<<
>>

Тенденция буржуазной социологии

Массовые к негативной интерпретации воз-

и тоталитарные „ 1^ г

движения росшеи роли народных масс в исто­

рии вылилась в попытки возло­жить на них ответственность за такой продукт гние­ния империализма, как фашизм.

Никак нельзя обойти вопрос о том, как возможны тоталитарные движения в наш «просвещенный век». A ответ на этот вопрос чрезвычайно показателен.

Критики «массового общества» различают массо­вые и тоталитарные движения (что само по себе следствие эволюции доктрины, сторонники которой ранее рассматривали любое массовое движение как тоталитарное) как аморфные и лишенные стабиль­ного руководства, с одной стороны, и тщательно орга­низованные — с другой. Тоталитаризм при этом пони­мается крайне формально, как определенным обра­зом организованная система контроля сверху (со стороны государства) над общественным и даже бы­товым поведением человека. Классовое же содержа­ние проблемы нарочито игнорируется. Ответствен­ность за тоталитаризм возлагается не на капитализм, а на массы, их «антидемократические потенции».

Либеральные критики «массового общества» гово­рят обычно об опасности правоэкстремистских дви­жений; правые критики нападают на «современное общество» за то, что оно не может эффективно про­тивостоять массовым движениям, которые описы­ваются самыми черными красками. Вся теория скон­струирована так, что любое движение за социальное изменение, которое не принимает форму парламент­ского, определяется как массовое, экстремистское или тоталитарное.

Для понимания особенностей подхода к тоталита­ризму обратимся к ставшими уже «классическими» в буржуазной социологии трудам Э. Ледерера, X. Арендт, Э. Фромма. Критикуя фашизм, они высту­пают с буржуазно-либеральных позиций. Ho изобра­жение фашизма как движения атомизированных масс означает не просто одностороннюю оценку, но и фальсификацию явления. Уход от классового ана­лиза приводит к грубейшим извращениям, к смеше­нию не только различных, но противоположных социальных движений: фашизм — шовинистическая диктатура монополистического капитала, опираю­щаяся на мелкобуржуазную и деклассированную массу; социалистическая революция осуществляется рабочим классом, идущим во главе трудящихся масс; первый имеет целью ликвидацию остатков буржуаз­но-демократических свобод, вторая означает гигант­ское расширение демократии. Именно в этом вопросе левые критики смыкаются с правыми, объявляя «то­талитарными» и социалистические движения масс, именно тут их критика капитализма перерастает в его апологетику, в защиту от революционных дви­жений трудящихся. Отметим, что названные социо­логи, критикуя фашизм, обрели определенную по­пулярность в среде интеллигенции. Правда, нередко они использовали эту популярность для того, чтобы посеять недоверие к социализму.

Э. Ледерер рассматривал фашизм как следствие «массовизации», т. e. превращения людей в бесклас­совую массу, «дестратификации». Откуда могла взяться точка зрения, согласно которой фашизм ведет к стиранию граней между классами? Возможно, Ле­дерер сам попался на удочку фашистской пропа­ганды, принял за чистую монету демагогические утверждения, будто национал-социализм борется против монополий-плутократов за единый, бесклас­совый народ.

Неспособность понять классовую при­роду фашизма толкнула Ледерера на поиски паллиа­тивных мер против фашизации (он видел их в раз­делении масс на классы и социальные группы и «нормальной», с точки зрения буржуазных либера­лов, работе социального механизма). Ледерер клей­мит любое массовое движение, предварительно сме­шав в кучу различные и противоположные по своей природе социальные процессы.

