<<
>>

Вариации в пределах «канал мысли - канал не­посредственного чувства»

Вся информация, фиксируемая системами восприятия раз­ных модальностей, представляет собой своего рода банк дан­ных, которыми человек оперирует. При этом можно сказать, что варианты выходов, а также перспективы последующего развертывания ситуаций, аккумулированные в каждой такой системе, различаются.

Ведь недаром основоположники НЛП Дж.Гриндер и Р.Бендлер говорили о том, что важно научить клиента использовать все репрезентативные системы («Я вижу», «Яслышу», «Яосязаю», «Яобоняю». «Якинестетиче- ски переживаю»). B противном случае большой объем инфор­мации, касающейся возможных вариантов разрешения ситуа­ций, просто не удается актуализировать1.

To, какой канал кодирует поступающие сигналы, суще­ственно, так как его особенности определяют не только форму представления воспринятого, но и то, что именно из общего потока будет воспринято. Параметры распознающей системы влияют на то, какая информация из мира (и внешнего, и вну­треннего) будет извлечена - в буквальном смысле, а не только в плане того, как она будет зафиксирована.

И дело здесь вот в чем: всякая система распознаёт в окру­жающем только то, что соответствует ее собственной природе, что резонансно посылаемым ею в мир сигналам. Поэтому в одном и том же потоке сигналов различные распознающие си­стемы воспримут разное, а именно то, что отвечает их собствен­ным характеристикам. Так и получается, что аудиальный, ви­зуальный , обонятельный, осязательный, кинестетический ряд - для человека уровня отдельных субсистем - это разные события, допускающие разные варианты выходов и решений. И то, что наше «я» уровня «новая единичность» воспринимает как имеющее смысловое выражение, отвечающее параметрам эго-сознания, может быть увидено совсем по-другому, если точку отсчета сместить на уровень субсистем. Ведь до появле­ния в сфере эго-сознания поступающая информация, изна­чально многоплановая, неоднозначная, мультимодальная, очень серьезно видоизменяется и преобразуется. И эти преоб­разования имеют ряд особенностей. B частности:

1) поступающие сигналы кодируются репрезентативными системами разных модальностей;

2) некоторые из таких систем полностью или по большей части игнорируются нашим «я» уровня «надстройки»;

3) оставшаяся информация приводится в соответствие с су­ществующими на уровне эго-сознания стереотипами, установ­ками, разного рода устоявшимися представлениями.

1 См.: Бендлер Р., ГриндерДж. Структура магии. Т. 2. СПб., 1993.

Один из каналов поступления информации, который может быть назван каналом непосредственно внутреннего чувства («в^н-утр-еннее» - от «утроба») настолько всеобъемлюще иг­норируется структурой уровня «управленческой надстройки» (эго-сознанием), что не осознаётся не только поступающая по нему информация, но даже само обстоятельство его наличия. 0 его существовании нередко судят по косвенным признакам, принимая во внимание некоторые нетрадиционные, но тем не менее экспериментально зафиксированные формы восприятия информации (в этой связи его иногда называют «шестым чув­ством»). C его работой нередко соотносят интуитивные прозре­ния и неожиданные подсказки «внутреннего голоса». Однако человек технократической культуры обычно отвергает саму возможность его существования.

Весьма показательна в этом отношении история Барбары О'Брайен[190] - мужественной исследовательницы своего вну­треннего мира, которая, пережив острый приступ шизофрении и войдя в стадию ремиссии, нашла в себе силы проанализиро­вать и с юмором и предельной открытостью изложить собствен­ный опыт, такой необычный для среднестатистического чело­века. B ее эссе имеются эпизоды, связанные как с острым пери­одом болезни, так и со стадией выхода из кризиса, когда она столкнулась с очень необычным феноменом предзнания буду­щего. Это был своего рода внутренний голос (который она ней­трально обозначила «Нечто»), подсказывавший ей выигрыш­ные номера в рулетку, дававший возможность абсолютно безо­шибочно знать, что произойдет в ближайшем будущем, и т.п.

Так вот, весьма характерно, что факт появления в ее жизни этого благосклонного к ней помощника напугал ее больше, чем первые признаки начинавшейся шизофрении («марсиане», «операторы», «зеленые человечки»), потому что в последнем случае было, по крайней мере, понятно, что они такое, - бо­лезнь. A вот что такое этот подсказывающий тихий голос, ко­торый воплощает то, чего не может быть, потому что не может быть никогда?

