<<
>>

Государственные корпорации (публично-правовые компании)

В российском праве все без исключения государственные юридиче­ские лица являются организациями унитарного, а не корпоративного

типа. Таковы, прежде всего, появившиеся в 2007 г. «государственные

корпорации», фактически составившие новую разновидность государ­ственных юридических лиц.

(Их не следует смешивать с открытыми акционерными обществами с полным или преобладающим участи­ем федерального государства, некоторые из которых также именуют­ся «корпорациями» или даже «объединенными корпорациями»; вме­сте с тем фактически и юридически унитарными организациями мо­гут являться государственные «концерны», включившие в свой состав

федеральные унитарные предприятия[172] [173]. Поэтому фирменные наиме­нования отечественных государственных организаций в действитель­ности далеко не всегда отражают их реальный юридический статус.)

Правовое положение «государственных корпораций» не укладыва­ется не только в привычные рамки юридического лица, но и - в не­которых отношениях - в рамки обычного здравого смысла. Несмо­тря на официальное название, такие организации в действительности

являются унитарными, а не корпоративными, ибо они не основаны на членстве участников (что прямо закреплено в определяющем их статус п. 1 ст. 71 Федерального закона «О некоммерческих организа­циях»). Вместе с тем в управление отдельных госкорпораций переданы

десятки, а иногда и сотни юридических лиц, контролируемых феде­ральным государством, но формально остающихся самостоятельными. Это дает основание рассматривать их как организации, возглавляющие структуры холдингового типа. Будучи частными собственниками сво­его имущества, юридически они не являются и государственными ор­ганизациями. Наконец, большинство из них не может быть отнесено

к числу некоммерческих организаций (в особенности странно считать некоммерческим Внешэкономбанк), хотя их статус в общем виде опре­деляется Законом о некоммерческих организациях.

В проекте Концепции развития законодательства о юридических ли­цах был сделан вывод о том, что в силу фактической разнородности их

правового статуса и характера деятельности «госкорпорации в действи­тельности не составляют единого вида юридических лиц, отличающего­ся какими-то общими чертами»; более того, они являются «не организа­ционно-правовой формой юридического лица в смысле гл. 4 ГК, а спе­циальным способом создания субъектов права, уникальных по своему правовому (частноправовому и публично-правовому) статусу», поэто­му «оценка необходимости их создания и функционирования выходит

за рамки гражданского права»1. Но суть дела состоит не в их крайне не­удачном названии и даже не в исключительном характере их правового статуса, выведенного из-под действия многих общих норм гражданского

и даже административного и финансового права, а в предоставляемой

этой организационно-правовой форме широкой возможности практи­чески бесконтрольного использования огромных бюджетных средств.

Отрицательное отношение к этой разновидности юридических лиц было закреплено Концепцией развития гражданского законодатель­ства РФ, а затем ежегодным (2009 г.) Посланием Президента РФ Фе­деральному Собранию, в котором были отмечены бесперспективность

этой формы и необходимость постепенного перевода большинства госкорпораций в контролируемые государством акционерные обще­ства.

Не случайно также первыми шагами в этом направлении ста­ли инициированные Президентом РФ прокурорская проверка дея­тельности государственных корпораций, а затем внесение изменений в Федеральный закон «О некоммерческих организациях», открывших

возможность контроля за деятельностью госкорпораций со стороны Счетной палаты и других государственных органов[174] [175] (ранее прямо ис­ключавшуюся специальными законами о статусе отдельных госкорпо­раций), а также предусмотревших публичную отчетность этих юриди­ческих лиц. Примечательно, что с 2008 г. новые государственные кор­порации не создаются.

Понятно, что отмеченная выше «привлекательная» возможность

распоряжения выделенными госкорпорациям бюджетными средства­ми стала базой для откровенных попыток их сохранения под новыми

вывесками. Первой из них стало создание государственной компании

«Российские автомобильные дороги», статус которой ничем, кроме названия, не отличается от статуса государственной корпорации (хо­тя и закрепляется специальными нормами ст. 72 Федерального зако­на «О некоммерческих организациях»). Второй такой попыткой сле­дует считать инициированное самими госкорпорациями предложение Минэкономразвития России о сохранении хотя бы некоторых из них в организационно-правовой форме юридического лица публичного права. Поскольку такая конструкция по существу ничего не меняет в реальном положении госкорпораций, она вполне устраивает ини­циаторов данной идеи.

Наконец, Минэкономразвития России было предложено пере­именовать хотя бы некоторые из них в «публично-правовые компа­нии», оформив их особый статус специальным федеральным законом, и включить этот новый вид юридических лиц в измененную редакцию

Гражданского кодекса РФ. Речь при этом первоначально шла о ста­тусе лишь двух «финансовых» госкорпораций — Внешэкономбанка и Агентства по страхованию вкладов (статус последнего, как извест­но, полностью скопирован с американской Федеральной корпорации

страхования депозитов — Federal Deposit Insurance Corporation, FDIC).

Согласно первоначальной редакции законопроекта «О публично­правовых компаниях» (2012 г.) таковые считались унитарными неком­мерческими организациями, наделенными некоторыми публично-пра­вовыми функциями. При этом за ними признавалось право создавать

и (или) участвовать в любых хозяйственных обществах и хозяйствен­ных партнерствах как на территории РФ, так и за ее пределами и да­же право эмиссии собственных облигаций (что для некоммерческой организации выглядит особенно странно). Публично-правовые ком­пании ни при каких условиях не могли быть признаны банкротами.