Подход Э. Фромма к проблеме преимущественно социально-психологический. По его мнению, атоми- зированность и отчужденность личности в «массовом обществе» делает ее подверженной тоталитарным движениям. Это действие бессознательного меха­низма, заставляющего человека «бежать от своего невыносимого чувства одиночества и бессилия». Индивида в капиталистическом обществе раздирают сомнения, угнетает чувство одиночества и собствен­ной ничтожности. Ero свобода лишь негативная, ил­люзорная свобода, а бремя ответственности, связан­ное с ней, становится невыносимым. «Ему угрожают мощные сверхчеловеческие силы — капитал и ры­нок. Ero отношение к собратьям, к каждому, кто стал его потенциальным конкурентом, сделалось враж­дебным и отчужденным; он свободен — это значит одинок, изолирован, ему со всех сторон угрожает опасность» (79, 62). Объятый страхом, человек испы­тывает желание подчиниться«сильнойличности». Он становится легкой добычей тоталитарных движений, он «устал» от свободы и готов к «бегству в авторита­ризм», спеша укрыться от своего одиночества в «су­ровом комфорте тоталитарной диктатуры». Противо­речие между личностью и обществом достигает апо­гея в современном буржуазном обществе, признает Фромм. Личность, с одной стороны, не может разви­ваться вне общества и стремится к общению; с дру­гой стороны, в бюрократизированном мире это обще­ние, оказываясь «сверхсоциализацией», деперсони- фицирует личность, сводя ее деятельность к выпол­нению системы ролей, предписанных обществом. Социально-атомизированному человеку «массового общества», переживающему глубокий психологиче­ский кризис, фашизм предлагает «безопасность», псевдогруппу, в которой тот может преодолеть свое одиночество («единый народ», «нордическая раса»). Фашизм дает потерянному человеку иллюзорный смысл жизни, иллюзорную значительность его дей­ствий, сильного лидера, приобщает к чувству власти путем агрессии против слабейших. Символ фаши­зма— массовое сборище, на котором «единство» до­стигается путем массовой истерии.

Почти такой же известностью, как «Бегство от свободы» Фромма, пользуется на западе «Происхож­дение тоталитаризма» X. Арендт. Она также считает, что социальная изоляция, атомизация, аморфность социальных отношений порождает подверженность тоталитарным движениям (58, 310). Лояльность по отношению к фашистскому движению «может ожи­даться только от полностью изолированного челове­ческого существа, без каких-либо социальных связей, который ощущает свое место в мире, лишь принад­лежа к какому-либо массовому движению» (58, 316—317). Активизм «массового человека» Арендт объясняет тем, что он стремится заполнить внеш­ними, от лидера полученными установками свою внутреннюю пустоту. Вовлеченный в тоталитарное движение, он отныне подчиняется «ориентированной на массы элите», часто сам стремится попасть в нее.

Интересно, что все «антитоталитаристы» вместо ответа на вопрос, что такое фашизм, пытаются отве­тить на другой вопрос: каков психологический меха­низм вовлечения индивида в фашистское движение. Естественно, что сущность фашизма остается нерас­крытой. Получается, что фашизм имеет чисто психо­логические причины, заключающиеся в патологиче­ской, неуравновешенной психике «массового челове­ка» XX века. Чисто психологическое объяснение тоталитаризма ненаучно: психологические причины требуют социально-экономического анализа. B итоге существо дела коренным образом извращается, хотя сами по себе социально-психологические наблюдения западных исследователей не лишены интереса. Толь­ко в марксистских исследованиях раскрыты соци­ально-экономические причины и классовая сущность фашизма, лишь компартии возглавили бескомпро­миссную борьбу народных масс против него.

Bce это отнюдь не означает игнорирование соци­ально-психологических аспектов массовых движений. Они и в самом деле начинаются в условиях социаль­но-психологической напряженности, недовольства существующими социальными отношениями. Кри­зисная ситуация, в которой правящие классы выну­ждены маневрировать, может усилить подвержен­ность масс демагогии. Консервативные силы обычно стремятся использовать стихийное недовольство масс, канализировав его в выгодном для себя направ­лении, обмануть их (использовав, в частности, прием «козла отпущения», направить их недовольство по ложному руслу). Как указывал В. И. Ленин, реакци­онные классы стремятся к разжиганию «дурных страстей темной массы» (3, т. 12, 132). B подобной ситуации исключительно возрастает роль пролетар­ской партии — революционного авангарда трудя­щихся, задача которого — революционизировать мас­сы, вооружить их передовой идеологией, организо­вать, направить на борьбу против капитализма, не допустить, чтобы буржуазные и мелкобуржуазные лидеры увлекли их демагогическими, шовинистиче­скими лозунгами (не дать им «перехватить» массу).