Известные нейрофизиологи T.A. Доброхотова и H.H. Браги­на также сообщают очень интересные данные об особенностях восприятия у пациентов в период пароксизмальных кризисов. B их числе и предзнание будущего, и необычные синестезии, и наличие информации о тех вещах, восприятие которых невоз­можно с опорой на стандартные органы чувств (например, виде­ние того, что происходит в палате на другом этаже). Они пишут: «Наиболее интригующим представляется феномен предвосхи­щения, также возникающий пароксизмально: во время присту­па больные оказывались способными видеть, слышать (воспри­нимать с помощью органов чувств) события будущего времени »1. Или еще: «В момент приступа левша как бы способен видеть, слышать или каким-то иным образом “чувствовать” события, которых еще нет сейчас и здесь (в настоящем времени и реаль­ном пространстве), а состоятся в будущем»[191]. Весьма характер­но, что сами исследовательницы, честно и мужественно приво­дящие данные факты, испытывают немалое смущение по этому поводу и откровенно говорят о том, что не имеют модели для интерпретации подобных феноменов.

Известны также многочисленные антропологические дан­ные, свидетельствующие о том, что представители примитив­ных культур без всяких специальных усилий способны полу­чать информацию, которую не может извлечь из ситуации представитель технократической цивилизации[192].

При всем при этом, несмотря на обилие соответствующей эмпирики, нам очень трудно признать вышеупомянутые «аль­тернативные феномены», какими бы свидетельствами они ни подкреплялись. Причину скептицизма я усматриваю в том, что все они связаны с функционированием канала поступле­ния информации, параметры которого не только не соответ­ствуют, но прямо противоположны параметрам канала мысли, являющегося выделенной системой репрезентации информа­ции для современного человека (разместившего локус самои­дентификации в эго).

Остановимся немного подробнее на особенностях «канала мысли» и на тех преобразованиях, которые информация про­ходит, для того чтобы получить репрезентацию в нем.

Рассмотрим такой пример. Пусть у нас есть человек, поте­рявший обоняние в результате хронического заболевания носа. И вот он оказывается свидетелем некой непонятной для него си­туации, когда один человек лежит, а другой наклонился над ним и чем-то трясет перед его лицом. Тот, кто утратил обоняние, не будет иметь непосредственной информации о том, что проис­ходит, потому что он не ощущает запаха нашатырного спирта. Конечно, по косвенным признакам (закрытые глаза одного, оза­боченное лицо другого и т.п.) он может догадаться - в результа­те размышлений и реконструкций, - что другого приводят в чувство. Ho ведь эта информация содержится непосредственно в системе обонятельного ряда, к которому он - в силу особенно­стей личностной истории - не восприимчив.

Плохослышащие и слабовидящие люди постоянно вынуж­дены разгадывать ребусы, которые стандартному большинству незнакомы именно потому, что не все каналы репрезентации информации у них функционируют в полном объеме. Для та­ких людей выделенным каналом окажется какой-то другой: допустим, для слабовидящих - осязание и слух, для слепо­глухонемых - осязание.

Иными словами, роль «главного канала» функциональна, а не субстанциальна. To, что мы всё выражаем в языке мысли и теперь уже сам этот канал воспринимаем как выделенный, универсальный, метауровневый по отношению ко всем про­чим, не значит, что его подлинный статус таков и есть. Это мо­жет означать лишь то, что в силу особенностей когнитивной эволюции человека этот канал стал, оказался таким. И то, что какие-то вещи, какие-то аспекты происходящего принципи­альноу ни при каких условиях, непредставимы в нем, вовсе не дискредитирует невыразимую информацию, снижая ее статус, делая ее как бы немного неполноценной. Это нормальная огра­ниченность возможностей самого канала мысли: как не вся ин­формации, представимая в каналах обоняния, зрения, слуха, может иметь репрезентацию, допустим, в канале осязания, так же и не вся информация, поступающая по каждому из осталь­ных каналов, выразима в канале мысли.

Таким образом, следует по-иному расставить акценты: не информация, невыразимая в языке мысли, чем-то нехороша, в чём-то «не соответствует стандарту», а выразительные возмож­ности канала мысли непригодны для репрезентации некото­рых видов информации. И естественно, это не значит, что один канал восприятия и переработки информации хороший, а дру­гой плохой, они просто разные, по некоторым параметрам даже противоположные.

Таким образом, репрезентация в мысли, формой выраже­ния которой является естественный язык и языки образов со­знания, - лишь одна из возможных, по сути, равноуровневых систем, оказавшаяся доминантной (а точнее, оказавшаяся вос­принимаемой как доминантная) просто в силу эволюционной и культурной истории человечества.

Учитывая вышесказанное, можно сделать следующий вы­вод: наименованием «бессознательное» мы не совсем верно пе­редаем природу феномена, очень значимого для понимания внутреннего мира человека. Оно верно по отношению к «мыс- лецентрированному» человеку, но не по существу. По суще­ству же, то, что мы именуем бессознательным (подчеркну: то, что для канала мысли - бессознательное), - складывается из аспектов репрезентации происходящего языками всех коди­рующих систем в той их части, которая не имеет адекватного эквивалента в языке мысли (в естественном языке и языке об­разов сознания), плюс те содержания, которые поступают по каналу, альтернативному по отношению к каналу мысли.