При этом руководящий орган такой «компании» (наблюдательный со­вет) был вправе в любой момент передать все или любую часть ее иму­щества учредителю — государству, что ставило под серьезные сомне­ния возможность исполнения ею обязательств перед контрагентами.

Во втором (окончательном) варианте данного законопроекта, об­суждавшемся в начале 2013 г., возможность создания «публично-пра­вовых компаний» была расширена: наряду с реорганизацией (преоб­разованием) в эту организационно-правовую форму госкорпораций и госкомпаний такая возможность появилась и для акционерных об­ществ со 100%-ным участием Российской Федерации. Но при этом по­явилась и обратная возможность: реорганизация «публично-правовой

компании» в акционерное общество, т.е. в классическую коммерче­скую корпорацию, с сохранением за ней «публично-правовых функ­ций и полномочий». В данном варианте законопроекта было также снято упоминание о невозможности банкротства «публично-право­вых компаний», но не появилось и каких-либо правил, прямо допу­скающих такую возможность.

Кроме того, как было специально отмечено в экспертном заключе­нии по данному законопроекту, подготовленном Советом при Прези­денте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского зако­нодательства, в обоих его вариантах отсутствовала возможность уста­новления субсидиарной ответственности государства по долгам такой «компании», что не соответствует ни широко распространенной в ме­ждународном коммерческом обороте концепции функционального иммунитета государства, ни получающей распространение в судеб­ной практике концепции «снятия корпоративных покровов» в отно­шении компаний одного лица, что имеет следствием необоснованное

ограничение имущественной ответственности такой «компании» пе­ред кредиторами.

Таким образом, было вполне справедливо признано, что разрабо­танный Минэкономразвития России законопроект о «публично-пра­вовых компаниях» не основан на какой-либо продуманной концеп- ции[176] и в представленном для обсуждения виде вызывает недоумений и вопросов больше, чем содержит ответов относительно целесооб­разности появления такой разновидности юридических лиц и ее гра­жданско-правового статуса. В связи с этим данную попытку внедре­ния в отечественный правопорядок этой юридической конструкции следует признать явно неудачной.

В любом случае госкорпорации («публично-правовые компании»)

не могут считаться обычными видами юридических лиц, присущи­ми рыночной организации хозяйства. Их холдинговый статус крайне

условен - в действительности за ними стоит федеральное государство, прямо или косвенно являющееся собственником имущества как этих холдингов, так и входящих в их состав самостоятельных юридических лиц унитарного типа - предприятий и учреждений и тем самым опре­деляющее всю их деятельность (хотя и формально устранившееся да­же от субсидиарной имущественной ответственности по их обязатель­ствам перед третьими лицами). Предложения об объявлении их юри­дическими лицами публичного права или особыми разновидностями

некоммерческих организаций также по существу ничего не меняют в их гражданско-правовом статусе.

Как юридические лица они не являются ни гражданско-правовы­ми корпорациями, ни объединениями корпоративного типа, участ­никами которых являются обычные собственники своего имущества. Их ближайшими аналогами являются создававшиеся в отечественной экономике в середине 70-х годов прошлого века всесоюзные и респуб­ликанские промышленные объединения (в которых самостоятельны­ми юридическими лицами признавались входящие в их состав пред­приятия и другие государственные организации, а также возглавляв­шие их управления, а учредитель - государство безусловно оставалось собственником всего их имущества), а также появившиеся в перестро­ечное время «государственные концерны», призванные заменить от­раслевые министерства. И те и другие олицетворяли собой попытки улучшения использования огромного государственного имущества

в условиях сохранения огосударствленной плановой экономики. По­этому использование таких моделей в современных условиях неиз­бежно вступает в противоречие с экономическими и юридическими реалиями и потребностями рыночной экономики.

1.

<< | >>
Источник: Суханов Е.А.. Сравнительное корпоративное право. 2014

Еще по теме Государственные корпорации (публично-правовые компании):

  1. Публичная отчетность компаний и групп компаний
  2. § 3. корПорации и ПартнерСтва в англо-американСком Праве 1. Публичные и частные корпорации
  3. II.6. Корпорации публичного права (юридические лица)
  4. Юридические категории «публичная собственность» и «публичный оборот» в системе правового регулирования ограничений оборотоспособности земельных участков
  5. Публично-правовые образования реализуют свою дееспособность через государственные или муниципальные органы, действующие в рамках своей компетенции.
  6. ГЛАВА 5. КОРПОРАцИИ КАК ЮРИдИчЕСКИЕ ЛИцА ПУбЛИчНОГО ПРАВА
  7. § 1. гражданСко-Правовой СтатуС юридичеСких лиц Публичного Права 1. Понятие и сущность юридического лица публичного права
  8. 34. Государственная корпорация
  9. Правовые режимы информации в публично-правовой сфере характеризуются неравенством субъектов
  10. 7.3. Государственные корпорации
  11. § 4. Законодательство о государственных корпорациях
  12. 2.Публично-политическая (государственная) власть.
  13. § 3. Соотношение частноправовых и публично-правовых средств в механизме правового регулирования межбанковских расчетов
  14. ВОПРОС: Мой пример из современности, российской действительности. Когда у нас была ситуация с компанией «ЮКОС», было заявление руководства страны, что с руководством компании все будет в порядке, в результате акции «ЮКОСа» взмыли и инвесторы на этом заработали. После этого компания практически разрушилась, руководство посадили - была ли это политика?
  15. Государственные органы, осуществляющие контроль за деятельностью корпораций
  16. § 2. новые разновидноСти коммерчеСких корПораций в евроПейСком континентальном Праве 1. Корпорации на основе коммандиты