Марксизму-ленинизму чуждо народническое лю­бование массой; в определенные моменты массы — даже трудящиеся — могут поддаться отсталым на­строениям. В. И. Ленин писал: «...масса тоже поддает­ся иногда... настроениям нисколько не передовым» (3, т. 44, 122—123). Борясь против отзовистов, демо­рализованных наступлением реакции, Ленин писал: «Мы — партия, ведущая массы к социализму, а вовсе не идущая за всяким поворотом настроения или упадком настроения масс. Bce с.-д. партии пережи­вали временами апатию масс...но никогдавыдержан- ные революционные с.-д. не поддаются любому пово­роту настроения масс» (3, т. 17, 299). B период первой мировой войны В. И. Ленин отмечал, что буржуазии удалось захлестнуть массы, в том числе и пролетар­ские, «мутным потоком национализма и шовинизма» (3, т. 27, 79). Таким образом, создаваемая капитализ­мом мелкобуржуазная по своей психологии масса, включающая отчаявшихся индивидуалистов, деклас­сированные элементы и отсталую часть трудящихся, может выступать как консервативная сила, хотя она сама страдает от капитализма, разоряется или разо­рена монополиями. Ha эту консервативную массу, подверженную социальной демагогии, и стремятся опереться реакционные политики авторитарного пла­на, которые для достижения своих целей OXOTHO апеллируют к ней. Именно эти обстоятельства и фиксируются Ледерером, Арендт, Фроммом; не рас­крывая классовую структуру масс, не видя всемирно- исторической роли пролетариата, эти авторы впадают в пессимизм, считая, что современное общество мо­жет выбирать лишь между апатией масс или их эк­стремистским активизмом.

Бесклассовые позиции «осуждения» массы или ее восхваления, таким образом, ненаучны. Необходимо анализировать, какова классовая структура массы, какова ее объективная роль в классовой борьбе, в историческом процессе, и, исходя из этого, определять свое отношение к ней (см. подробнее 15, 35—45). Ком­мунистическая партия идет в массы, просвещает мас­сы, организует их на борьбу за социализм, раскры­вает им их подлинные интересы, поднимает их до уровня сознательных творцов истории.

<< | >>
Источник: Ашин Г.К.. Доктрина «массового общества. 1971 (Социальный прогресс и буржуазная фило­софия). 1971

Еще по теме Тенденция буржуазной социологии:

  1. Темы лекций Тема 1. Введение в социологию: социология как научная дисциплина
  2. ОБЩИЕ ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ КОНСТИТУЦИОНАЛИЗМА В БУРЖУАЗНЫХ СТРАНАХ С НАЧАЛА XX в. (ПАДЕНИЕ РОЛИ ПАРЛАМЕНТА, УСИЛЕНИЕ ПРАВИТЕЛЬСТВЕННОЙ (ПРЕЗИДЕНТСКОЙ) ВЛАСТИ, ПАРТИЙНЫЙ ПЛЮРАЛИЗМ И ДР.)
  3. Национально-буржуазные движения i войны. Буржуазные революции и преобразования.
  4. Введение в социологию
  5. Тема 3. История социологии
  6. Тема 4. Отечественная социология
  7. Социология как наука
  8. Тема 1. Социология как наука
  9. Западная социология в XX веке
  10. Современная западная социология
  11. Тема 2. Возникновение и развитие социологии. Классический этап
  12. Тема 3. Современная западная социология
  13. М.Вебер О НЕКОТОРЫХ КАТЕГОРИЯХ ПОНИМАЮЩЕЙ СОЦИОЛОГИИ
  14. Е. Вятр СОЦИОЛОГИЯ ПОЛИТИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ
  15. ЧЕЛОВЕК В ФИЛОСОФИИ И СОЦИОЛОГИИ П. Л. ЛАВРОВА[73]