Иными словами, если мы отождествляемся с эго, то прио­ритетным для нас оказывается канал мысли, и тогда статус бессознательного приобретает информация, поступающая по стандартным каналам в той ее части, которая не кодируется эго-сознанием, плюс всё из не признаваемого канала непосред­ственного чувственно-телесного опыта. A не признаётся он эго- центрированным сознанием именно потому, что не имеет - по природе своей - репрезентации в языке мысли. Иначе говоря, здесь происходит спутывание причины и следствия: для нас ни этой информации не существует, ни этого канала не существу­ет, потому что они не представимы в языке канала мысли. Ha самом же деле всё не так. Некоторые люди не кодируют проис­ходящее в виде аудио- или видеоряда, но ведь никто на этом основании не будет утверждать, что такая форма репрезента­ции невозможна, не существует. Если человек не чувствует за­паха нашатырного спирта, это не значит, что им не пахнет. Это не значит, что информация, получаемая таким человеком в ре­зультате реконструкций и размышлений, в принципе не может быть получена в результате непосредственного восприятия специфического запаха.

Так же и с «шестым чувством»: если канал мысли недоста­точно отчетливо, лишь изредка и при особых условиях воспри­нимает информацию, кодированную данной репрезентативной системой, это не значит, что она к человеку не поступает, или что она в его репрезентативных системах не представлена. Это значит лишь то, что приоритетный канал, с опорой на который современный человек функционирует большую часть времени (а когда он отождествлен с уровнем «управленческой надстрой­ки», это и будет канал мысли), к ней не чувствителен, не при­способлен для восприятия такого рода содержаний.

Я полагаю, что информация, поступающая по каналу непо­средственного внутреннего чувства, параллельно кодируется также и другими репрезентативными системами (кроме кана­ла мысли) в соответствии с их специализацией: визуальной, аудиальной, осязательной, обонятельной, кинестетической. И тогда таким образом сформировавшийся внутренний опыт как раз и составит «неосознаваемые аспекты» содержаний, циркулирующих в сознании индивида. Таким образом, неосоз­наваемое психическое - это не какая-то особенная звуковая, визуальная, обонятельная, осязательная информация, кото­рая не представима и не представлена в языке мысли. Это и естьтасамая «интуитивная», «непосредственно-чувственная» информация, которая поступает по каналу «непосредственно­го телесно-чувственного опыта», но в той форме, как она репре­зентирована и в его языке, и в языках аудио-, видео- и прочих общепризнанных систем репрезентации (за исключением язы­ка канала мысли).

Итак, здесь снова имеет смысл сместить акценты: мы не осознаём / не способны выразить в языке мысли не часть ау­дио-, видео-... кинестетической информации, а мы, прежде все­го, не способны выразить в языке мысли информацию, поступа­ющую по каналу, который условно можно назвать каналом те­лесно-чувственного (или интуитивного) опыта, - и непосред­ственно, и в той форме, в какой она репрезентирована аудио-, видео-, обонятельной, осязательной, кинестетической система­ми. Информация, поступившая по каналу непосредственного внутреннего чувства, невыразима в языке мысли ни непосред­ственно, ни с опорой на те формы ее репрезентаций, которые имеются в других кодирующих системах. B отличие от канала мысли остальные репрезентативные системы имеют возмож­ность ее непосредственного параллельного кодирования.

Таким образом, информация, поступающая по каналам ау­дио-, видео-, осязательного, обонятельного, кинестетического ряда, в общем случае выразима средствами языка мысли, хотя и не всегда это удается сделать легко. Информация же, посту­пившая через канал внутреннего интуитивного опыта, и лишь параллельно кодированная средствами остальных пяти репре­зентативных систем, непосредственно невыразима в языке мысли. Именно такого рода содержания и составят основной массив бессознательного, а вернее, того, что именует бессозна­тельным современный человек, поместивший локус самоиден­тификации в эго. B этом-то и трудность: мы пытаемся исполь­зовать однопорядковое, но по статусу противоположное сред­ство выражения (язык мысли) для репрезентации исклю­чающего возможность такого выражения содержания и стре­мимся чуть ли не насильно переводить последнее на язык со­знания. A это просто по логике вещей невозможно. Поэтому часто звучащие в психотерапевтических сессиях рекоменда­ции «просто осознать» сами по себе мало что дают, поскольку осознание содержания, представленного в форме, принципи­ально противоположной той репрезентативной системе, для которой и функционирует сознание, - отдельная нетривиаль­ная задача.

2.7.3.

<< | >>
Источник: Бескова И.А.. Природа и образы телесности . 2011

Еще по теме Вариации в пределах «канал мысли - канал не­посредственного чувства»:

  1. Репрезентативные системы и канал мысли
  2. Характеристика каналов
  3. Канал сбыта (распределения)
  4. Древо коммуникационных каналов
  5. 14.2. Модели непрерывных каналов
  6. 14.3. Модели дискретных каналов
  7. Естественные коммуникационные каналы
  8. Невербальный и вербальный каналы
  9. 15.1. Количество информации переданной по дискретному каналу
  10. 20.3. Временное разделение каналов