие.

Подобно И.В. Киреевскому А.С. Хомяков ростки раскола русской культуры на два противоположные умственных течения связывают с проникновением европейского просвещения в Московскую Русь. В работе «По поводу Гумбольдта» родоначальник славянофильства пишет: «Борьба 1612 г. была не только борьбою государственную и политическую, но и борьбою духовную. Европеизм с его злом и добром, с его соблазнами и истиною являлся в России в образе польской партии. Салтыковы и их товарищи были представителями западной мысли. Правда, в нравственном отношении они не заслуживали уважения. Иначе и быть не могло: нравственно-низкие души легче отрываются от святыни народной жизни. Правда, люди желавшие изменить старину, были в то же время изменниками Отечеству, но это только была историческая случайность в их положении... но требование мысли, восстающей против стеснительного деспотизма обычаев и стихий местных, не оставалось без представителей. Худшая его сторона выражалась в таких людях, как развратный беглец и клеветник Котошихин или как Хворостинин, который говорил, что «русский люд так глуп, что с ним жить нельзя; но

лучшая сторона того же требования находила сочувствие в лучших и благороднейших

80

душах» . Победило такое направление под руководством Петра Первого.

Своеобразным реагентом, искрой, породившей рождение славянофильства является появление «Философических писем» П.Я. Чаадаева в журнале «Телескоп» в мае 1836 г. Петр Яковлевич Чаадаев, сравнивая западное и восточное христианство, пришел к выводу, что принятие в России от Византии увядающего православия сковало и закрепостило русский народ. Так, в первом письме он замечает: «Мы же замкнулись в нашем религиозном обособлении, и ничто из происходившего Европе не достигало до нас. Нам не было никакого дела до великой мировой работы. Высокие качества, которые религия принесла в дар новым народам и которые в глазах здравого разума настолько же возвышают их над древними народами, настолько последние стояли выше готтентотов и лапландцев; эти новые силы, которыми она обогатила человеческий ум; эти нравы, которые вследствие подчинения безоружной власти сделались столь же мягкими, как раньше были грубы, - все это нас совершенно миновало. В то время, как христианский мир величественно шествовал по пути, предназначенному его божественным основателем, увлекая за собой поколения, - мы, хотя и носили имя христиан, не двигались с места. Весь мир перестраивался заново, а у нас ничего не созидалось; мы по-прежнему прозябали, забившись в свои лачуги, сложенные из бревен и соломы».[74] [75] Естественно, что критика пассивности и безгласности русского народа, православных начал не могла не вызвать неприятия в среде будущих славянофилов. Поэтому, вероятно первые из произведений славянофилов выступали ответов Чаадаеву, а впоследствии и своим противникам - западникам.

<< | >>
Источник: В.В. Сорокин, А.А. Васильев. История правовых учений России. 2014

Еще по теме Переломным стал девятнадцатый век.:

  1. Девятнадцатый век в истории русской юриспруденции
  2. В истории западноевропейской культуры XVIII век известен как век Просвещения.
  3. От 1941-го к 1943-му: переломные события
  4. Глава девятнадцатая. Третья аксиома правосознания
  5. Глава девятнадцатая. ПРАВОМЕРНОЕ ПОВЕДЕНИЕ, ПРАВОНАРУШЕНИЕ И ЮРИДИЧЕСКАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
  6. Глава девятнадцатая РОЛЬ НАРОДНЫХ MACC И ЛИЧНОСТИ B ИСТОРИИ
  7. 4. Как Рим стал центром державы?
  8. Только в рамках голлизма стал формироваться реформистский консерватизм
  9. Париж 2440 года, стал моделью рациональнос­ти и вежливости
  10. К 1306 году орден Храма стал предметом особого внимания короля Франции Филиппа IV
  11. И именно тогда Крылатый Диск стал эмблемой Гора‑побе дителя.
  12. C самого начала «душой» и главным теоретиком «Июньского клуба» стал публицист Артур Мёллер ван ден Брук (1876—1925).
  13. «Железный век»
  14. Век Августа
  15. Век Великого Константина
  16. Именем Перикла назван его век
  17. 2. Каталепсия глазных век:
  18. XIX ВЕК ЛИКВИДИРУЕТ САМ СЕБЯ
  19. XVIII век занимает особое место в истории человечества.
  20. 3. Двадцатый век